ЖАНРЫ

Японская любовь с оттенком криминала
Шрифт:

И вот теперь он сам отправил её к нему.

Глупость.

Но что оставалось делать? Олег не выходил на связь, не оставлял следов. Только Ольга могла выманить его.

И она согласилась.

Почему?

Из страха? Из ненависти к нему, Ярославу? Или…

Или потому, что всё ещё любит его?

Губы Ярослава сжались в тонкую линию. Он резко затушил сигарету, даже не докурив.

— Ты уверен, что это сработает? — спросил Максим, перекладывая пистолет в кобуре.

Ярослав не ответил.

Он видел, как Ольга сжала телефон в руках — его телефон, который он дал ей, чтобы подловить Олега. Она знала, что её разговор прослушивают. Знала, что её используют как приманку.

И всё равно пошла.

Почему?

Может, надеялась, что Олег её спасёт?

Или просто хотела сбежать — от него, от этих стен.

Ярослав резко развернулся к Максиму.

— Следи за каждым её шагом. Если Олег появится — стреляй без предупреждения.

Голос звучал жёстче, чем он планировал.

— И найди эту чёртову флешку.

Максим кивнул и вышел.

А Ярослав остался один.

Тишина.

Он снова подошёл к окну. Машина уже скрылась за поворотом, оставив за собой лишь лёгкое облако пыли.

«Она не вернётся».

Мысль ударила, как нож под рёбра.

Он сжал кулаки.

«Нет, она вернётся. Потому что у неё нет выбора. Потому что он не позволит ей исчезнуть. Но если… Если она сама не захочет»?

Он резко отвернулся от окна.

Неважно.

Он найдёт её в любом случае.

Кабинет, обычно такой просторный, сейчас давил стенами. Воздух стоял густой, пропитанный дымом от бесконечных сигарет и запахом старого дерева.

Ярослав шагал от стены к стене. Его тяжёлые ботинки глухо стучали по паркету, нарушая тишину. Каждый шаг отдавался в висках.

«А если она не захочет возвращаться?»

Мысль, как заноза, впилась в мозг.

Остановился у окна. Занавески были раздвинуты — он сам их отдернул утром, чтобы видеть, как она уезжает. Теперь стекло отражало его лицо: тени под глазами, напряжённая линия рта, морщина между бровями.

Олег.

Чёртов Олег.

Он умел убеждать. Умел врать с таким выражением глаз, словно говорил чистую правду. А Ольга…

Ярослав резко сжал кулаки.

«Нет. Она не предаст».

Но сомнения ползли, как пауки по спине.

Он вспомнил её взгляд сегодня утром. Холодный. Пустой.

На столе стоял хрустальный стакан — дорогой, тяжёлый, с гранями, играющими на свету. Подарок от кого-то… Неважно.

Ярослав схватил его.

На секунду замер, глядя, как свет преломляется в стекле.

Потом — резкий взмах.

Стакан врезался в стену с глухим звоном.

Хрусталь разлетелся на тысячи осколков. Они рассыпались по полу, как слёзы, сверкая в свете лампы.

— Сука…

Голос сорвался в хрип.

Он стоял, тяжело дыша, глядя на осколки. В груди горело.

Где-то за дверью зашуршали шаги — охранники услышали шум. Но никто не вошёл. Они знали: лучше не лезть.

Телефон зазвонил резко, оглушительно, разрывая тягучую тишину кабинета.

Ярослав вздрогнул — он не ожидал звонка так скоро. Рука сама потянулась к аппарату, пальцы сжали трубку с такой силой, что костяшки побелели.

— Говори.

Голос Максима врывался в ухо, сдавленный, прерывистый, с фоновым гулом ветра — будто он звонил прямо с места событий:

— Перестрелка. Там была Елена.

Ярослав замер. Тело будто налилось свинцом.

— ...Что?

— Она пришла с людьми. Неожиданно. Ольга... — голос Максима дрогнул, — Она сбежала. Один из наших гнался, но она...

Пауза.

Ярослав почувствовал, как по спине пробежал холодный пот.

— Она упала в реку. Течение унесло.

Сердце остановилось.

— Жива?

— Не знаем. Вода ледяная, течение сильное...

Ярослав не слышал больше ничего. В ушах стоял гул, как будто он сам нырнул в эту черную, ледяную воду.

— Флешка? — выдохнул он, цепляясь за последнюю нить.

Никто не видел.

Он стоял, сжимая трубку, и вдруг почувствовал, как земля уходит из-под ног.

— Ищите.

Голос его был хриплым, чужим.

— Живую или мертвую. Поднимите всех. Перекройте реку. Проверьте каждый метр берега.

Пауза.

— Если она мертва... — голос сорвался, — принесите мне ее тело.

Он бросил трубку, не дожидаясь ответа.

Кабинет поплыл перед глазами.

Ольга.

Ее лицо в последний момент перед тем, как она села в машину.

Холодное.

Пустое.

Как будто она уже тогда знала, что не вернется.

Ярослав схватил со стола бутылку и швырнул ее в стену.

Стекло разлетелось вдребезги.

Часы ожидания растянулись в бесконечность.

Ярослав метался по кабинету, как зверь в клетке. Каждая минута казалась пыткой. Он приказывал докладывать каждый час, но новости не приходили — только тягостное молчание, прерываемое короткими, ничего не значащими фразами:«Ищем», «Пока ничего».

Она могла утонуть.

Эта мысль впивалась в мозг, как раскалённый гвоздь. Он представлял её — бледную, бездыханную, с мокрыми волосами, прилипшими к лицу. Река, холодная и безжалостная, уносила её всё дальше, туда, где он уже не сможет до неё дотянуться.

Нет.

Он не допустит этого.

Ярослав резко схватил ключи со стола.

— Готовьте машину, — бросил он охраннику, даже не оборачиваясь.

Тот замер в нерешительности:

— Но, босс, там ещё небезопасно, Елена...

— Сейчас же! — рёв Ярослава заставил охранника вздрогнуть.

Через пять минут черный внедорожник уже мчался по разбитой дороге, подбрасывая на ухабах. Ярослав сидел на заднем сиденье, стиснув челюсти. Пейзаж за окном мелькал расплывчато — поля, перелески, редкие огни деревень. Он не видел ничего, кроме темной ленты реки, которая где-то там, впереди, забрала её.

Если она умрёт...

Он даже не допускал этой мысли до конца.

Машина резко свернула к мельнице. Ещё издали были видны огни фонарей — его люди всё ещё обыскивали берег. Когда Ярослав вышел, холодный ветер ударил в лицо.

Поделиться с друзьями: