Чтение онлайн

Все четверо всадников миновали Медные Врата, направляясь в сторону Серебряного квартала, где и планировал квартировать барон Эмельгем. На лугу близ города уже раскинулись шатры, где отдыхали некоторые участники из знатных домов и не только. Над шатрами теми реяли знамёна. Те, кто чтил традиции и устои, предпочитали оставаться на турнирном поле с самого первого и до последнего дня состязаний. Иные же, навроде Турина Эмельгема, останавливались на постоялых дворах, где их ждала тёплая кровать, кружка пенного пива и шкворчащее жаркое кролика. Мастера заканчивали последние приготовления к турниру, подбивая гвозди, натягивая карнизы, расставляя околицы.

Виконт Альвер Эмельгем с восторгом в глазах смотрел на все эти действа, предвкушая, каким будет само состязание. Ему ещё никогда в жизни не доводилось бывать на турнире, и он едва упросил отца отпустить его вместе с дядей в столицу. Граф Эмельгем хмурым взором оглядел сына, потом глубоко вздохнул и, потрепав его за волосы, дал своё добро.

Сколько историй о благородных воинах наслушался Альвер от кастеляна Элторна, сколько громких имён он знал, сколько раз он представлял себя на коне и в сияющих доспехах. Его дед, покойный граф Тиринбора, дважды выигрывал турниры – в Дорхеме и Ринте. Он был легендарным воином, крепко сжимающим меч до самых своих последних дней.

Мимо гостей из Елового Бора проезжали роскошно одетые всадники – в шелках и бархате, в дублетах с золотой тесьмой и накидках из лазурного льна. Совсем скоро многих из них Альвер Эмельгем увидит на ристалище, в доспехах и с мечом наперевес. Братья из Ордена Духа и Меча подозрительно глазели как на дворян, так и на простую чернь. Облачённые в синие робы с изображением серебряного меча в круге, эти воины святой веры неустанно исполняли волю их капеллана – Гольвера Милатриса. Каждый из монахов нёс свою службу, оберегая жителей Ясеневого Города и гостей от проделок магов, которые, по данным Ордена, обязательно должны заявить о себе. Альвер никогда ещё не видел магов, да и чем старше он становился, тем сказочнее ему казались истории о людях, способных изменять материю или управлять огнём.

Постоялый двор Золотой Ратник расположился близ главной церкви Ясеневого Города. Владел этим злачным местом глава первой купеческой гильдии – Эдерис Бальмор. Он был состоятельным человеком, умным, как говаривали, и дальновидным. Золотой Ратник состоял из трёх зданий – гостиничного двора, бань и трактира. Территория была обнесена невысоким плетёным забором, в глубине расположились конюшни, ферма и винные погреба. Здесь пахло мёдом, вокруг летали стрекозы, а на небольшой лужайке паслись козы.

– Брюн, – подозвал своего пажа Турин Эмельгем, и мальчишка тут же оказался подле барона. – Отведи лошадей в стойло. Пусть напоят их, почистят и покормят.

Мальчик кивнул и принялся обходить всадников, забирая у них поводья. Брюн Эрнитор был прекрасным пажом для дяди Турина – верным, исполнительным и трудолюбивым. Из таких вырастают прекрасные виконты и заботливые хозяева.

– Пропустим по кружечке? – толкнув локтем в бок кастеляна Сизого Дола, игриво спросил Турин Эмельгем. – В этом трактире подаётся лучшее вино во всём Эшторне.

– Ваше благородие, – откашлялся мужчина, – так турнир ведь завтра. Необходимо быть в форме.

– Дит, – с укоризной глядя на кастеляна, проговорил барон, – неужели ты думаешь, что у тебя есть шанс хотя бы на одну победу? Все мы знаем, что в Эндердале есть сильные и молодые простолюдины. Ваши схватки будут проходить по иным правилам, нежели битва дворян. Обычно чернь жестока, поэтому я рекомендую тебе сдаваться, как только представится возможность.

– Я скорее попрощаюсь с жизнью, чем опозорю дом Эмельгем, – горделиво вскинув подбородок, проговорил Дит Элторн.

– Да ладно тебе кичиться, – хлопнув того по спине, сказал барон. – Идём со мной, я угощаю. Альвер, а ты чего стоишь, а ну-ка бегом за нами.

Молодому виконту ничего не оставалось, кроме как проследовать за взрослыми в трактир. Подобные места он не любил, потому как чувствовал себя в них неловко. Возможно, это было из-за полуголых женщин, без которых не обходилось ни одно застолье, а быть может, он не любил выпивших мужчин – бранящихся и рассказывающих о своих подвигах. И чем только взрослым нравились эти трактиры?

Золотой Ратник ничем не отличался от иных трактиров Тиринбора. Шумный, грязный, с визгами и хохотом. Народу тут было битком, – всё перемешалось, и Альверу хотелось скорее покинуть это место, но дядя Турин увидел у стойки знакомое лицо, и вся вереница из Елового Бора вынуждена была последовать за ним. Тучный молодой человек, толстый, словно бочка, восседал за столиком у окна и громко рассказывал что-то своим сотрапезникам.

– Тогда я отвечаю этой шлюхе, – с азартом говорил толстяк, – раз мой дружок слишком мал для тебя, отведай этого. – Он достал из-за пазухи кабачок и поднял его над головой. Публика залилась хохотом. У кого-то изо рта вывалился кусок непрожёванной курятины. Один из мужей бил что есть мочи кулаком по столу в припадке.

– В Рэйнэборе все бароны такие охочие до грязных девок? – подходя к столу, спросил Турин Эмельгем, и толстяк расплылся в улыбке.

– Ах, Турин, – проговорил он, вставая и обнимая подоспевшего барона. – Такой, как я, остался только один.

– Ты не меняешься с годами, Скотт, – уперев руки в бока, проговорил дядя Турин. – Всё такой же весёлый, всё такой же толстый.

– Ну, это уж твои глаза врут, – покачал коротким толстенным пальцем барон, – за год я стал тяжелее на пол стоуна.

Турин Эмельгем рассмеялся и присел за стол. Дит Эл-торн и Альвер с позволения сели рядом.

– Турин, позволь представить твоим друзьям, – посерьёзнев, проговорил Скотт, – новоиспечённого графа Рэйнэбора, вашего доброго соседа, хранителя вотчины Секач – Торра Бертирана.

Хоть Скотт и назвал этого человека своим братом, Альвер никогда бы не подумал, что между ними есть что-то общее. Высокий, широкоплечий, с мощными скулами, короткой стрижкой и глубоким тучным взглядом, граф Рэйнэбора был образцом мужества. Альвер много слышал о новом владетеле второго графства в Эшторне – прекрасный воин, суровый хозяин и справедливый управитель. Он правил своими землями немногим больше трёх месяцев, как скончался его отец, однако многие успели заметить положительные сдвиги в его политике. Некоторые считали, что именно Торр Бертиран станет победителем турнира в Ясеневом Городе, такими выдающимися боевыми навыками он обладал. Виконт Эмельгем и представить себе не мог, что окажется за одним столом со столь прославленной личностью. Все пьяные крики и полуголые девицы вмиг куда-то испарились, и Альвер Эмельгем превратился в слух.

– Молодой виконт, – с почтением кивнул граф Бертиран. – Внук знаменитого Торвина Эмельгема. Когда-то моего отца и твоего деда многое связывало.

– Рад, что у нас есть много общего, ваше высокопревосходительство, – кивнул Альвер Эмельгем, зардевшись. – Я слышал, что вы намерены одержать победу на предстоящем турнире.

– Если мне удастся сразить Эрстана Фогота и Филтона Легилля, шансы весьма высоки, – пожал плечами граф.

Обратился к Альверу также и граф Лори Таэрон, владетель Корнэйла. Лысеющий муж в летах, в алом камзоле с высоким воротом, восседал рядом с графом Рэйнэбора и был его первым сподвижником. Остальных людей за столом Альвер не знал, да и они не особенно обращали на него внимания. Разговор продолжился шутками и всяческими непристойными историями, которые, похоже, владетелю Рэйнэбора были скучны. Он предпочел общаться с маленьким виконтом, демонстративно развернувшись к нему лицом.