Чтение онлайн

И этого человека мы заставляли прыгать по все той же схеме, кипяток-холодок, снова кипяток-холодок. И если в начале восстановления человек не смог усидеть в ледяной воде и пяти секунд – действительно, очень холодная вода, по сути вода от растаявшего льда, – он орал, бледнел, цепенел, то к концу процедуры высиживал до четырех минут, хотя мог бы и дольше, но мы не давали. А в бассейн с кипятком он не мог вначале даже ногу засунуть, зато теперь свободно сидел распаренный и красный как рак.

И вот, когда определенный цикл кипятка-холодка был пройден, его посадили в молоко. И он сидел там, разморенный, мурлыкающий песенки, как довольный кот, хотя в это время от него поперла такая сногсшибательная вонь, что мне даже дурно стало. Но это того стоило – ведь в итоге парень преобразился до неузнаваемости – у него даже цвет кожи поменялся. Если до этого у него был вид вставшего из могилы трупа, то теперь он стал розовый, краснощекий, пухленький. Он выпрямился, походка изменилась, лицо засияло изнутри, чуть не во лбу звезда горела.

Именно такую задачу мы и ставили при восстановлении организма больного – оживить позвоночник и нервную систему. Человек был кривой, малоподвижный, умирал, – а в итоге стал живым, стал улыбаться. Он не улыбался последние десять лет. А потом вдруг разрыдался. Разрыдался от счастья. Одним словом, здоровым человеком стал.

– Да, это действительно рыдательный момент для бедного парня, рехнуться можно!

Евгений примолк, соображая, нет ли в моих словах двойного дна, какого-то подвоха? Затем сипловатым, сорванным басом бросил:

– Вот, смотри, Фома!

Он вставил в проигрыватель флэшку и направил пульт на плазму.

На экране я увидел джип, едущий по горной дороге, красивые горные пейзажи, озера в обрамлении невиданной растительности. Следующие кадры показали, как из машины вышли четыре человека в живописных нарядах местных жителей, в которых я узнал наших героев и еще одного мужчину – весьма сутулого, с потухшими глазами и нетвердой походкой.

– Вот тот, четвертый, – пояснил Евгений, – и есть наш больной, но уже после того, как его попользовал Пабло. Но тут он хоть трость отбросил и уже не хромает. Ты бы видел, каким он приехал в Кито в самом начале: еле ноги волочил!

Далее в получасовом фильме было показано все, о чем говорил Евгений, поэтому я не буду переповторять все снова. Больной действительно после всех процедур выглядел словно наливное яблочко. На последних кадрах в ролике бывший больной в немыслимой формы соломенной шляпе с обвисшими полями, сверкая пятками, несся куда-то под гору. За ним бежал с видеокамерой оператор и что-то истошно орал.

– Он что, спятил? От кого он убегает, вы его, часом, не ошпарили?

– Наверное, от инфаркта, – улыбнулся риши. – Ну что, убедился?

Евгений прошелся вдоль панели, раздувая щеки и выпятив грудь от осознания собственной значимости.

– А разве я сомневался? – отозвался я.

– Ладно, забей! – великодушно произнес собеседник и выключил видео.

– Только как-то быстро у вас все получилось…

– Нет, не так уж и быстро, это просто фильм получасовой, оператор лишние детали удалил, ну, как в обычном кино. А так мы с больным работали где-то около двух часов. Вообще этот человек приехал с другого конца света специально лечиться к Пабло эль Москито. И ему повезло, что там оказались мы с Калабиным. И когда на глазах у нашего оператора у больного исчезли внутренние гематомы, которые отражались на теле снаружи, тот бросил камеру, подскочил, возбужденный, к выздоровевшему человеку, забегал вокруг него, как старая ищейка, вынюхивающая следы старых болячек, и в экстазе кричал: «Милягро! Милягро!» – что по-испански означает «чудо». Мы даже с тех пор в шутку стали его звать дон Милягро.

Эту процедуру излечения, кроме нашего оператора, снимал еще один какой-то колумбийский репортер – он вместе с нашим оператором приехал на второй машине, – но отснятый материал этот парень увез с собой. А еще раньше он же снимал Володю на стеклах в сложных позах, и сколько снимал, столько и матерился – так он выражал свое восхищение чудесами, которые в асанах демонстрировал Калабин. Если перевести то, что он постоянно выкрикивал, то это, мягко говоря, будет звучать примерно так: «Етит твою мать! Етит твою мать!» – и так далее, по ходу всей съемки. То же самое он горланил и здесь на озерах, когда снимал сцены исцеления нашего больного. Вот когда этот репортер гонялся за исцеленным, он как раз это и кричал. Еще бы! То был горбатым, теперь выпрямился, то был похож на мертвеца, теперь стал кровь с молоком.

В общем, молоко – это был последний этап процедуры исцеления.

– То-то я не мог уразуметь, что кричал тот борзой парень, – отозвался я.

– Ты знаешь испанский?

– Ну, так себе, на бытовом уровне, на уровне сельского хозяйства. У меня троюродный брат в деревне живет. Так он в прошлом году приезжал, рассказывал кое-что про коров и сенокосилки.

– Счастливый – ты так много знаешь!

Я обдумал слова своего визави и понял, что риши в общем-то глубоко прав…

– Кстати, как откровение, во время исцеления этого больного Пабло эль Москито и Калабину пришла в голову связка, которую мы условно назвали «галапагосский варан». Она предназначена как раз для излечения позвоночного столба, – сказал риши.

– И каким же образом она пришла? – поинтересовался я.

Евгений подмигнул моей чашке, словно предлагая мне

промочить горло.

– Как пришла идея техники «галапогосского варана»? – переспросил Евгений. – Видишь ли, в процессе исцеления больной находился в трансе, его прессовали я, Калабин, эль Москито. И он сам стал спонтанно совершать какие-то движения, принимать какие-то странные, на взгляд постороннего, позы. Я это называю спонтанной йогой, я по этой теме веду отдельную программу. Потому что йога, которая реально необходима человеку, – это зачастую не выученная асана, а спонтанная поза. То есть человек входит в определенное состояние сознания, и он делает самостоятельно именно те связки, те асаны, которые в данный момент для него являются необходимыми для решения тех или иных задач, в данном случае для оздоровления.

И вот исцеляемый вошел непроизвольно в определенную асану, на базе которой, для данного вида исцеления искривления позвоночника, Калабин и создал отдельную связку, которую назвали «галапагосский варан». Название было выбрано тоже не случайно – мы перед этим были на Галапагосских островах, где полно огромных черепах и варанов, и подметили, что та асана, которую мы придумали, была весьма похожа на одну из поз варана, когда он выслеживает добычу.

– Послушай, Евгений, в своей книге «Как вылечить себя и близких без лекарств и врачей. Биоэнио для чайников» я рассказываю о саморегуляции, когда человек совершает всевозможные немыслимые движения. Тогда выравнивается процесс прохождения праны – энергии Вселенной – по своим энергетическим каналам в теле. Это ведет к оздоровлению всего организма. Похоже, мы как-то пересекаемся в своих методах.

Говоря это, я старался сохранять внешнее спокойствие, но на самом деле мне хотелось вскочить и схватить риши за горло – уж не позаимствовал ли он эту идею у меня? Но, секунду поразмыслив, пришел к выводу, что ошибся, поскольку в тот момент, когда книга только печаталась в типографии, Евгений находился в далеком Эквадоре в обществе галапогосских варанов, стокилограммовых черепах и прочих членистоногих.

– В этом нет ничего удивительного. Хотя я и не читал твой опус, но, как уже говорил, истины, они витают вокруг нас, они вне нас, вне времени, их только нужно уловить.

– Согласен, продолжай.

– Вот так к его излечению приложили руку и мы с Калабиным. И вообще мы, кроме этого, провели там еще несколько инициаций и исцелений. Решали и другие проблемы с людьми: личного характера, с бизнесом и так далее. Для каждого из них мы подбирали индивидуальный подход. Кого-то закапывали в землю, кого-то заставляли по углям ходить – в общем, по-разному. Да что там простые люди – сам Пабло эль Москито выразил желание быть заживо похороненным, чтобы потом восстать из могилы вновь возрожденным и обрести еще одну инициацию!