Чтение онлайн

Зацепляет меня что-то в этой картине притяжения деда к рюмке. Неужели этот отнюдь не бичующий дедуля – такой алкоголик? С виду довольно интеллигентный молодой (кх-кхм) человек. Наверняка он за свою жизнь фронтовую таких стограммовок несчетное количество перепробовал. И ведь видно, что не пьет человек и выглядит вполне прилично (ну, почти), а смотри-ка, позарился на огненную.

Между тем дед, не обращая почему-то внимания на мои размышления, продолжает гипнотизировать рюмку. Кажется, он хочет притянуть ее к себе взглядом и жухнуть всю рюмочную сорокаградусную сущность в один залп – по-армейски, по-фронтовому. Он уже чуть ли не пьет ее глазами, ощущая, наверное, как нереальная жидкость нереально обжигает его изнутри. Наконец, словно сделав последний глоток, дед ненадолго закрывает глаза и встряхивает головой. Странный тип.

Можно подумать, бутылка водки для него – редкость неземная. Хотя, вполне вероятно, он просто не может позволить себе напиться. Не может, потому что всю свою пенсию, безусловно, гигантскую, отдает своей старухе (если есть еще она, эта старуха) или детям-внукам (если есть еще они, эти дети-внуки). И не купит себе бутылку не потому, что нет денег, а потому, что, еле сводя концы с концами, по-стариковски экономит каждую копейку. А тут, увидев давно позабытое изобилие, «маненечко расчувствовался» и решил предаться такой вот своеобразной ностальгии. Сам не знаю, почему так подумал. Черт! Мне даже стало немного жаль деда, хоть я и не из тех людей, которые особо расходуют это чувство.

Тем временем дедуля, не обращая, как всегда, на мои мысли ну никакого внимания, постояв еще немного и помявшись, неслышно вздыхает и снаряжается топать дальше. Но в самый, как это обычно бывает, последний момент на него обращает свое внимание один охранник с мордой как у бульдога. И, безусловно, усмотрев в ветеране потенциальную угрозу безопасности своих хозяев, верзила, крикнув деду нечто нечленораздельное, устремляется к нему с явным намерением деда с аллейки устранить. Дедульку такое стремление не радует – бестелескопным глазом видно, что он, хоть и не дрожит от страха, все же с волнением смотрит на приближающегося к нему охранника. На подмогу к товарищу подбегает второй «бульдог», видимо, для того, чтобы вдвоем было легче справиться с не на шутку разъяренным дедом.

В считаные секунды скрутив фронтовика (не зря обучены), бульдоги просто бросают его где-то на асфальтовой дорожке, предусмотрительно протащив перед этим несколько метров по траве. Один из верзил, вероятно, более сердечный, кидает старику его палочку, выпавшую из рук деда в процессе скручивания. Палочка приземляется неподалеку от хозяина, издав несколько звуков ударяющейся об асфальт деревяшки. Приземляется немного подальше от дедовского сомбреро, уже пережившего подобный полет.

Погрев с минуту и без того теплый асфальт, дед с трудом, как и положено в случае, если вас шлепнули обо что-то твердое, поднимается и начинает оценивать степень потрепанности своей одежды, получившей некоторые боевые ранения. Ранения, в принципе, небольшие, не считая порванного во время перетаскивания ботинка, названного мной выше заурядным, и штанины, вступившей в непосредственный контакт с грязевым пятном на дорожке.

Поправив первым делом сбившиеся планки, дед принимается изо всех сил оттирать штанину, словно стараясь протереть на ней еще одну дыру (первая – на ботинке, если вы забыли). Затем, покончив с химчисткой и подобрав валявшиеся палочку и шляпу, старик размещает их по местам и шагает дальше по указанной добрыми людьми дорожке, слегка пошатываясь – то ли из-за асфальтовой встряски, то ли из-за опьянения, полученного от «выпитой» рюмки. Так он, ковыляя, делает несколько шагов, как вдруг, неожиданно для меня и, наверное, для себя самого, оборачивается и показывает своим обидчикам кулак. И не трясет им (уточняю – кулаком), а просто стоит в угрожающей позе, изображая человека, которого вытащили из драки и обратно не пускают. Видали бы вы это – картина маслом: мироновский дискобол в полный рост.

Постояв так в течение времени, необходимого для того, чтоб я это описал, дед вдруг сразу сникает и, развернувшись обратно, двигается приобретенной два абзаца назад походкой в неизвестном ни для кого направлении.

Я же, покинув уже обжитую наблюдательную точку, иду искать выход из запутанных лабиринтов центрального парка. Думать ни о чем не хочу, особенно о только что увиденном – никогда не относил себя к разряду философов, делающих глубокомысленные умозаключения, любуясь природными катаклизмами.

Защищаясь от начинающегося дождя, поднимаю ворот плаща и медленно бреду к выходу парка, щелкая каблуками ботинок по намокающему асфальту. Всех нас когда-нибудь выкидывали.

Господин & товарищ! Интересно, ты когда-нибудь, оторвав свой бэксайт от того, на чем сидишь, задавался вопросом: почему мы так плохо живем? Лично мне, например, надоело то, что в этом заfuсkанном мире все не так, как мне обещали 27 лет назад. Мне не нравится гулять по заплеванным всякими придурками улицам. Меня выводит из себя всеобщее отупляющее пьянство. Меня бесят церкви и рестораны, казино и автостоянки. Я терпеть не могу хамства на улице и тем более в обществе. Меня унижает подчинение дебилам. Мне обидно, что женщина, которой я хочу добиться САМ, отдастся мне за деньги в куда более короткий срок. Меня убивает людская тупость и их же животная злость. Раздражает то, что люди, которые сейчас пытаются определять нашу судьбу, за пачку зеленых президентов сделают все, а тех, кто пойдет против, попросту раздавят.

Хотя… Плевать я хотел на все.

Конечно, ты скажешь, что ворчать и занудствовать проще всего. Но… Попробуй хоть раз купить банку Pepsi вместо банки пива. Не побойся осадить малолетнего отморозка – безнаказанность его еще больше отморозит. Вместо того чтобы дебилоидно пристать к проходящей мимо девушке, просто улыбнись ей. Надломи в себе инстинкт стада. Я знаю, что есть те люди, которые еще смогут это сделать. Я сам такой. Что толку злиться на остальных – сдвинь хоть на чуть-чуть жлобский стотонный камень с нашей страны. Удержись от соблазна лишний раз нагрубить контролеру в автобусе. Извинись, если задел кого-то плечом. Заступись за ЧЕЛОВЕКА хотя бы раз в жизни. Слабо?

Говорят, что любовь – это реакционное выделение какого-то там гормона. Причем это выделение может происходить несколько лет.

Когда-то в детстве (мне было лет 18–19) я был фанатом группы «Битлз». Нет, я, конечно, не носил всяких там пошлых футболок а ля I love Paul и т. п., не отращивал грибоподобные хайры, не заучивал методично «Mi-M-chelle, my belle…» под гитару. Но все же я был влюблен в эту четверку. Я завидовал их бесшабашной жизни и такой же дружбе. Я был очарован их талантом и индивидуальностями. Я узнавал все их песни по первым секундам проигрыша… А потом все это прошло. Наверное, гормон перестал выделяться.

По принципу открытой архитектуры, любая узловая часть персонального компьютера или сети может быть заменена. Вот бы и у человека так: отрезало руку – пришили другую. Короткие ноги? Заменим. Голова некрасивая? На тебе другую. Носи на здоровье. Мы для тебя старались. Клево!

Прихожу с работы. Отвечаю на несколько звонков. Наливаю себе полстакана водки. Очередной звонок.

– Женя!

– Слушаю.

– Завтра тюменцы приедут сервер ставить. Будь готов прийти.

– Хорошо.

Мир электрощелкнул моими губами от ее виска к ее же шее… Летающий гардероб… В отблесках пошлой советской лампы-абажура мы кажемся светло-бронзовыми… Водопад ее откинутых волос уравновешивает симметричность меня… Теплые глаза… Точка чувств на уровне осязания отпечатков пальцев… Тени нокаутируют пол… стены… пол… Обмороки эмоций и развлекающая глупых соседей сирена Счастья…

Если принять то, что параллельные миры не пересекаются по определению, то возникает очевидный вопрос: а каким образом происходит переход из одного параллельного мира в другой? Вариант туннелирования смотрится натянутым – мы ищем путь перехода и тут же надумываем туннель, самовозникновение которого маловероятно (невероятно). Если же предположить то, что «пространства» между мирами – вещественные не-дыры, то возникает еще один вопрос: каким образом скоординировать ход по этой вещественности, – ведь, не зная чего-либо, дающего информацию о расположении мира, осуществить переход невозможно – вероятность случайного обнаружения тоже мала (невероятно) и, скорее всего, непросчитываема.