Чтение онлайн

– До свидания, махариши, спасибо вам! – Женщина повернулась и пошла вместе с мальчиком в сторону прибрежной дороги.

Вокруг Евгения сразу же сомкнулась толпа и наперебой стала засыпать его вопросами.

– Я представлений не даю, господа, это не ко мне! – объявил Евгений и, свободно просочившись сквозь толпу, неспешно пошел в конец пляжа. За ним гуськом ринулось несколько человек, но он, не обращая на них внимания, зашел в воду, оседлал желтый арендованный аквабайк и малым ходом отошел от берега. На открытом пространстве, где не было купающихся, он добавил скорости, и от недавнего присутствия Евгения остался только белый пенный след на синей морской глади.

– Кто он? – спросил я молодящуюся, судя по топлес, женщину средних лет, в темных очках, которая, как и я, приложив ладонь козырьком ко лбу, наблюдала за отплытием скутера.

– Говорят, какой-то белый медведь.

– Медведь? – Я посмотрел на тетю с целью определить ее IQ.

– Ну да, это какая-то то ли секция йогов, то ли что-то там еще. – Она уловила мой ироничный взгляд и сердито фыркнула. – За что купила, за то и продаю!

Мадам презрительно скривила накачанные ботексом губы, всем своим видом намекая на мою глубокую провинциальность, и модельной походкой, от бедра, демонстрируя длинные, красивые ноги, нисколько не попорченные возрастом и целлюлитом, двинулась к морю.

Я обернулся и увидел, как из темно-синего внедорожника БМВ, припаркованного у обочины, вышел мужчина в белом костюме и услужливо открыл заднюю дверь подошедшим женщине и мальчику, которому сейчас тут правили спину. Тут же машина уехала.

Спросить больше было не у кого, народ разошелся, а амбал в синей бейсболке, карауливший стекла, у которого я хотел узнать хоть что-то, послал меня куда подальше. Спрашивается, что я ему плохого сделал?

…Где-то года через полтора после описанных событий я участвовал в семинаре по нетрадиционной медицине, в ходе которого выступил и сам. Конференц-зал, где я проводил выступление, был небольшим: человек на сто – сто пятьдесят, тем не менее он оказался забит народом до отказа. Во время выступления мне среди прочего предстояло показать, каким образом можно одновременно подкачать энергетику целой толпы и каждого в ней человека в отдельности, не прибегая к внутренним энергоресурсам. Чтобы подчеркнуть эффективность своего метода, моя хо-стес еще до сеанса отобрала с десяток желающих проверить его результативность и замерила им их биополе на специальном приборе. После сеанса поле опять замерялось, и все могли убедиться, насколько оно возрастало.

Так вот, по ходу выступления, когда я стал демонстрировать свой метод и направил на слушателей ладонь своей правой – активной – руки, я столкнулся с некоей проблемой. Заключалась она в том, что, когда ладонь делает энергетический посыл на людей, в ней ощущается как бы некая опустошенность, то есть как будто бы из нее что-то откачивают. Так оно в общем-то и было, но в одном из направлений зала рука ощущала не опустошение, а, наоборот, давление, причем чисто физическое – ладонь реально отбрасывало назад.

Я попытался уточнить местонахождение этой точки и уже медленнее, словно локатором, прошелся по залу ладонью снова. И в тот момент, когда я почувствовал ответное давление, я внимательно посмотрел в том направлении. И там, где-то в центре зала, я увидел мужчину лет сорока, наголо бритого, широкобрового и темноглазого, с лукавой улыбкой на лице.

Этот человек, сомкнувший ладони рук в падма-мудру, и направил на меня поток своей энергии, которая, судя по предыдущим моим ощущениям, превышала по мощи мою собственную. Но меня удивила не его энергетическая сила – что ж тут такого, если кто-то оказался сильнее меня в этом плане, – в нем я узнал Евгения, впервые увиденного мной на пляже Геленджика, когда он исправлял сколиоз какому-то подростку. Мне захотелось поговорить с этим интересным человеком, обладающим, несомненно, редкими способностями. Я шепнул своей хостес, чтобы она между делом прошла в зал и попросила Евгения задержаться для встречи со мной.

Позже я встретился с Евгением в фойе, и мы договорились увидеться в ближайшее время.

В уютное кафе на Красном проспекте я пришел на несколько минут раньше обусловленного времени и, расположившись невдалеке от дверей, стал наблюдать за входящими. Дабы избежать косых взглядов официантов, я заказал бокал мохито и потихоньку посасывал его из трубочки под песенку Кэти Перри, изрыгаемую откуда-то из упрятанных за панели стен стерео. И вот ровно в назначенное время в зал заходит Евгений в красной в полоску, грубо вязанной куртке, делавшей его похожим на какого-то жителя далеких Анд. В руке он держал ноутбук.

Я привстал и махнул ему рукой.

– Мохито? – спросил я, пожимая его булыжную ладонь.

Он присел за стол напротив меня и ответил:

– Спасибо, но я не употребляю спиртное.

– В мохито его самая малость.

– Извините, Николай, но это мой принцип – никакого алкоголя вообще. Девушка! – подозвал Евгений официантку. – Чай, пожалуйста.

– Евгений, – начал я разговор, – я был очень впечатлен тем, что вы сотворили с маленьким горбуном в Геленджике. Я никогда не видел ничего подобного. У меня тут есть один знакомый, весьма известный в городе ведун, его Борисом зовут, и он правит там черепа, вправляет вывихнутые кости, позвонки. Но все это делается контактным путем. Вы же проявили некое неведомое мне мастерство, не входя в контакт с пациентом, а просто используя свою энергетику, в мощи которой я убедился на своем выступлении. Это было удивительно, хоть я и повидал на своем веку много необычных людей, способных на чудеса, да и сам тоже целитель со стажем.

Евгений добродушно улыбнулся:

– Тогда я использовал древние магические свойства стекла, ныне основательно подзабытые. Можно сказать, что в том исцелении его заслуга, другое дело, надо знать, как всем этим пользоваться. Я являюсь мастером маха-крия-йоги и более двадцати лет занимаюсь стрессирующими практиками, куда наряду со стеклом входит и ряд других элементов.

– А вы долечили того парня до конца?

– Да, через два месяца, во время второго сеанса.

– Я слышал, как мать мальчика обращалась к вам как-то по-особому. По-моему, она называла вас «риши» – риши Евгений. Это что, означает какую-то степень мастерства, как, например, в карате – первый дан, черный пояс и тому подобное?

В это время официантка принесла чугунный чайник и фарфоровую чашечку, и Евгений, отпив несколько глотков, ответил:

– Вообще так меня нарекли садху, когда мы вместе с моим другом Владимиром Калабиным, известным мастером хатха-йоги, ездили в индийский штат Гоа во Всемирный центр Аюрведы, куда нас пригласили для проведения мастер-классов.

– Секундочку, Евгений. Тут у нас получается вторая накладка, я не знаток йоги и индийских традиций и не знаю, кто такие и садху.

– Ах да, меня занесло, – почесал затылок Евгений. – Ну, садху, если объяснять без всякой там зауми, – это такие отшельники, которые посвящают свою жизнь духовным практикам. Что касается слова «риши», то некоторые словари санскрита трактуют его следующим образом: либо это святой, праведный человек, либо тот, кто обладает медиумическими данными. Как правило, словом «риши» в Индии называют мудрецов, предания которых содержатся в священных писаниях. Кроме того, это слово может означать – вдохновенный провидец.

– Следует ли мне теперь к вам обращаться «риши Евгений»?

– Если хотите. Можете риши, можете навориши – как вам ближе.

– А это что такое?

Евгений отодвинул чашку и переложил свой ноутбук с сиденья на стол.

– Знаете, если мы начнем все это разбирать подробно, надо будет заглянуть в те времена, когда ЭТО со мной началось, то есть когда я стал своим сознанием входить в ноосферу, или, иначе, Хроники Акаши, называйте это как угодно, сути это не меняет, и черпать там какие-то сакральные знания. Мне кажется, это не очень интересно.

– Почему же? Как раз наоборот!

– Вы думаете?

– Несомненно!

– Но если излагать мою историю, значит, надо говорить не только о стрессирующих инициациях, маха-крия-йоге и йоге дважды рожденных, то есть о том, чем я занимаюсь сейчас и что это такое. Надо будет коснуться и истории предмета, хатха-йоги и йоги вообще. А это материал не то что на одну беседу, а даже не на одну книгу. Тут одной встречей никак не обойтись.

– А что? Это идея! Кстати, у меня тут с собой диктофон. Не возражаете, если я кое-что запишу, и, возможно, на этой основе мы вместе сможем сделать какую-то полезную для читателей книгу. У меня в этом деле имеется кое-какой опыт, мои книги вышли в крупнейших московских издательствах. Почему бы не издать еще одну? Я полагаю, она будет интересна многим. Вы – как автор, я, с вашего позволения, – как соавтор.