Ярость воды
Шрифт:
Помня слова Дарии, я направилась в коридор справа. Телефон опустила обратно в карман, потому что глаза привыкли к темноте. На потолке мерцало несколько огоньков, но они только усиливали зловещую атмосферу.
После короткой прогулки шум стал громче, и в конце коридора появился свет. Сверху из круглого отверстия, которое оказалось достаточно широким, чтобы протиснуться через него, свисала веревочная лестница. Я ухватилась за средние перекладины и запрокинула голову. Сквозь решетку просачивались полоски света, и шум слышался явно надо мной, так что я собрала волю в кулак. Лестница застонала под моим весом, веревка натянулась. Пальцы стали мокрыми от пота, а сердце колотилось как бешеное. Поднявшись на пару метров от земли, я внезапно очень испугалась высоты. Только не думать об этом слишком долго…
Оказавшись наверху, я ухватилась за перекладину одной рукой и потянулась к решетке другой. И застонала от облегчения, когда решетка поддалась. Я как можно тише отодвинула ее в сторону и просунула голову в дыру. Прямо передо мной находилась гигантская шахта, поток воздуха в которой откидывал мои волосы назад и заглушал шум голосов. Вода капала на камень, и я больше ничего не смогла разглядеть. Полностью подтянувшись, я вернула решетку на место. Затем очень осторожно встала и посмотрела через стену, которая возвышалась надо мной. Там обнаружилась платформа, на которой стояли люди, многие из которых несли рюкзаки и фотоаппараты – скорее всего, туристы.
Я выбралась на край платформы по правую сторону от стены. Казалось, никто не обратил на меня внимания. Я осторожно осмотрела окрестности. На другом конце платформы в очереди стояли несколько человек и один за другим проходили через серебряную вращающуюся дверь. После того как засовывали билеты в специальное отверстие, синий свет сканировал их, затем барьер на несколько секунд открывался, освобождая путь. Наверное, это и есть та самая магическая мера безопасности, которая понимала стихию одаренного. Сердцебиение немного успокоилось, когда я смешалась с ожидающими людьми. Они были слишком заняты фотографированием, чтобы удивляться моему внезапному появлению.
Я протолкнулась вперед, взглянула вниз и рефлекторно отпрянула. В нескольких метрах под нами сквозь темноту с шипением проносились белые вагоны, оставляя за собой густые облака тумана. Прямо передо мной сквозь клубы дыма мелькали рельсы. Как, черт возьми, их заставили парить в воздухе?
– Третий путь, красный-два в направлении на юг будьте внимательны при посадке.
Взгляд метнулся к цифровому дисплею, который находился надо мной. Названия остановок непрерывно бежали по нему. «Центр», «Центральное кладбище», «Мельница», «Рыночная площадь»! Теперь оставалось надеяться, что в этом городе имелась только одна рыночная площадь, а не по одной в каждом районе.
Напрасно я переживала: старомодный поезд, остановившийся на окруженный брызгами воды платформе, был украшен красными и золотыми полосами. Так что, думаю, я не ошиблась. Я отскочила назад, когда на меня упали несколько капель, а затем вошла и села у окна.
Едва вагон наполнился, к дверям подошел парень в темно-синем смокинге. Я быстро зарылась лицом в шарф и повернула голову к окну. На всякий случай.
– Добро пожаловать в подземный город, дамы и господа! Пожалуйста, подождите, пока на колени опустятся скобы безопасности. Вам строго запрещено вставать или делать фотографии во время поездки. Для собственной безопасности, пожалуйста, все время держитесь за скобу.
Меня вжало в сиденье, когда металлическая скоба заскрипела и защелкнулась.
Ладно, и почему мне никто не сказал, что это средство передвижения – американские горки?
Короткий триумф из-за того, что я незаметно добралась до железной дороги, оказался прерван приступом тошноты.
Только когда двери вагона закрылись, я осмелилась оглянуться. Люди выглядели взволнованными. Вокруг себя я не обнаружила ни одного ребенка – наверное, имелось какое-то возрастное ограничение. О боже, во что я ввязалась?
Раздался короткий звонок, вагон завибрировал, и мы тронулись. Я обхватила металл перед собой и уже хотела закрыть глаза – единственный способ выжить на американских горках, – как раздался громкий всплеск. За окном пенились волны, слышался шум моря и пахло солью.
Я прижалась носом к стеклу. Рельсов уже не было видно, вместо этого мы оказались в окружении бурлящей воды. Я подавила крик ужаса, когда мы набрали скорость и скользнули в глубину. Все круче, все быстрее. Вид на подземный город полностью скрылся за водой, которая теперь, казалось, была повсюду. Возле меня раздавались восторженные крики, сердце колотилось в горле, а мышцы напряглись. С каждой последующей секундой мне казалось, что мы неудержимо погружаемся в глубину. Я зажмурилась, пытаясь сохранять спокойствие. Это не так плохо, как странное видение в моей голове, не так ли? В конце концов, я сейчас не одна.
Я не осмелилась открыть глаза, пока мы не остановились на следующей станции. Здесь оказалось значительно темнее, чем на предыдущей платформе, она больше походила на скальный выступ, чем на обычную остановку. Не знаю, как глубоко под землей мы находились. На мгновение я задумалась о том, чтобы не посещать пиро и покинуть адский поезд, но потом решила проявить благоразумие. Я пережила вещи и похуже. Кроме того, я не знала, где нахожусь. Поэтому стиснула зубы и заставила себя сидеть.
С каждой последующей станцией тело привыкало к скорости, и мы хотя бы не делали мертвых петель.
Если забыть, что я едва не наложила в штаны от страха, здесь оказалось довольно круто. Я понимала, почему это стало аттракционом. Мы плыли узкими ручьями мимо покрытых мхомхолмов, я даже могла различить небольшой водопад в полумраке, когда остановились на станции. Волны на мгновение высохли, и открылся вид на улицу. Как могло получиться, что рельсы, судя по виду, состояли из воды?
У меня не было возможности больше об этом думать, потому что в этот момент электронный голос поприветствовал нас на юге города. Я выглянула в окно и вздрогнула, когда снаружи вспыхнуло пламя. В воздухе послышался опасный треск. Вода – это одно, в конце концов, в парках развлечений полно водных аттракционов. Но рельсы из огня?!
Температура поднялась, и через несколько секунд сухой жар наполнил вагон. С шипением мы двинулись вниз по ущелью, и то, что я наблюдала за оранжевым мерцанием, больше всего напоминало пустынный пейзаж: засохшая трава, дюны…
Несмотря на запрет на съемку, два пассажира у окна вытащили телефоны, и я не винила их.
– Следующая остановка «Рыночная площадь».
Немного застигнутая врасплох, я с облегчением выдохнула. Как только мы остановились, с последним отблеском пламя погасло. Едва скоба поднялась, я встала. На ватных ногах позволила людскому потоку вынести меня из поезда.
На платформе не было времени осмотреться, потому что люди слиплись, как сардины в банке, и плечом к плечу мы двинулись к эскалатору. У меня не осталось выбора, кроме как плыть по течению. Воздух здесь оказался более душный, чем в вагоне. Я взглянула на пожилую пару, которая сейчас стояла рядом со мной на эскалаторе, но на их лицах не виднелось и следа напряжения, они счастливо улыбались друг другу. Позади меня кто-то громко свистнул.
С каждой секундой свет становился ярче и когда мы наконец достигли верха, я поначалу не видела ничего, кроме черных точек перед глазами.