Чтение онлайн

– Да, наличие таланта определенно имеет значение, - сказала Амелия с насмешкой. Элинор приятно улыбнулась ей и дернула правой рукой. Амелия отшатнулась на своем месте, сжав нож, как будто защищаясь от сестры. Элинор взяла свой собственный нож и разрезала мясо. Это было мелко, мучить Амелию угрозой использования таланта Поджигающей против нее, но Элинор была жертвой презрения своей младшей сестры в течение слишком многих лет, чтобы чувствовать себя виновной в этом.

– Ты не должна бояться, дочь, -

сказал господин Пемброук.
–

Правда, за тобой будут настойчиво ухаживать, но ты можешь рассчитывать на меня, чтобы держать менее желанных мужчин на расстоянии. Я уверяю тебя, никто статусом ниже, чем граф, не приблизится к тебе. Мои дочери заслуживают лучшего. Хотя я не насмехался бы над пятьюдесятью тысячами фунтов в год!

Мистер Пемброук засмеялся, и миссис Пемброук с Эмилией присоединились к его хихиканью.

Элинор вежливо улыбнулась и позволила отцу положить ей еще один ломтик ветчины. Она думала о свинье, которая погибла, чтобы они могли насладиться её мясом, и чувствовала сочувствие. Если отец мог бы повесить табличку на шею с ценой и характеристиками таланта, он сделал бы это без раздумий.

– Вы говорили с Селиной, папа?
–

спросила она, пытаясь перевести разговор в другое русло.

– Она собирается приехать к нам завтра утром.

– О, мистер Пемброук, но я собираюсь завтра за покупками для Элинор! Ей необходим новый гардероб.

– Мы можем пойти позже в тот же день, мама, - сказала Элинор.
– Я так хочу увидеть Селину. Кажется, прошла вечность с тех пор, как она последний раз навещала нас.

– Четыре месяца едва ли вечность, - сказал мистер Пемброук, - но твоя привязанность к сестре похвальна.

Миссис Пемброук резко вздохнула:

– Хорошо, Элинор, мы отложим поездку, но я надеюсь, что ты будешь более благосклонна. Наш последний визит на склады был ужасно разочаровывающим.

– Элинор слишком здравомыслящая, чтобы заботиться о таких вещах как платье, - Амелия растягивала слова.
– Я знаю, что намного лучше использовала бы свое время, находясь на ее месте.

– Терпение, моя дорогая, - сказала миссис Пемброук, похлопывая Амелию по руке.
–

Скоро настанет твоя очередь, и какое у нас будет веселье!

– Я хочу видеть тебя в кабинете после обеда, Элинор, - сказал мистер Пемброук. Элинор сохранила спокойное выражение лица, но под столом ее руки вцепились в салфетку и скомкали ее.
– Мы должны обсудить твое появление на балу лорда Ормерода через шесть дней.

– Я знаю, как вести себя в обществе, папа, - сказала Элинор. Спокойно и тихо.

– Я не забыл, какой безвкусной ты была, когда мы впервые привезли тебя в Лондон, как мало усилий ты приложила, чтобы поощрить поклонников, - сказал мистер Пемброук.
– Я был готов не обращать внимания на твое поведение, только потому, что тебя было рано рекомендовать, и вряд ли ты получила предложение. Сейчас все по-другому. У тебя есть талант, и я не дам тебе разбазаривать эту великую возможность. Ты меня поняла?

Было рано, чтобы рекомендовать тебя. Желудок Элинор скрутило снова. Она цеплялась за свое внешнее спокойствие, как утопающий хватается за веревку.

– Я отлично понимаю тебя, папа, -

сказала она.
– Я подчинюсь твоему требованию.

И затем я проигнорирую его. У меня может быть необычный талант, но в законе говорится, что я не могу выйти замуж против моей воли, и ты, дорогой папа, понятия не имеешь, на что мое желание похоже после проживания под твоим презрением в течение двадцати одного года. Храбрые мысли немедленно исчезли. Она пыталась вообразить себя, произносящей такую фразу отцу, но следовавшее заставило почувствовать еще больше боли.

Мистер Пемброк улыбнулся Элинор и накрыл ее ладонь. Ей потребовалась вся сила воли, чтобы не отстраниться от него и вместо этого приятно улыбнуться.

– И не бойся, Элинор, талант Поджигающей у дамы нежелателен, но известно, что Поджигающие производят мощные межевики и двигатели; и любой благородный человек, желающий улучшить свое состояние, был бы дураком, чтобы не увидеть твою ценность. И необыкновенный талант. Талант Поджигающей. Моя дорогая, ты единственная в своем роде в Англии, единственная за столетие. Разве ты не видишь, насколько это делает тебя привлекательной? Не исключено, что в следующем году мы будем гостить в Лондоне, у нашей дочери, герцогини!

– И только подумай, что ты можешь сделать для своей сестры!
– выдохнула миссис Пемброук.
– О, Амелия, разве ты не хотела бы, чтобы тебя вывела в свет сестра?

– Сначала она должна выйти замуж, мама, - сказала Амелия, глядя на Элинор.
– Жаль, что она такая простушка. Но, я слышала, что хороший талант делает женщину прекрасной вне зависимости от того, какой она родилась.

– Жаль, что тебе больше нечего рекомендовать, кроме лица, которое ты так тщательно формировала, - отрезала Элинор. Амелия ахнула, а затем взорвалась театральными слезами.

– Стыдись, Элинор, - сказала миссис Пемброук и погладила Амелию по руке.

– И она не получит выговор за комментарии о моей внешности?

– Амелия младше тебя и все еще учится контролировать свою речь. Ей не хватает самообладания, - сказал мистер Пемброук.- Я ожидаю, что ты будешь вести себя более сдержанно.

– Да, папа, - сказала Элинор, опустив глаза, чтобы он не увидел ее гнев, но не сразу же, а взглянув на сестру, которая побледнела.

– Я прошу прощения, Элинор, - сказала Амелия.
– Мы не можем изменить то, какой была рождена.

Было ли это извинением, или более тонким подколом, Элинор не могла понять, но она решила пропустить это.

– Я прошу прощения за мои слова, - ответила она.
– Думаю, что устала от путешествия сильнее, чем думала. Можно уйти пораньше, папа?

– Ты явно переутомилась, поэтому я прощу тебя на этот раз, дочь. Мы поговорим завтра.

– Не забывай, Элинор, мы займемся твоим гардеробом после посещения Селины, -

сказала миссис Пемброк, когда Элинор собралась выйти из комнаты.
– Я думаю, это не слишком тяжелая просьба, проявить интерес к своей внешности.

– Да, мама, - сказала Элинор и удалилась в свою комнату.

Огонь поднялся в ответ на ее присутствие, и она успокаивала его, как беспокойного щенка. Она знала, что он не был живым, но это развеселило ее. Девушка отказалась от мысли, что сделала это только потому, что была отчаянно одинока сейчас, когда Селина вышла замуж. Если бы только она имела талант Оратора! Она не завидовала таланту Амелии как Целительницы, имеющей такой необычный дар, но использовавшей его только для того, чтобы сделать себя красивым. Элинор привыкла к тому, чтобы быть обыкновенной. Но говорить с Селиной каждый день...