Чтение онлайн

Если классическая работа с телом и сознанием оптимизирует тонус нервной системы и не влечёт за собой излишнего расхода энергии, то что же мы имеем в «сетовых тренингах»?

Происходит сильнейший разогрев тела в результате:

а) физических усилий, вызванных скоростью смены форм и сопутствующего этому нервного возбуждения;

б) возникающей у новичков одышки;

в) специальных физических усилий, синхронизированных с задержками дыхания на вдохе — в ранней «садхане»;

г) предварительной, текущей либо завершающей гипервентиляции, — в её более поздних черниговских модификациях.

Одним словом, комбинаций, как и возможностей перенапрячься, множество. «Сутры» формально вроде бы и говорят о сочетании практики асан с пранаямой, но Свами Сатьянанда в своём комментарии категорически настаивает, что это утверждение надо понимать следующим образом: пранаяма выполняется только в медитационных асанах, во всех прочих — никогда! Этот вопрос подробно рассмотрен в главе, посвящённой дыханию в йоге.

Даже Айенгар, наиболее выдающийся ученик профессора Кришнамачарьи, известный во всём мире своей нетрадиционно жёсткой практикой йоги (которая в своих американо-европейских интерпретациях является просто своеобразной темповой акробатикой), и тот никогда не контролирует дыхание в асанах, а уж о гипервентиляции перед практикой или задержках во время неё нет и речи.

Итак, в «восьми кругах» никакого присущего традиционной йоге физиологического или психосоматического успокоения не достигается. Напротив, как уже неоднократно отмечалось, всё это действует возбуждающе, вводя организм в обычный «крейсерский», расходный режим функционирования, причём в любых вариантах подобной практики возникают мощные перегрузки психики и ВНС.

В подобных технологиях мы всегда имеем дело только с «горячей» гибкостью своего тела. И неважно, чем оно разогрето — самим физическим (а значит, и нервным) усилием, гипервентиляцией, задержками дыхания или комбинацией этих факторов — определяющим является то, что всё это не соответствует технологии традиционной йоги.

Как и алхимики, которые считали себя заместителями Бога на земле и на этом основании пытались ускорить процессы превращения одних веществ в другие, создатели «современной йоги» наступают на аналогичные грабли соблазна побыстрее получить от тела то, что хочется. Самое «забавное» здесь то, что в абсолютном большинстве случаев это совсем не то, что нужно организму конкретного человека в действительности.

Следуя классической технологии выполнения, мы постепенно «приобретаем в собственность» дополнительные территории двигательных диапазонов, в которые можем потом входить когда угодно и пользоваться ими по своему желанию. А неосвоенная область, которая ещё остаётся «в запасе» до абсолютных пределов гибкости, постепенно сокращается. В результате классического метода освоения по уже приобретённому можно «передвигаться» свободно. Любая самая сложная асана при вхождении в соответствующее состояние сознания будет выполняться просто, как если бы я решил поднять с пола спичку, если данная поза освоена естественным путём а, не в результате борьбы с «вызовом».

Если же человек научился подбираться к абсолютным пределам мобильности тела любым другим способом, такой свободы «передвижения» по запредельной территории он не получает.

В систему «кругов» попадают в большинстве своём уже сформировавшиеся физически субъекты, и всё, что они пытаются сделать, основано на личной воле. А это значит, что если в силу редкостных телесных данных некоторым молодым людям и удаётся дойти до природных границ гибкости в том, что выглядит как асаны, а затем повторять это достижение раз за разом, подлинной адаптации не происходит, территория не делается «своей». Да, тело до какой-то степени привыкает, но всё равно каждый раз «рекорд» вынужденно воспроизводится, для чего надо выкладываться полностью. А это невозможно сколько-нибудь длительное время, потому что в едином его потоке все мы стареем, изнашиваемся, нарастает энтропия процессов тела. Сколько лет подряд и до какого возраста возможно с запредельным напряжением всех сил показывать наивысшие результаты в подобной работе с телом? В каком возрасте вообще и с каким исходным состоянием здоровья следует рассчитывать на систематическое достижение своего «потолка» в сложности асан, который был доступен в юные годы, и является ли это целесообразным?

Грустно смотреть на взрослых и часто не очень здоровых людей, которые безоглядно стремятся научиться тому, что делает со своим телом феноменальный Сид. На самом деле это занятие только для молодых, здоровых и предрасположенных, которые хотят испытать свои силы, выявить пределы возможностей. Но не обладая соответствующими данными, человек, каждый раз заново стремясь к чужой запредельной гибкости, подвергается всё большему риску. Чем старше возраст и меньше незатронутых резервов, тем выше вероятность перегрузки, явных скрытых травм на различных уровнях соматики, которые проявятся рано или поздно.

А поначалу, как первый звонок, начинается постепенное и самопроизвольное свёртывание двигательных диапазонов, которыми человек располагал до начала систематических занятий «кругами», ухудшение первоначальной физической формы. Всё реже им удаётся повторять самих себя, воспроизводить то, что свободно проделывалось с телом десяток лет назад. Ещё через какое-то время это станет просто невозможным, что означает неминуемое возникновение проблем со здоровьем, разменянным на бесконечный ежедневный «вызов» самому себе. Жизнь и так каждый день бросает перчатку всем и каждому, вышибая из равновесия, так кому и зачем нужно дополнительное напряжение ещё и сверх того? Разве, заворачивая силой в три погибели своё тело, можно хотя бы отчасти успокоить душу? Как говаривал товарищ Сухов: «Это вряд ли...»

Переопределим в очередной раз понятие традиционной йоги: это последовательная практика, начинающаяся с тела, которому предписывается освоить удивительные по сложности фиксированные формы, в результате чего естественно формируется личная (не чужого образца) гипермобильность, волевым путём не достигаемая. Спонтанный режим прироста гибкости не вызывает травм, вызывает предмедитационное состояние сознания и сопровождается им. Параллельно этому процессу происходит сопутствующая регенерация психосоматики. Возникающее в результате данной практики состояние сознания является именно таким, с которым — и только с ним! — могут контактировать иные слои психики (о наличии которых сам человек не имеет обычно прямого представления), включая её безличный уровень — структуру Единого.

Именно особое состояние восприятия, которое человек постигает только через традиционную практику асан, затем — в психотехниках, углубляясь, становится медитацией. Обычно человек не имеет никакого представления об этом, да и не может быть знаком с подобными состояниями, поэтому любые попытки просто медитировать, даже теоретически зная, что это такое на самом деле, не способны принести результат. В упомянутые состояния невозможно «вбить» себя никакими ухищрениями, кроме метода традиционной Хатха-йоги.

Во всех школах и системах, где разные чудеса с телом производятся на волевой основе, принципиально не могут возникнуть условия для коммуникации бодрствующего сознания с «остальной» психикой, и всё это вырождается в физкультуру, имеющую свои позитивные моменты и эффекты, но это не йога в её подлинном смысле.

Древние исследователи открыли поразительный способ контакта индивидуальности с Единым, который строится на воле и действиях самого человека, а не случаен или дан от рождения. Причём универсальной и безличной технологией йоги может воспользоваться любой, не пытаясь ломать себя, чтобы втиснуться в чужие рамки (у Высоцкого: «Эй, вы, задние, делай, как я, это значит — не надо за мной, колея это только моя, выбирайтесь своей колеей...»), ведь чтобы дублировать любой аспект развития другого человека, нужно быть ещё одним этим человеком. Отсюда Раджа-йога — безличная технология контакта с Абсолютом, — не требующая подражания либо слепой веры!

Отцы христианской церкви неоднократно сталкивались в «Умном делании» с ситуацией, когда состояние горячего пребывания в вере блокирует возможное переживание Бога, — два различных состояния, в каждое из которых сознание вовлекается полностью, не могут быть одновременными.

«Раджа-йога не существует без Хатха-йоги, и наоборот». Лишь истончив до определённого минимума энергию Я-сознания, мы даём возможность проступить в нём тому, что «просвечивает» изнутри, саму основу всего сущего, но лишь на какое-то короткое время. Всю остальную жизнь мы обречены быть только самими собой, находясь в сансаре, которая, — когда мы сумеем изменить «глаза души», — и есть нирвана. Конечно, не в том её предельном смысле, о котором говорил Будда, когда личность полностью аннигилирует, превращаясь во всё или ничто. Хотя при этом субъект как бы получает возможность выхода в деперсонализированное космическое сознание, это является фикцией, поскольку для человека, находящегося в состоянии абсолютной свободы само понятие свободы теряет всякий смысл. Абсолютная свобода порождается только гибелью личности, а следовательно, и творческой потенции. Нирвана — информационный коллапс, простое существование тела в отсутствие самоосознающего разума. Вообще метафизика — это обращение к вопросам, на которые нет ответов.