Чтение онлайн

— Хорошо, — прошептала Сандрин. — Я люблю тебя, Уэйд Колтер. Я твоя жена.

— Я знаю, — сказал Уэйд, целуя ее и еще крепче прижимая к себе. — Мне бы хотелось побыть с тобой наедине, Сандрин.

Он посмотрел на нее, и его глаза не скрывали желания.

— Не здесь. — Сандрин попыталась скрыть смущение. Она хотела освободиться из его объятий, но Уэйд удержал ее.

— Я люблю тебя, Сандрин. И не обижу тебя. Сандрин вдруг вспомнила, как Гроза Медведей прикасался к ней, издевался, заставляя чувствовать себя такой грязной, и рывком освободилась.

— Пожалуйста, не надо.

— У нас будет по-другому, Сандрин. Я не буду принуждать тебя ни к чему, чего бы ты сама не хотела.

— Ты уже принуждаешь, — сказала она резко. Уэйд отступил назад, опуская руки.

— Понимаю, почему ты мне не доверяешь, Сандрин. Наверное, я сделал что-то не так.

— Уэйд…

— Я обещал быть терпеливым, но не думаю, что смогу это выдержать. Я люблю тебя и хочу.

— Это все, о чем ты думаешь?

— Нет, Сандрин, я думаю не только об этом. Если бы мне от тебя нужно было только это, разве стал бы я рисковать жизнью, разыскивая тебя. Я мог бы вернуться в Санта-Фе. Там есть женщина… — Уэйд запнулся.

— Я знала, что так получится, — сказала Сандрин, отворачиваясь. — Женившись на мне, ты совершил ошибку.

Уэйд положил руки ей на плечи.

— Я хочу разделить постель с тобой, Сандрин. Я хочу просыпаться утром и видеть, что ты рядом со мной. Но больше всего я хочу стереть из твоей памяти все воспоминания о Грозе Медведей.

Сандрин разразилась слезами и выбежала из лавки. Как объяснить Уэйду, что никто, даже он, никогда не сможет заставить ее забыть то, что сотворил с ней Гроза Медведей?

— Завтра я уезжаю в Санта-Фе, — сказал Уэйд Сандрин, помогая ей сосчитать меховые шкурки. Они стояли по разные стороны стола.

— Что? Ты же говорил, что собираешься побыть здесь хоть недолго. — Сандрин положила меха. — Ты не хочешь, чтобы я поехала с тобой?

— Наверное, будет лучше, если ты какое-то время проведешь с родителями. Они скучали по тебе.

Уэйд не смотрел на Сандрин, пока говорил.

— Ты наказываешь меня, — сердито сказала она. — Ты наказываешь меня, потому что я не могу быть тебе настоящей женой.

— Это не так, Сандрин. Просто я устал.

Я шел по твоим следам почти семь месяцев. Мне надо поехать в какое-нибудь место, где тепло и где можно расслабиться.

— И где у тебя есть женщина, — холодно сказала Сандрин. — Как ее зовут?

— Не имеет значения, я уезжаю не из-за нее, — пробормотал Уэйд, перекладывая груду меха на другой стол.

— Ты обманным путем заставил меня выйти за тебя замуж, Уэйд! Ты знал, что я не хотела этого. — Сандрин сразу же пожалела об этих словах.

— Что ж, послезавтра тебе не придется об этом беспокоиться: Ален еще не уехал. Уверен, что он все еще не против увезти тебя в Париж. Я слышал, что в Париже мужья даже не спят со своими женами — у них есть любовницы. — Сандрин резким движением сбросила на пол все меха. — Черт возьми, Сандрин, у нас ушло все утро на то, чтобы пересчитать их.

— Мне все равно. Еще раз их пересчитаешь.

— Если я буду их считать, то и ты тоже.

— Я пойду прогуляться, — сказала Сандрин, направляясь к двери.

Но Уэйд обежал вокруг стола и схватил ее за руку.

— Нет, не пойдешь. Перестань вести себя как ребенок.

— Это ты убегаешь как мальчишка.

— Я не убегаю. Просто хочу недолго побыть с Роуз и Джимом.

— Ты хочешь поехать к той женщине. Я знаю. Уэйд прижал к своим бокам руки Сандрин и усмехнулся.

— Если бы я не знал тебя, то поклялся бы, что ты ревнуешь.

— Мне все равно, что ты делаешь. Сандрин посмотрела в серые глаза Уэйда, на его красивое лицо и почувствовала, что краснеет. Он положил руки на ее талию, и она не попыталась оттолкнуть его. Уэйд дотронулся пальцем до ее губ, медленно провел по ним. Тело Сандрин дрожью отозвалось на это легчайшее прикосновение.

— Ты так прекрасна, — сказал Уэйд, обнимая ее.

Он смотрел на нее так пристально, что Сандрин захотелось опустить голову под его пронизывающим взглядом, но Уэйд не позволил. Он едва прикоснулся губами к ее губам.

Сандрин пятилась назад, пока не почувствовала спиной твердый край стола.

— Нам нужно пересчитать меха, — сказала она, все еще пытаясь избежать его взгляда.

— Пожалуй, что так, — сказал Уэйд, шагнув вперед и оказавшись вплотную к Сандрин.

Своим телом он прижал Сандрин к столу. Она чувствовала его жар и закрыла глаза, не зная, что делать. Губы Уэйда коснулись ее губ. Когда его поцелуй стал более настойчивым, Сандрин снова охватил страх, но она не могла двинуться.

Уэйд поцеловал ее шею, и Сандрин услышала, как сильно забилось сердце. Он медленно расстегнул несколько верхних пуговиц ее блузки и поцеловал грудь, обжигая дыханием кожу. Сандрин вздрогнула, но прежде чем смогла заговорить, он прижал свои губы к ее. Крепким объятием он прижал ее к себе. Потом вдруг отпустил и обошел стол, встав с другой стороны.

— Пожалуй, нам следует заново пересчитать шкурки. Мы обещали твоим родителям сделать это.

Сандрин не пошевелилась. У нее было такое чувство, будто она долго бежала и не могла перевести дыхание, а ее сердце все еще неистово колотилось.

— Я не собираюсь считать один, — сказал Уэйд.

— Да, — пробормотала Сандрин, застегивая блузку.

Она была готова на все, лишь бы отвлечься. Она нагнулась, подобрала мех и положила его на стол. Уэйд считал шкурки, складывал и сверял что-то в журнале, словом, вел себя так, будто ничего не случилось. Сандрин услышала чьи-то шаги снаружи: через секунду вошла ее мать.

— Как вы тут? — Проливающая Слезы оглядывала все вокруг. — Я думала, что вы уже закончили.

— У нас произошел небольшой несчастный случай, — усмехаясь, сказал Уэйд. — Я случайно сбросила их со стола, — сказала Сандрин.

— Не пойти ли тебе в конюшню, Уэйд? Люк хочет показать тебе лошадь.

Уэйд кивнул и вышел из лавки.

— Что с тобой, дочь? — Проливающая Слезы заняла место Уэйда с другой стороны стола.

— Ничего, — ответила Сандрин.

— Что случилось?

— Что ты имеешь в виду?

— Ты могла пересчитать в двадцать раз больше меха, когда тебе было двенадцать лет.

— Я сказала, что…

— Перестань, Сандрин. Ты должна поговорить со мной. Я беспокоюсь за тебя.

— Не нужно обо мне беспокоиться, мама.