Чтение онлайн

– У меня денег нету! – взвыла Диана.

– Не переживайте, это не навсегда, – попытался утешить её врач.

– Навсегда! – продолжала хныкать девушка.

Она рассказала ему многое, но о многом и умолчала. Ни слова она не проронила про свои каналы в интернете и мечты стать популярным блогером и зарабатывать на этом, а не горбатясь на каторжной работе, чтобы потом все свои деньги сливать на каких-то симпатичных незнакомцев, что едва ли когда-нибудь окупится. Кирилл покинет её, и блог загнётся, а вместе с ним надежды разбогатеть. И Диана сгорала от ненависти к себе за то, что она воспринимает всё именно так. Она не спасла Кирилла бескорыстно, она надеялась на награду, а когда вместо неё последовало лишь разорение, это стало для неё большим разочарованием, и за него ей было стыдно.

Кирилл дал терапевту знак, что дальше они разберутся сами. Осторожно, всё время поддерживая зарёванную девушку, он отвёл её на первый этаж, там она посидела немного в фойе, успокаиваясь и хлебая воду из кулера, а Кирилл продолжал её утешать, обнимать и поглаживать. Он не знал, что ещё мог сделать для неё сейчас.

Персонал относился к происходящему с полным спокойствием – такие истерики были здесь не редкостью, а скорее обыденностью. Люди, которым не о чем лить слёзы, не ходили сюда.

Глава 4

Шли дни. Диана продолжала работать. Кирилл помогал ей по дому и регулярно ездил к психотерапевту. Эти визиты происходили дважды в неделю, и после них Кирилл возвращался домой задумчивым и грустным, а ещё страшно уставшим, словно тоже с работы.

Заветного звонка от его матери всё не поступало. Вместо надежды в глазах парня появилась мрачная решимость: похоже, он заподозрил, что с его семьёй что-то произошло, и намеревался разобраться. Диана не сомневалась в том, что у него был повод для таких опасений, – шрам на левом плече весьма красноречиво на это намекал.

Кирилл быстро оправлялся от раны. Левой рукой ему всё ещё было трудно двигать. Однако он настоял на том, чтобы поменяться с хозяйкой дома спальными местами. В особом уходе он больше не нуждался и мог перебраться на пол, уступив Диане кровать.

Со специалистом они не прогадали. Уже после третьего сеанса Кирилл начал значительно чаще подавать голос. Он целенаправленно заставлял себя говорить. Пока только на какие-то очень отстранённые, бытовые темы вроде погоды или планирования ужина. Диана была несказанно рада уже и этому. Тихий, низкий, болезненно ломанный голос был музыкой для её ушей, и кажется, её восторг придавал Кириллу сил, чтобы продолжать попытки разговориться.

Диана по возможности записывала на видео те моменты, когда он пытался что-то произнести, и если ему это удавалось, то с радостью делилась с подписчиками. Она также охотно поделилась с ними и тем, какого терапевта и из какой клиники они выбрали, честно демонстрировала чеки. Скептиков меньше не стало, но хотя бы они орали потише.

Что там происходило между Кириллом и психотерапевтом, оставалось только гадать, это считалось медицинской тайной, а сам Кирилл наотрез отказывался это обсуждать. Но зрители были так счастливы увидеть реальный прогресс в его состоянии, что на радостях отсыпали Диане ещё денег, чтобы этого хватило на более длительный курс терапии.

Но этих денег всё равно не хватило надолго, и настал момент, когда Диане нечем стало платить за очередной визит к психотерапевту. Сообщив об этом накануне следующего сеанса, Диана с превеликим удивлением услышала ответное предложение продолжить терапию в долг. Врач, видимо, искренне заинтересовался случаем Кирилла и был готов работать с ним дальше, невзирая на риск остаться без оплаты.

Это стало большой отрадой для Дианы, хотя тёмная её часть и ворчала, что терапевт, раз уж он такой щедрый и участливый, мог сделать свою работу бесплатной изначально. Этот гаденький шепоток, исходящий откуда-то изнутри её сознания, в этот раз не остался незамеченным, и Диана в очередной раз мысленно притопнула ногой, чтобы загнать его обратно в подвал. «Это всё равно не твои деньги!» – отругала она себя за то, что опять позарилась на пожертвования зрителей.

Отношения с публикой у Дианы наладились. Вокруг Кирилла сформировалась уже целая обширная группа фанатов, которые всячески поддерживали парня и крепко дружили между собой. Диана относилась к этому довольно скептически и настороженно, предполагая, что дружба увянет, как только она перестанет снимать Кирилла для зрителей. Ну а пока её канал только рос и рос.

Диану очень тяготило, что Кирилл ничего не знает о том, какой звездой он стал в интернете. И она была не единственной, кто считал, что в этом нет ничего хорошего. Вопрос о согласии Кирилла на съёмку почти никогда не поднимался в обсуждениях. Все привыкли к тому, что он нем и не может сказать что-то против. Складывалось впечатление, что всех это устраивает. Видимо, зрители чувствовали, что парню это не понравится и тот день, когда он всё узнает, станет последним днём существования канала.

Но, конечно же, никак не могло обойтись без тех, кто был готов испортить веселье всем. Возгласы о том, что Кирилла никто не спрашивал, хочет ли он в этом участвовать, звучали всё чаще и всё громче. С тех пор как Кирилл начал пытаться говорить, люди стали замечать всё больше странностей и в самих видеороликах, которые всегда были сделаны тайком. Главным образом их беспокоило то, что Диана игнорировала любые просьбы записать обращение самого Кирилла к зрителям. Несомненно, людям было бы приятно услышать от него слова благодарности или просто хоть что-то, но все опасались, что парень запретит себя снимать и на этом шоу закончится.

Кое-кто обещал найти, где живёт Диана и всё рассказать Кириллу. Это пугало Диану, но в то же время казалось ей несерьёзным. Кто в здравом уме бросит все свои дела, чтобы разыскать какую-то безвестную девчонку только ради того, чтобы натыкать носом в её шалость? Вот только что, если этот кто-то и не был в здравом уме? Диане стало тревожно, теперь и она нервничала всякий раз, когда соседка стучалась к ним, чтобы в очередной раз отблагодарить пирожками за то, что однажды Диана поделилась с ней последним сахаром.

Кирилл был целиком и полностью поглощён лечением и мыслями о своей семье. Теперь, когда его сеансы с психотерапевтом не были ограничены регламентом клиники, он частенько задерживался, а как-то раз и вовсе вернулся домой пьяным. Диана очень удивилась, ей это показалось крайне непрофессиональным со стороны специалиста.

– Он что, напоил тебя?! – возмутилась она, помогая парню улечься в кровать.

– Мы чуть-чуть, – пьяно пробормотал тот.

– Вот шарлатан, с бухлом и я кого угодно разговорить смогу!

Кирилл рассмеялся, и Диана сразу подобрела: она первый раз услышала его смех. Нескладный и пьяный, он всё равно звучал приятно.

– Мы неплохо справляемся, правда, – продолжал говорить Кирилл, удивительно много в этот раз, – просто сегодня решили… разнообразить…

Что там они решили разнообразить, он не договорил. Диана раздела его и закутала в одеяло. Ей было в радость позаботиться о нём, но вид её ненаглядного принца в алкогольном опьянении провоцировал почти инстинктивное отторжение. Её семье проблема бухающих мужиков была слишком близко знакома.