Чтение онлайн

Я чувствую невидимые ментальные волны воздействия в воздухе. Они сильные, но Алекс, почему-то, к ним невосприимчив.

Ротор хмуриться, бросает на меня быстрый взгляд, а потом усиливает воздействие. Воздух трещит.

Я и не знала, что барсийцы могут так сильно бороться и в ментальном поле. Или это только возможности Ротора?

– Наяна, это твой окончательный выбор? Защищаешь его от меня?
– спрашивает Ротор голосом с вибрацией, от которой у меня в груди все дрожит.

– Я ничего не делаю!

– Только твоя сила способна быть невосприимчивой ко мне. Все остальные валяются без сознания. Даже Лорол с рыжей в кустах. Один твой жених крепко стоит на ногах.

А не может ли быть, что те исследования на меня морфов и невосприимчивость Алекса как-то связаны?

Но тогда почему моя сила ритма на него действует?

Пока не разобралась.

– Я этого не делала!

Вижу, он мне не верит.

Он прекращает ментальное подавление, сбрасывает пояс с оружием на землю, снимает оружие. Идет на Алекса с голыми руками, размахивая хвостом.

Я не успеваю и шага сделать, как морф оказывается перелетает через Ротора и приземляется спиной на землю. После чего в два приема оказывается скручен в бараний рог и обездвижен.

Ротор связывает его руки и ноги сзади при помощи ремня для оружия самого морфа. Алекс оказывается выгнут дугой и абсолютно беспомощен.

– Ну как тебе женишок в таком виде? Такого мужчину ты ВЫБРАЛА?

Это он так намекает на тот разговор о свободе выбора?

Я замолкаю, потому что больше не вижу смысла оправдываться. Ротор меня не слышит и мне не верит. Между нами нет ни доверия, ни уважения. Что еще делать?

И я не могу от него сбежать. Он в праве сильнейшего.

– Ничего не скажешь?
– спрашивает Ротор.

– И что теперь?

– Теперь я свяжу всех морфов и отправлю их на крейсер для милой беседы. А сам очищу этот лес от гарконцев.

В этот момент из кустов выходят барсийцы. Один из них несет на руках Мики, двое других тащат Лорола.

– На корабль всех. Под замок морфов.

Ротор смотрит на меня долгим взглядом, словно раздумывает, стоит ли посадить за решетку и меня.

Если так сделает, не прощу!

– Рыжую запереть с Лоролом в кают-контроле.

Я жду оглашения своей участи. Гордо поднимаю подбородок вверх.

Не заплачу, пусть не надеется. Не покажу, как сильно задета.

– А мою йеру проводите в командорскую каюту.

Барсиец, что слушает приказ, мнется. Спрашивает осторожно:

– Поставить охрану?

– Мою йеру охраной не удержать. Может, женихом удержим?
– спрашивает Ротор.

Да он ослеплен ревностью!

– А с дипломатом что делать?
– спрашивает барсиец.

– Выделите ему самую комфортабельную каюту из свободных, - отдает приказ Ротор и отворачивается.

С этого момента он больше не обращает на меня внимания. Отдает приказы и планирует очередную зачистку.

А меня уводят на корабль, чтобы увезти на крейсер.

Я оборачиваюсь, уходя. Ловлю на себе пристальный взгляд Ротора.

Он бледный, словно ему нехорошо. Под глазами темные круги переживаний.

Я тянусь к его менталу и вижу, что он открыт. Случайно ли от силы эмоций или нет - не могу понять.

Улавливаю самое важное.

Ротор знает, что я могу применить свою силу ритма на сопровождающих меня барсийцах при погрузке, когда его не будет рядом. Могу улететь на этом корабле куда пожелаю с морфами. И он жутко нервничает по этому поводу.

Я замираю в недоумении.

В его силах разделить нас на два корабля, но он этого не делает.

И меня мучает вопрос: Почему?

Ротор дает мне шанс получить свободу? Возможность улететь?

Или это проверка с одним единственным концом - рядом с ним, просто чтобы он сделал выводы?

Пока мы грузимся на корабль, я все думаю об этом.

Мне не жалко покидать Гаркон, но мне немного страшно за Ротора. Все ли будет в порядке?

– Госпожа Готр, все будет хорошо. Наш командор скоро вернется, - барсиец ошибается в фамилии, но я его не поправляю, чтобы не смущать.

Забыл, наверное. В такой суматохе не удивительно.

Я захожу на корабль, про себя насчитываю дюжину барсийцев. Немного, учитывая, сколько с нами морфов. С другой стороны, много бойцов в медблоке, а остальные отправились на задание. Конечно, тут не до разброса кадрами.

Я ожидаю в свои сторону настороженные взгляды, но все либо избегают смотреть мне в глаза, либо дружелюбно кивают, когда все-таки мы сталкиваемся взглядами.

Меня словно рады видеть. Это странно после моего побега.

И не похоже, что они ждут от меня подвоха.

Но что сделаю я?

Определенно, я не предательница. Я не использую силу ритма и не полечу с морфами никуда. Мне не нужны проблемы еще и с Алексом и непонятной помолвкой.

Первое, куда я хочу попасть - это крейсер. А дальше будет видно.

Перед взлетом вижу, как Мики вводят под кожу препарат.

– Что это?
– спрашиваю я у барсийца.

– Приказ, - коротко отвечает он после секундной заминки.

– Что вы вкололи?
– все-таки решаюсь уточнить я.

– Она опасна в сознании, - уклончиво отвечает он мне.

Вот как. А я?

Я замерла, ожидая, что настанет и моя очередь для укола. Что меня тоже вырубят, пока идет операция на Гарконе, но барсиец проходит мимо. Даже ободряюще улыбается на ходу.

Мы взлетаем, а я в сознании.

Вот так сюрприз и пища для размышлений!

Ротор приказал вырубить Мики, но не меня.

Более того, если морфов погрузили в закрытый отсек, а Мики зафиксировали ремнями на заднем ряду и окружили охраной по бокам, то для меня отвели одно из самых лучших мест впереди и словно окружили небольшой зоной отчуждения.

Даже дядю и Лорола зафиксировали на местах похуже моего.

– Госпожа Готр, хотите воды?
– спрашивает меня барсиец, что сделал Мики укол снотворного.

Я даже оборачиваюсь, чтобы проверить, к кому он обращается.