Чтение онлайн

— Она вернется, Нэлли, — сказал Том. — Ты сможешь ее вернуть.

— Это вряд ли, — с горечью ответила та. — Я упустила свой шанс.

Следующие несколько дней прошли без особых происшествий. Станция работала как обычно — по крайней мере, на первый взгляд. Ставились и приносили свои результаты запланированные эксперименты, писались отчеты. В облаках Большого Красного Пятна летело третье «Крыло». Один из зондов типа «Путник» исследовал Гималию, второй с облетной траектории изучал мелкие спутники группы Пасифе. Бурильная установка на Канамара Чаос проходила по 3 сантиметра льда в сутки. Многочисленные биологические эксперименты также шли своим чередом.

И все эти дни прошли в напряженном ожидании — неизвестно чего. Угольный Рой ежесуточно поднимал свою орбиту на 800-900 километров, оставаясь при этом компактным образованием с резким краем. Узкое кольцо, густо-черное на фоне яркой Ио и серое на фоне космоса, все расширялось, приближаясь к той незримой границе, что отделяла область преобладания гравитационного поля Юпитера от локального поля его спутника. И пока кольцо просто расширялось, пока его поведение «сегодня» было таким же, как и «вчера», это давало иллюзию его предсказуемости — хотя бы на ближайшую пару дней.

Каждый день завтраки, обеды и ужины превращались в поле жарких дебатов. Каждый раз, когда в кают-компанию входил кто-либо из бортинженеров, все разговоры разом смолкали и все головы поворачивались к вошедшему с немым вопросом. «Что нового?» — спрашивали они друг друга по десять раз на дню и лично, и в «кейки». И каждый думал, что же будет потом, когда Рой таки окажется на орбите вокруг Юпитера. Куда он двинется дальше? Какова его цель?

Как-то под вечер Нэлл получила очередное письмо от Майкла Бейкера.

— Сегодня прошло совещание стран участниц Космического клуба на уровне министров обороны, — сообщил он. — Меня там не было, но по слухам, обсуждалась стратегия на случай, если Рой двинет на Землю. Поговаривают об отмене моратория на испытания гамма лазера и даже о возобновлении финансирования платформы «Нимиц». Я могу ошибаться, — желчно добавил он, — но, на мой взгляд, военные пребывают в приятном возбуждении от этой ситуации. Симпатии общества теперь на их стороне, не говоря уж про финансирование всяких небесспорных исследований и прочие бонусы.

Тем же вечером они обсуждали эту новость в кают-компании.

— Я очень надеюсь, что дальше разговоров дело не пойдет, — мрачно говорил Пол. — Если «Нимиц» таки будет построен, от политического равновесия в его нынешнем виде ничего не останется. Хуже того — мы сами повесим над собой дамоклов меч.

— А какие у нас есть альтернативы? — возражала Линда. — Если частицы Роя — «живые» по Гавиле, то, добравшись до земной биосферы, они легко могут устроить нам…э-э… — она стрельнула взглядом в Макса, — как это говорят русские, полярную лисицу.

Макс хмыкнул.

— Полярную лисицу? — недоуменно спросил один из японцев, Кэндзи Куроки. Второй что-то быстро ответил по-японски, и тот бледно улыбнулся.

— Нет, это вряд ли, — покачивая в руках стакан с соком, возразила Нэлл. — В отличие от Ио, на Земле есть кислородная атмосфера. При попытке пройти сквозь нее они попросту сгорят.

— Если они будут тупо ломиться по баллистической траектории, то да. А если нет?

— Неважно, по какой траектории они войдут, — нетерпеливо ответила Нэлл, — Углеродные наноструктуры быстро окисляются в присутствии свободного кислорода и фотонов даже видимого света, я уж не говорю про ультрафиолет. Атмосфера Земли для них ядовита в любом случае.

— Это твои умозаключения и не более того, — хмуро заявила Линда.

— Все, что есть у каждого из нас — это только умозаключения и не более того. Никто из нас не имеет опыта боевого столкновения с Роем.

— Пока, — сказала Линда.

— Пока, — согласилась Нэлл.

— Мне кажется, мы слишком ослеплены любовью к своей родине, — вдруг мягко сказал Кэндзи Куроки. — Изо всех планет Солнечной системы Земля нам кажется самой привлекательной. И мы невольно поддаемся иллюзии, что все остальные должны чувствовать это так же, как и мы. Но ведь у каждого своя родина и свои представления о прекрасном. Что нужно существам, живущим в недрах Ио? Ио, не Земля.

— Я бы согласилась с тобой, Кэндзи, — подала голос Марика, — если бы Угольный Цветок остался там, где он возник. Но, как видишь, он стремится куда-то еще…

— Как и мы, — шепнул Пол.

— …И мы не знаем, куда именно, — закончила Марика.

— Надеяться на лучшее, готовиться к худшему, — упрямо сказала Линда. — Можно, конечно, надеяться, что Рою нужна Венера, или Ганимед, или спутники Урана, но если ему нужна Земля — мы должны знать, как его остановить.

Нэлл сидела за столом, рассеянно глядя на знакомые лица. Ее охватило странное чувство отрешенности, как будто она смотрела видео или видела сон. Просторная, ярко освещенная кают-компания, полная оживленно споривших людей, вдруг увиделась ей крошечной сверкающей пылинкой, точкой в ободе хрупкого колесика, вращающегося в черной бездне. И оттуда, из бездны, на него смотрели глаза хозяев этой бездны, жители тьмы, вечно пронизанной солнечным светом.

Она встряхнулась, возвращаясь к реальности.

— Чепуха! — резко говорил в это время Макс Гринберг. — Если «Нимиц» будет развернут, то в последнюю очередь для защиты Земли от Углеродного Роя. Рой — не более, чем повод, за который радостно ухватились ваши генералы.

— Они такие же мои, как и твои, Макс, — буркнул Пол.

— Я не имел в виду лично тебя…

— А если нам все-таки придется драться с Роем, как ты предлагаешь это делать? — перебила его Линда.

Они замолчали, глядя друг на друга.

— Ну, готовую концепцию я сейчас не выдам, но я бы исходил из того, что частицы Роя имеют высокую… м-м… парусность, — последнее слово Макс произнес по-русски. — То есть высокое отношение площади поверхности к массе. У них низкое альбедо — достаточно сравнительно небольшого потока энергии, чтобы полностью испарить вещество такой частицы. И гамма лазер для этого не нужен, достаточно обычного мощного лазера оптического диапазона.

— А у нас такой лазер есть? — спросила Линда.

— У нас — нет, — насмешливо ответил Гринберг. — Но на Земле они, безусловно, есть. Например, технологические лазеры для горнодобывающей промышленности развивают мощность до семи гигаватт. На Луне наверняка есть и более мощные, надо будет уточнить.

— Интересно, чем космический комплекс из тысяч гигаваттных лазеров лучше «Нимица», — буркнул Пол. — Разве что дешевле, а так поджарит тебя с той же легкостью.

— Ну, а ты что предлагаешь? — сердито спросила Линда. — Сесть всем вместе в позу лотоса и петь «ом»? Провести недолгий остаток жизни в посту и молитве? Либо мы умеем защищаться — но тогда учимся доверять нашим военным и делаем все, чтобы не допустить применения оружия против нас самих. Либо не умеем — и тогда нас сожрет первая попавшаяся сволочь, явившаяся по нашу душу.