Чтение онлайн

При раскопках в Накхонпатхоме было найдено множество статуэток Будды в разных видах, в том числе и Будда верхом на Гаруде, буддийские «колеса закона», изображения львов, слонов, человеческих голов с различными выражениями лица [545, с.20]. Довольно часто встречались также кирпичи с оттиснутыми на них буддийскими формулами исповедания на пали, найдены фрагменты надписей на монском языке о дарениях храмам земли, рабов и скота [902, с.ЗЗ].

Особенно интересной оказалась находка набора царских регалий. В их число входили два терракотовых подноса. На одном из них был изображен корабль, такой же, как на серебряном медальоне. На другом — царские инсигнии вокруг углубления в виде двойного лотоса (в это углубление насыпали какой-то порошок). В том же месте были найдены еще два комплекта царских регалий — опахала, раковинные трубы, громовые стрелы, веера, слоновые кострецы, зонты. Весь сложный набор этих предметов в целом должен был изображать вселенную во всей ее полноте [902, с.49].

Уже тогда, видимо, сложился в основных чертах тот сложный обряд коронации царей, который сохранился в Таиланде вплоть до XX в. Любопытно, что, несмотря на господствующую роль буддизма в этой стране, начиная с первых веков нашей эры обряд коронации всегда осуществляется индуистскими жрецами. Здесь сохранилась изначальная традиция буддизма не вмешиваться в земные дела, хотя на практике буддийская церковь в Таиланде, как и везде, в политику вмешивалась часто и энергично. Правда, как правило, это происходило за кулисами. Декорум все же соблюдался.

В течение трех дней перед коронацией брахманы приносят жертву огню. На трех алтарях устанавливаются изображения индийских богов. Перед ними ставят медную жаровню и девять сосудов с водой (с серебряной монетой внутри). Затем собирают листья орлиного дерева, омывают их, часть этих листьев передают царю, чтобы он ими натерся, а остальные, обмакнув в мед и масло, бросают в огонь.

При этом верховный жрец Шивы провозглашает: «Я предлагаю Шиве эти тройные листья орлиного дерева, которые обладают тремя качествами, тремя глазами и тремя [видами] оружия, которые уничтожают грехи трех существований» [887, с.72]. После этого огонь заливают водой.

В день коронации царь в первую очередь совершает омовение водой из пяти главных рек страны, затем из четырех прудов Супанбури, затем водой, освященной монахами во всех провинциях страны. В этом обряде ему помогает верховный жрец Шивы. Затем в полной одежде царь следует за брахманами в тронный зал и восходит на восьмиугольный трон из фигового дерева, над которым укреплен семислойный белый зонт государства7. Сперва царь садится на трон лицом к востоку (к востоку от солнца), и верховный жрец обращается к нему с пожеланием, чтобы он защищал всех живущих на востоке. Затем жрец подает царю раковину с водой. Вода здесь, как и в первом обряде, заменяет ароматичное масло, которым в Древней Индии помазывали на царство. Затем царь, следуя движению солнца на небе, садится лицом на юго-восток, потом на юг, юго-запад, северо-запад, север, северо-восток, и каждый раз повторяется та же церемония.

Собственно коронация происходит на другом троне, из позолоченного фигового дерева, под семислойным зонтом, который после коронации заменяют девятислойным. Верховный жрец Шивы подает царю великую корону победы, а тот сам надевает ее на себя. Затем жрец вручает царю прочие регалии — девятислойный белый зонт, меч победы, туфли8 и веер. Помимо этих пяти главных существовал еще ряд других, часто еще более древних регалий, например метелка из хвоста яка (в древности заменявшая веер), скипетр и трость, олицетворявшая громовую дубинку Индры, брахманский пояс — традиционный атрибут Шивы, символ слияния с этим богом, золотая табличка с царским именем, восемь видов оружия и др.

Об обязанностях царей Дваравати дают некоторое представление обряды, исполнявшиеся царями Сиама или их ритуальными «заместителями» вплоть до XIX в.

В Сиаме в шестой день шестого лунного месяца (т. е. в апреле) начинается трехдневное правление временного короля, а настоящего короля на это время запирают во дворце. Временный король посылает во все концы своих многочисленных приспешников, чтобы те конфисковали как можно больше товаров в лавках и на базаре. Даже суда и джонки, прибывающие в местную гавань в течение этих дней, конфискуются в пользу временного короля и должны быть у него выкуплены.

Король направляется на обширную площадь в центре города, куда разукрашенные быки влекут позолоченный плуг. Умастив быков благовониями, псевдокороль распахивает плугом, натертым маслом, восемь борозд, в которые пожилые придворные дамы бросают первые зерна. На распаханные борозды набрасывается толпа зевак, ибо считается, что подобранные из этих борозд зерна принесут богатый урожай, если их подмешать к семенному рису. После этого быков выпрягают и раскладывают перед ними рис, маис, кунжут, саго, сахарный тростник, дыни и т.д. Считается, что то, к чему быки прикоснутся в первую очередь, на следующий год будет в большой цене (некоторые, впрочем, толкуют это знамение в противоположном смысле). Все это время временный король стоит, опершись о дерево и положив правую ногу на левое колено. За такую манеру стоять ему дали в народе прозвище Одноногий Король, хотя официально он именуется Хозяин Небесных Сил.

Он является чем-то вроде министра сельского хозяйства, он — главный арбитр во всех спорах относительно полей, риса и т.д. Он представляет особу короля и во время другого обряда, который отправляется во втором месяце, т. е. приходится на холодный сезон и длится три дня. В сопровождении процессии его приводят на открытую площадку перед храмом брахманов. На ней вбито несколько столбов, украшенных наподобие майских деревьев. На этих столбах подвешиваются качели, на которых раскачиваются брахманы. Во время раскачивания и танца брахманов Хозяин Небесных Сил должен стоять на одной ноге на возвышении из оштукатуренных кирпичей, покрытых белой материей и ковром. Опирается король о деревянное сооружение, увенчанное позолоченным балдахином, а по обеим сторонам от него стоят два брахмана. Танцующие брахманы держат в руках рога буйвола, которыми они черпают воду из большого медного котла, и окропляют ею присутствующих. Предполагается, что это приносит людям счастье, мир, здоровье и благополучие.

Хозяин Небесных Сил должен простоять на одной ноге около трех часов. Если его правая нога опустится на землю, он рискует лишиться своей собственности, а его семья — оказаться в рабстве у короля, потому что это считается дурным знаком, предвещающим непрочность трона и распад государства. Но если он выстаивает свои часы неподвижно, то, по общему убеждению, одерживает победу над злыми духами и в награду за это (по крайней мере номинально) получает право захватить любое судно, которое войдет в гавань в эти три дня, и овладеть его грузом; он также имеет право войти в любую открытую лавку в городе и вынести из нее все, что ему угодно [403, с.319—321].

В VIII в. в устье Меклонга был возведен новый портовый город — Кубуа, который в этом столетии стал главным портом государства. Археологическая ценность городища Кубуа заключается в том, что это однослойный памятник. Город существовал более 100 лет. Возможно, он был оставлен в конце VIII в. из-за давления морской империи Шривиджайя. Поэтому раскопки Кубуа дают нам картину материальной и в известной степени духовной жизни Дваравати в период его максимального расцвета.

Кубуа представляет собой в плане прямоугольник с закругленными краями, 2 км в длину, 800 м в ширину. Он обладал мощными оборонительными сооружениями. Его окружали два вала и ров глубиной 56 м. Раскопки открыли также остатки храма, под которым был зарыт закладной сосуд шриланкийского типа (в виде ящика с пятью отделениями). Содержимое таких сосудов должно было магически придать храму свойства микрокосма [902, с.51—56].

Сохранилось много элементов храмового декора — рельефные изображения оленей, слонов, змей-нагов, птиц, в том числе мифической птицы Гаруды. Есть изображения небесных музыкантов гандхарвов и демонов — якшей. Особенно часто встречаются львы, которые здесь выгладят более активно и наступательно, чем в построенной несколькими десятилетиями раньше столице государства Накхонпатхоме. На одной из ступ сохранились изображения человеческих фигур — грубоватые, но живые, не стесненные канонами царь, принцесса со служанкой, слуги, несущие вещи, музыканты, танцоры, воины, иностранные гости (или купцы), пленные [902, с.58—59].