Йера для командора
Шрифт:
Мы с Мики переглядываемся. Что?!
– Первая невеста, рады приветствовать!
– хором говорят морфы позади главного блондина и низко кланяются.
Мики косится на меня:
– Ты им мозги размазала по неумению работать с ритмом, да? Что ты им внушила?
И тут главный морф расстраивается:
– Наяна, ты что, не узнала? Я тебя и в миллионной толпе не потеряю.
Он делает шаг вперед. Я всматриваюсь в его черты и едва нахожу знакомые.
– Алекс?
– уточняю я.
– Не узнала?
Я вижу, как ему это неприятно, но он быстро справляется с эмоциями. Радость почему-то переполняет его.
Он единственный из морфов, кто оставил после себя позитивные впечатления, поэтому я немного расслабляюсь.
По крайней мере, это не враги.
– Что ты тут делаешь?
– Пришел спасать свою невесту, - говорит он и тут же получает чем-то хлестким по лицу.
Падает на спину, а потом черная тень уносит его в кусты. Морфы кидаются туда же, а следом мелькает еще одна тень.
– Наяна, - рядом останавливается дядя Трей.
Он дышит так, словно пробежал марафон. Кладет мне руку на плечо, бегло осматривает и спрашивает:
– Цела?
Я пораженно киваю.
– Отлично, - говорит дядя и ныряет в кусты следом за ними.
Треск деревьев, хруст веток, звуки схватки - все это наполняет реликтовый лес в один миг. А я совершенно не понимаю, что тут происходит.
И тут вдруг Мики, что стоит рядом, орет:
– Как ты срастил щиты?
И кидается за компанией следом.
Да они что, все с ума посходили?
Кто срастил щиты? Неужели Лорол?
А дядя тут с барсийцами?
И Ротор… Что там делает Ротор? Почему накинулся на Алекса?
И морф, которого я спасла в прошлом, говорил обо мне, как о невесте?
– Да стойте же вы! Я кого спрашиваю! Как ты срастил щиты?!
– раздается крик Мики из кустов.
И звуки схватки стихают.
Я пробираюсь через ветки и вижу, как поколоченные морфы сели на землю и схватились за голову. Все, кроме одного Алекса, которого Ротор сам прижал коленом к траве.
Его хвост придавил шею морфу, из-за чего аристократическая бледность сменилась опасным багряным цветом.
– Ротор!
– Я кидаюсь к нему, пытаюсь оттащить его от Алекса.
Но проще заставить планету крутиться в другом направлении, чем подвинуть барсийца в боевой форме.
Мои действия, кажется, еще больше злят Ротора, потому что Алекс начинает хрипеть.
– Ты его сейчас задушишь!
– пытаюсь достучаться до Ротора.
И тут он резко поворачивает ко мне голову, а в его глазах плещется такая жгучая ревность, что я делаю шаг назад.
Я научилась закрываться от ментальных эмоций. Если сама не захочу - не чувствую, что там у кого внутри творится. Но когда чувства настолько яркие, как у Ротора, при взгляде глаза в глаза от них не скрыться.
Меня пробрало до нутра.
– Переживаешь за него?
– сквозь плотно сжатые челюсти спрашивает Ротор.
– Командор, она ничего не знала о помолвке!
– неожиданно заявляет дядя.
Вот это сюрприз! Какая еще помолвка? С кем? С Алексом?
То-то он назвал меня невестой.
– Дядя, ты о чем сейчас?
– Я поворачиваюсь к Трею.
Это выражение лица я знаю. Он так смотрит, когда провернул на работе трюк под названием “проиграть сражение, но не проиграть войну”.
Ротор медленно разжимает захват шеи хвостом, приподнимается и распрямляется в полный рост. От него так веет силой и агрессией, что у меня внутри все трепещет.
Какая-то первобытная сила бьет из него ключом. Я подсознательно знаю, что он сильнее каждого здесь. Захотел бы - убил.
И почему-то это не вселяет в меня ужас. Наоборот - я любуюсь его мужской силой и красотой. Аж мурашки бегут по коже - до того он мне нравится в полной боевой форме.
– Почему я не могу больше на тебя воздействовать? Что ты с собой сделал? Говори!
– раздается откуда-то сбоку голос Мики.
Эта огненная девушка вжала своей энергетикой Лорола в дерево и тыкала в его грудь пальцем. А он позволял, но выглядел так, словно еще немного, и у него снесет все тормоза.
– Не говоришь? Хорошо! А если так?
– спросила Мики, закрыла глаза и по воздуху пошла вибрация ритма, направленная только на Лорола.
И тут морфов отпустило. Они тут же схватились за оружие.
Алекс направил в грудь Ротора бластер.
***
Лорол
Моя огненная девочка та еще штучка. Это было понятно с первого взгляда.
Но я не ожидал, что она пригвоздит меня дереву свои пальцем, требуя срочного ответа.
Я даже не воспринимаю сначала, что она там орет. Хочу накрыть ее рот своим, едва сдерживаюсь.
Строптивица!
Никогда нормального мужчину не знала, раз так себя ведет.
Показал бы ей, что женщине кричать нужно только от удовольствия, а не от нервов, да боюсь сорваться. Пока не узнаю о ней больше не могу потерять контроль.
– Что ты с собой сделал? Говори!
– требует она.
О-о-о, я могу ей сказать, как это получилось! Только ей не понравится - знаю наперед.
Чувствую, что только заикнусь об йере, как она на одном возмущении в атмосферу с места стартанет.
Так что пока не время. Для начала узнаю, насколько она погрязла в плохих делах. Потом вытащу ее оттуда за шиворот, как бы не сопротивлялась. А вот уже потом осчастливлю новостью.
После того, как соединюсь. О, да!
Э-э-э, нет, нельзя же.
Тьма!
Если она продолжит так себя вести, я за себя не отвечаю.
– Отвечай!
– громко требует она, сверкает зелеными глазищами.
Провоцирует, не иначе. Совсем мозгов нет, чтобы барсийца в боевой форме бесить. Она же не знает, что моя пара. Не была бы - не посмела бы и рта на меня раскрыть.
Но почему ей так важно знать, как я починил щиты? Словно от этого зависит ее жизнь.
У нее аж пряди волос змеями в воздух поднимаются от возмущения. Пытается на мне свою силу применить, а ничего не выходит.