Чтение онлайн

– Ну вот, теперь ты сидишь впереди меня, чем плохо? Тем более, Юджин новенький, ему побоку где сидеть.

Собственно, Синго был прав. Паренек, занимающий это место, вряд ли успел так к нему прикипеть, чтобы начать возмущаться переселением, да и его друг занимал место в другом конце аудитории, а поменявшись с Юу местами, он немного приблизился к парте, где сидел его товарищ. Так что Юичиро без зазрений совести решился на смену места. А когда в аудиторию вошел Юджин, маленький и щуплый, в больших очках и увидел, что на его месте сидит Амане, Акутазава со смехом указал ему на его новое место.

– Мы с Юу хотим сидеть вместе, – он перекинул через плечо Амане руку и пристально уставился на мальчишку. – Ты же не против, надеюсь?

– А, эм, – замялся Юджин.

– Против? Ты против того, чтобы наш дружный коллектив стал еще более сплоченным? – хищно сузил глаза Синго, так что у парня побежали мурашки по коже от этого взгляда.

– Нет, что ты, я совсем не против, – замотал головой Юджин и покорно занял свое новое место.

– Может не надо было так?

– Поверь, Юу, так даже мягко еще будет, – хлопнул его по спине Синго. – Коллектив не сахар, тут сладким и податливым быть опасно, а то скатишься и будешь как этот, – он с презрением кивнул в сторону парты Микаэля.

– Я бы его податливым не назвал, та еще заноза, – скептически заметил Амане.

– Короче смысл моих слов ты понял, – недовольно бросил Акутазава и уселся за парту. – Садись и ни о чем не парься. Все само утрясется, – сказал он Юичиро.

Когда в класс вошли Шинья и Глен, оба были удивлены тем, что Юу занимает чужое место, причем теперь он как бы занимал центральное положение в рассевшейся спереди и сзади компании Акутазавы Синго, парня, не пользующегося расположением у большинства одноклассников.

– Ты решил пересесть, – удивленно произнес Шинья, после того как они с Гленом подошли к Юичиро.

– Ну да, почему бы и нет. Тем более, здесь как-то посветлее, – скованно улыбнулся Амане, бросив взгляд на окно позади себя.

– Ну да, – согласился Ичиносе. – А как же Юджин, он же тут вроде сидел.

– Теперь сидит там. Мы решили поменяться. Ему там даже проще будет с Сиодзаки общаться.

– Да, пожалуй, – согласился Глен, взглянув на парочку друзей, между которыми значительно сократилось расстояние. Однако все равно эта ситуация вызвала озабоченность на его лице.

– А чего решил пересесть-то? – снова задал вопрос Шинья.

– Решил и решил, Шинья, чего ты докапываешься? Захотелось человеку, вот и всё, обязательно причина нужна? – фыркнул Синго.

– Не обязательно конечно, но обычно она есть, – добродушно отозвался Хиираги.

– Никакой особой причины нет, просто так, – перевел взгляд с Синго на Шинью Юичиро.

– Ну ладно, – пожал плечами Хиираги.

– Да, дело твое, – без тени улыбки, сказал Глен. – Как ты, кстати?

– А? – распахнул глаза Юичиро, позабыв об утреннем инциденте, хотя зуд никуда не делся, пусть после обработки и стал более-менее сносным. – Да лучше уже.

– Хорошо, – слабо улыбнулся Глен и после этого они с Шиньей отправились к своим местам.

– Это он о чем? – шепнул Акутазава Юу.

– Ни о чем, ерунда, – засмеялся Юичиро и отвернулся. Лучше поменьше комментировать при Синго свою маленькую проблемку, на лечение которой по словам врача уйдет несколько дней и опять-таки все благодаря этому уроду. Нет, все же хорошо, что он сел от него подальше. Меньше будет видеть, меньше будет терзаться. А сидеть рядом с такой дрянью ему даже противно.

Прозвенел звонок и наряду с другими учениками в аудиторию вошел Микаэль. Сразу обратив внимание на то, что место Юу теперь занимает другой, он, сделав вид будто не заметил, по своему обыкновению – гордый, независимый и невозмутимый, которому глубоко безразлично все, что творится вокруг, – занял свое место. Хотя, все еще пылая гневом на оскорбившего его Амане, факт того, что тот отсел, прошелся еще одной рваной полосой по сердцу. Разумеется, на его внешнем виде это никоим образом не отразилось. Только ставший еще более колким взгляд и плотно сомкнутые уголки губ говорили о том отравляющем чувстве, которое испытывал сейчас Микаэль по отношению к человеку, не удостоившему его даже взглядом, когда он вошел.

Пустой школьный стадион, окрашенный оранжево-желтыми тонами склоняющегося к горизонту огненного диска. Со стороны школы сюда не доносится ни единого звука. Умиротворяющая тишина дневного покоя этого обычно шумного места поселилась здесь. Ей внимают только три человека, позволивших себе хозяйничать тут, вдали от досужих глаз.

Один из троих – спортсмен, завсегдатай игрового поля, сейчас вальяжно восседает на длинной скамье трибун. Пользуясь его бедром, как подушкой, тут же на скамье лежит Микаэль. Его взгляд потухший и уставший, исполненный жестокой печалью, устремлен далеко ввысь. На ступень ниже стоит юноша и его серебристые, волнистые волосы треплет ветер. Сосредоточенный взгляд направлен в сторону школы, виднеющейся за верхушками деревьев.

– Идешь домой? – спрашивает он, оборачиваясь к этим двоим. – Мика.

Нагашима опускает глаза и с привычной кривой ухмылкой, также ожидает ответа.

– Нет, – глухо отвечает Шиндо. – У меня еще художественный клуб.

– Тьфу. И зачем тебе эта глупость? – усмехается Кота, однако Мика молчит и продолжает смотреть в небо, игнорируя два направленных на себя взгляда. Ему так тяжело на душе, что совсем не хочется говорить, не хочется ничего делать, сил хватает только на то, чтобы созерцать это пустое небо, напоминающее его собственную жизнь.

– Сейчас ты таким образом обеспечиваешь себе сохранность от посягательств Синго, а что будет потом, когда парни из клуба окончат свою работу? – с некоторой обеспокоенностью смотрит на Мику Леонард. – Как думаешь справиться с ним? Он же наверняка, как только все пронюхает, сразу полезет к тебе.

Мика бросает на него усталый взгляд, а потом снова устремляет его обратно. Он не знает, что делать дальше и не может сейчас раздумывать над этим. Только не сегодня.

– Чего ты сразу не сказал, что у тебя проблемы с этим огрызком? Я бы с ним поговорил, объяснил все как есть, – криво усмехнулся Нагашима, едва касаясь пальцами светлых прядей. – На кой ты связался с этими дохляками из художественного? Не понимаю. Они ведь не сумеют по достоинству оценить такой редкий экземпляр, – осмелев, Кота ведет пальцами от белоснежной кожи шеи к оголенной груди под распахнутой рубашкой, цепляя пуговицу. Коэн неотрывно следит за каждым его движением. – Такое сокровище, разве они поймут его истинное предназначение, глупые маратели бумаги, – усмехается Кота прямо в измученное думами серое лицо Микаэля, который словно ничего не слышит и не чувствует. Мысли поглотили его, сделав слабым и беззащитным.

– Мика, – осторожно зовет Леонард.

– Хватит, – словно просыпаясь, Шиндо резко садится на скамье, всем своим видом выказывая недовольство от действий спортсмена, на которое тот отвечает усмешкой. – Мне пора, – одарив того гневным взглядом, говорит он, а после берет с земли сумку.

– Тебя провести? – осведомляется Коэн, но Микаэль только презрительно фыркает в ответ и устремляется к выходу со стадиона.

– Что-то он не в себе сегодня, – проговаривает Леонард, провожая взглядом понурого друга.