Чтение онлайн

Мики посмотрела на руку, где обычно крепится коммуникатор и ругнулась сквозь зубы:

– Вот черная дыра! У тебя есть коммуникатор?

– Нет.

Она поставила управление на автопилот и стала искать коммуникатор в секциях шаттла. Даже отстегнулась, чтобы пролезть к ящику назад.

Шаттл на автопилоте затрясло еще сильнее.

– Мики!
– она я ее.

– Нашла!
– Качаясь на ногах она полностью погрузилась в коммуникатор.

– Сумасшедшая! Мы же сейчас разобьемся!

Я отстегиваю себя от кресла и прыгаю на ее. У меня мало практики, зато много теории из универа. Там были обязательные уроки по управлению. Правда, все ограничилось только симуляторами.

Мики шлепается в пассажирское кресло и продолжает рыться в коммуникаторе.

– Да что там такого срочного? Может, попробуем выжить?

– Не отвлекай. Мне нужно перевести деньги родителям.

Я вспомнила про ее сестру и замолчала. Есть вещи, с которыми сложно спорить. Сняла автопилот, взяла ручное управление, но тут нас закрутило.

В последний момент я успела щелкнуть замком ремня. А потом нас словно запустили в центрифугу. Мои внутренности словно менялись местами.

А уже через секунды мы ударились о землю.

***

Я слышу писк медицинской аппаратуры и морщусь. Ожидаю, что нос защиплет от запаха дезинфектора, но в воздухе пахнет цветущим садом. Я медленно открываю глаза и вижу склоненное ко мне вытянутое лицо гарконца.

У этой долговязой расы всегда было такое выражение лица, словно они всегда удивлены, а возраст можно было определить только по морщинам на высоком лбу.

Вот и у этого гарконца сетка морщин на лбу выдает его жизненный опыт, а белый халат и нашивка в виде красного креста - профессию. Он доктор.

– Очнулись, госпожа? Как самочувствие?
– спрашивает он на межгалактическом.

Первое, куда я смотрю - это на свое тело. И я заранее цепенею от испуга, что о моей силе узнали и снова ставят эксперименты. Больше всего на свете я боюсь увидеть ноги и руки, примотанные к кушетке и сетку капельниц с разными веществами.

Но ни того, ни другого нет. И я даже не в больничной одежде!

Облегчение откатывает океанской волной, принося облегчение.

Я лежу на кушетке, а на тумбочке рядом стоит ароматный чай. Я ощущаю легкий цитрусовые нотки и что-то еще щекочещее нос. Доктор замечает мой взгляд и протягивает мне напиток.

– Как раз сделал для вас. Он витаминизированный. После пережитого стресса будет полезно, - говорит он весьма доброжелательно.

– Спасибо.

Я сажусь на кушетке, беру чашку в руки и осматриваюсь вокруг. Вижу только три пустые койки, серые стены, и большие окна на улицу, утопающую в зелени. Тогда что пищит? Не в этой палате?

А еще я нигде не вижу Мики.

Неужели, ей досталось покрепче моего? Или она, вообще, сделала ноги?

Я осматриваю свои руки - на кистях всего несколько незначительных царапин. Двигаю руками - немного больно в плече.

– Там ушиб. Пройдет за два дня, - гарконец следит за моими действиями.

– А где девушка, что была со мной? Она в порядке?

– В капсуле. И пробудет там… - доктор посмотрел на часы на стене, - …еще два часа. А пока с вами хочет кое-кто увидеться.

– Со мной?
– Чашка в моих руках начинает подрагивать.

Чтобы скрыть волнение, я отпиваю несколько глотков.

– Да. Наш куратор.

Ох, не нравится мне это слово.

– Хорошо, - тихо отзываюсь я.
– Мне нужно куда-то пройти?

– Я сам его позову.

Доктор уходит, и я быстро допиваю чай. Если бы хотели на меня воздействовать - сделали бы это, пока я была в отключке. Поэтому не думаю, что в него что-то подмешали.

В открытую дверь палаты стучится еще один гарконец. Он в черной форме с неизвестными мне обозначениями. Его движения резкие, четкие, что выдает в нем военного.

– Можно?
– спрашивает он.

– Да, - киваю я.

Этот мужчина отличается от доктора не только движениями, но и властной аурой. Чувствуется, что он имеет влияние. Даже то, как он присаживается на стул рядом с кушеткой и смотрит на меня выдает в нем того, кто привык руководить и действовать.

– Как вас зовут?
– спрашивает он.

Его лоб не такой морщинистый, как у врача, но в нем тоже чувствует возраст.

Соврать? А что, если Мики уже сказала мои данные?

И хватило же мне ума назвать ей настоящие имя и фамилию. Это же место явно тайное, и вряд ли здесь проворачивают добрые дела. Скорее наоборот.

– Можете назвать позывной, - видя мою заминку, говорит куратор.

Позывной? За кого он меня принимает? Явно за наемницу.

– Неизвестная, - представляюсь я.

Ничего лучше в голову не пришло.

Он кивает и представляется сам:

– А я ваш куратор - Второй.

Сразу хочется спросить, где первый. Отличный коллектив собрался - Неизвестная и Второй.

– Мики обещала привести к нам сестру по дару. Не представляете, сколько времени мы искали такую, как вы. Особенную. Мики говорила об условиях работы? Мы очень щедро платим.

У меня по рукам бегут мурашки. Только не это!

Совпадение ли то, что мы с ней оказались на тайной базе на Гарконе?

– Не переживайте, мы подтерли все следы. Барсийцы вас не найдут. Да и ближайшее время им остается только зализывать хвосты и лететь лечить свою команду.

Точно. Целых три отряда пострадали из-за вещества, которое производят гарконцы. И сейчас меня подводят под работу на них.

Кошмар!

– Не понимаю, о чем вы. Во мне нет ничего особенного.

– Не стоит себя принижать. Мики рассказала, что вы работали в связке.

От мысли об экспериментах сперло горло. Я с испугом заозиралась, и куратор тут же считал мой страх. Я не смогла его сдержать.

– Не беспокойтесь. Мы не собираемся вам вредить. Сила ритма, хоть и мало изучена, у нас договор. Вы помогаете нам, а мы - молчим о даре и щедро платим.

Договор у нас. Как же! Больше похоже на ультиматум, на шантаж.

Гарконец бросает на меня внимательный взгляд и неожиданно спрашивает:

– Вы хотите есть?

Я прислушалась к себе. На нервах чувство голода во мне засыпало сном младенца.