Чтение онлайн

Все сертифицированные учителя в системе Айенгара — очень тренированные физически, сильные, жилистые люди, в которых, однако, не заметно ни радости бытия, ни просветлённых качеств. Это пахари, винтики огромного транснационального механизма извлечения прибыли, задействованные системой «на все сто». Они настолько «воткнуты» сознанием в «кайф» от личной практики, с одной стороны, а с другой — в бесконечные алгоритмы внешнего описания асан и свою зависимость от сумасшедших нагрузок, что давно забыли конечный смысл того, что делают, целиком заклинившись на «родной» системе. О том, что йога — это не только асаны, они и не вспоминают. Ходят слухи о том, что особо одарённых отбирает сам Гуруджи и уже лично преподаёт им некие продвинутые йогические техники дальнейших ступеней традиционной Раджа-йоги, но на самом деле никто и никогда таких людей не видел.

Возвращаясь к теме новичков в системе Айенгара, можно отметить что подход, навязываемый в её рамках при решении проблемы расслабления, является, без сомнения, очень варварским, тем не менее он стопроцентно эффективен в том смысле, что до всех и каждого необходимость какого-то расслабления доходит достаточно быстро. Печаль в том, что понимание действительной роли глубокой релаксации в практике асан так и остаётся в зачаточном состоянии. Если же люди не слишком здоровы, далеко не всем из них показан подобный метод, тем более, что подобное массовое обучение йоге по определению не может быть нацелено на учёт индивидуальных состояний и проблем каждого занимающегося.

Что же до ощущений, то понятно какие у людей ощущения, когда они мокры от пота и глаза у них лезут на лоб от добросовестных попыток напрячься «ещё больше». Всё это мне довелось наблюдать и пережить самому в качестве участника первых школ, организованных Фаеком Бириа в конце восьмидесятых — начале девяностых годов в Москве.

Справедливости ради следует отметить, что Айенгар и его полпреды в своём развитии не стоят на месте, с восемьдесят девятого года объяснения необходимости релаксации у них стали чётче, смягчилась и сама практика, хотя, конечно, всё это является, на мой взгляд, ещё весьма далёким от требований классики. Тем не менее видно, что сам Учитель проделал гигантский путь в сторону традиции, в чём я усматриваю ещё одну грань его гениальности, учитывая тот факт, что на Востоке отойти от линии, которую вложил в тебя твой гуру, практически невозможно.

«Прежде всего, давайте определимся в том, что мы понимаем под расслаблением... Если лежание на полу и дрему или сон, то, конечно, школа Айенгара не предусматривает релаксацию такого типа. Мы понимаем релаксацию как способ позволить своему разуму хоть на несколько мгновений побыть наедине с самим собой, в состоянии простоты и ясности... И этого состояния невозможно достичь, если вы недостаточно тренированны в выполнении асан и пранаям» (из интервью Ф. Бириа журналу «Здесь и сейчас», 1999, вып.3-4, с.70).

Далее Бириа совершенно правильно отмечает, что состояние истинной релаксации (практически являющееся главным условием и показателем достоверности достижения медитационного состояния) характеризуется преобладанием альфа-ритма (частоты 5-7 гц) в электрической активности мозга. Но всё дело в том, что не просматривается никакой видимой связи между массовой практикой Айенгар-йоги, — будь то учителя или простые занимающиеся — и упомянутым принципом, по крайней мере в тех центрах и школах Айенгара в России, где ведут занятия отечественные, хотя и сертифицированные Фаеком инструктора. Фактически все, кто работает в России по системе йоги Айенгара, постоянно перегружаются во время своих занятий, и перенапрягают своих учеников, что рано или поздно приведёт (и уже приводит, я постоянно наблюдаю это на протяжении ряда лет!) к негативному воздействию на состояние их здоровья.

На московском семинаре Ремета летом девяносто девятого, последний поведал собравшимся, что к сорока годам, добросовестно проработав в системе Айенгара энное количество лет, он почти полностью разрушил здоровье, вследствие чего пришлось в корне переосмысливать всю практику. В итоге он пришёл ко всё тем же принципам классического исполнения асан, которые основаны на полной релаксации. В то же время его собственный стиль работы отчасти смешан с элементами цигун — слишком много движения, хотя нет сложной акробатики или «потока» движения, подобного киевской «садхане».

Не исключено, что к понятию истинного расслабления кто-то и приходит на определённом уровне мастерства, достигаемого в рамках системы Айенгара, но не путём осознанного обучения, а естественным отбором в неё двигательно одарённых людей, которые затем, в случае наличия определённых физических способностей и слепого повиновения наставникам, могут получить статус учителей. В потоке динамически устойчивого движения смены форм асан, предлагаемого Айенгар-йогой для тех, кто по амплитудам способен это выполнить, безусловно, возникает определённое торможение сознания и частичная его релаксация, но степень её несравнима с той, что мы имеем при традиционном темпе выполнения.

Диапазоны форм, в которых возможен такой способ работы с телом, который предлагает «ранний» Айенгар доступны единицам, на деле же получается гораздо прозаичнее — девяносто девять процентов всех, кто практикует эту йогу, навсегда остаются в пределах двадцати недель расписанного в «Прояснении...» пятилетнего курса.

Далеко не все хотят и способны понять то, с чем на самом деле столкнулись в образе этой системы. И если это неизбежно, значит — справедливо. Главное, как считает большинство людей, чтобы был хоть какой-то позитивный результат, если он имеется в наличии, то Бог с ним, с пониманием. К сожалению, дозировка усилий — штука не простая, здесь возможны очень разнообразные варианты, так что при истинном разумении того, что делаешь, работать в классической йоге всё же надёжнее, как, впрочем, и во всём остальном.

Недавно ко мне обратился старый знакомый, мы впервые встретились с ним ровно десять лет назад на совместных занятиях, которые Гуруджи проводил лично в спорткомплексе Второго медицинского института в восемьдесят девятом году. С тех пор Ю., назовём его так, самостоятельно занимался систематической практикой в рамках только этой школы. Имея отличное здоровье, отставной лётчик работал помногу и с максимальной добросовестностью, хотя и начал всё это в возрасте пятидесяти пяти лет. Теперь же, спустя годы, в результате этой перегрузочной практики он заполучил злокачественную тахикардию, а также проблемы с мозговым кровообращением, о чём его и предупредили врачи.

На протяжении многих лет наблюдая его занятия, а также ряд других москвичей, работающих в русле этой школы, я вижу, что эти люди постоянно выполняют асаны на волевом усилии, им так и осталось неизвестным, что такое нормальная релаксация, не говоря уже о глубокой. Даже если тело привыкает к нагрузкам, что и произошло с моим знакомым, постоянное специфическое нервное перенапряжение, работа в адреналиновом режиме, с преобладанием симпатической активности нервной системы приносит здоровью гарантированный вред, что ещё более справедливо для «йоги восьми кругов», особенно если её начинают практиковать люди зрелого возраста. Когда человек молод, эти перегрузки не так заметны, здоровый организм худо-бедно к ним ещё как-то приспосабливается, но чем старше — тем отрицательнее он реагирует на постоянный психосоматический «перегрев», который по молодости наивно принимается за полноту жизни. «...А если придётся потом платить, так это ж — пойми — потом...», — говорил дьявол, искушая человека, в одном из стихотворений Александра Галича.

Но, в конце концов, личное дело каждого что выбирать для себя, потому что: «Все мы идём в никуда, но лучше идти в никуда тем путём, который тебе нравится».

В классическом подходе к технологии асан, представленном в печатных трудах коллектива Бихарской школы, неизменно подчёркивается, что основой любой йогической практики является глубокая тотальная релаксация, по определению неизвестная европейцам, которой их необходимо обучать в первую очередь при освоении поз йоги, а также на дальнейших её этапах.