Чтение онлайн

Но этого, конечно, было мало: на Бога ты надейся, да сам не оплошай – тогда, должно быть, эта мудрость горькая на свете появилась, а может, сам Владыка Ра в напутствие её сказал и Сурам из военного искусства многое что передал.

Cypы у самой Маракары (так Чёрная ещё звалась страна) находились. По краю их земель Отпорная Стена прошла, за которой Глухоманье начиналось, а дальше клубилась Маракары Мгла. Суры мысли напрягали, чтобы оружие создать и родину им защищать: мечи их с помощью заклятий могли и камень разрубать; стрела летела точно в цель и промаха не знала. Но мечи и стрелы – это было так, скорее для проверки твёрдости руки. Оружье посерьёзней было – например, Громовая Стрела, что гору целую снести могла; другое – силой мысли ужас наводило на врага; учились взглядом защищаться и голосом одним на орды страхи напускать, их в бегство обращать.

Если Суры худо-бедно всё ж готовились к боям, то Доброславы о Войне и слыхом не слыхали – понятия такого не было в их языке: Добро и Краса-та – вот их забота главная была. Они любили и грезили высокими Мирами; злоба, ненависть и жадность вовсе сознанья не касались их. Они одной большой Семьёю жили, которой Лада Матерью была, и в счастье протекали их года, сливаяся в века.

А далеко отсюда в Мире Огненной Красы, на Радж-планете, вдруг сердце Ра пронзила боль. Внезапные рыданья Владыку сотрясли, и слёзы потоком хлынули из глаз его. Богиня Ур с состраданием на Ра глядела, не понимая, что случилось с ним, и потому спросила:

– Что с тобой, любимый мой?

– Предательство великое свершилось, – едва ли не со стоном Ра отвечал.

– Да кто же может предать?

– Тот, кого считал ближайшим я учеником …

Ур поняла, что Сатанэля Владыка Ра имел в виду.

– Но что же там могло случиться? Как и кому тебя он предает? Ты столько сделал для него.

Ра вздохнул и как-то виновато на Ур взглянул:

– Ты помнишь Сатургон, ту самую планету, что из чёрных бездн пространства поднялась? Тьмы она явилась порожденьем и её ловушкой, так сказать. Похоже, Карагот там свил своё гнездо. Как понял я, наш Сатанэль, движимый любопытством, решил в гнездо то заглянуть. И пойман был за слишком длинный нос! Что там случилось, не могу пока сказать. Но тот, кто был на Сатургоне, я думаю теперь, сам Карагот, склонил его к измене! Скорей всего, он Сатанэлю обещал всю мощь свою отдать, чтоб Повелителем Вселенной Сатанэль мог стать. Помнится, когда-то Карагот сам лично мне измену Свету предлагал в обмен на некий Трон Вселенский. Но это речи для глупцов. Не может Свет соединиться с Тьмой, чтоб не погаснуть!

– Давно тебе я говорила, что меньше верить надо Сатанэлю.

– Но предательства тогда он в мыслях не держал.

– И что же делать нам теперь?

– Возможно, что придётся мне на Явь пойти и всё в порядок привести.

– Но после этой Краса-ты! Опять намерен жертвовать собой? Ты хочешь там, наверно, воплотиться?

– Хотелось бы без этого мне обойтись. Сперва на месте надо разобраться.

– Тогда и я с тобой, – решительно сказала Ур. – Там, на Яви, наша Лада, и я давно не видела её.

– Что ж, этот Мир закончим оформлять и Краса-тою насыщать, а там и Явь мы навестим, и с Сатанэлем обо всём поговорим. А для начала в Зеркало Обзора на Явь мы поглядим.

Приказу мысленному уступая, Зеркало Явь показало. В ауру зелёно-голубую Явь некогда была одета, что серебром светилась, а теперь пред ними грязнобурая плыла планета, и окутана была она ужасным газом – империлом, что порождением являлся Хаоса и Тьмы. И нити чёрные от Тьмы её как будто оплели.

– Да, Явь серьезно заболела, – сказал Владыка Ра, с болью созерцая когда-то яркий Мир.

– Сатанэля немедленно нам надо заменить, – сказала Ур, тревожно вглядываясь в заболевший Мир, который ядовитой ржавчиной бурлил.

– Вижу всё, моя родная, но между нами есть уговор, что Сатанэль идёт особенным путём, который, по мнению его, ему позволит быстро Явь поднять в пресветлые пространства Краса-ты.

– Он Карагота решил избрать сотрудником Добра? – с иронией спросила Ур. – Ты сам сейчас мне говорил, что невозможно Свету соединиться с Тьмой.

Иль Свет, иль Тьма, – союза между ними быть не может никогда.

– Всё это так, моя родная, – Ра ей мягко отвечал, – но порой бывает их трудно разделить, так Свет и Тьма сплетаются подчас. Так несовершенство может нам казаться Злом, на деле же оно пока несовершенство и может совершенным стать.

– А может и остаться Злом. Вот ты вечно с Хаосом борьбу ведёшь, а Хаос, каким он был, таким и остаётся.

– Я так бы не сказал, – Владыка задумчиво Ур отвечал. – Даже Хаос меняться стал: от Разума в нём что-то появилось, и более осмысленно борьбу со Светом он уже ведёт. Вот даже Сатургон – проделка разума его, коль можно разумом сие назвать. Карагот – ведь это ж не фантом, а концентрация, что Хаосом зовём. Всю жизнь я с Хаосом сражаюсь, и тактику его я знаю, но тут другое чувствую уже… Я наблюдаю. Да, кстати, мы можем на Сатанэля Терафим взглянуть и, что с ним происходит, лучше уяснить.

Мгновение спустя пред Ур и Ра возник предмет, который был скульптурой духа Сатанэля. Ур даже вздрогнула слегка, столь не приятен ей он показался.

– Совсем он как живой, – она сказала.

На них, мерцая в воздухе, столь на Владыку Ра похожий Сатанэль глядел, что Ур невольно вскрикнула от изумленья. Вот только нос у Сатанэля был чуточку длинней и волосы темней, а глаз зрачки сквозили чернотой. И вдруг обличье Сатанэля меняться стало на глазах: он в дракона начал превращаться. Да! На них глядел дракон с кровавыми глазами, длинными рогами и чёрным языком. И злобой ярой его взгляд горел такой, что сердце защемило у Богов. С изумлением они переглянулись меж собой, и Ра сказал с улыбкой грустной, чтоб ситуацию смягчить:

– Однако наш Наместник там не просто озверел, а даже он одраконел. Да, тяжко ему приходится сейчас на Яви.

– А нашей Ладе легче что ль? – Богиня вопросила, возмущением кипя.

– На Ладе ответственности той пока что нет, – Ра отвечал. – Я думаю, что испытания на Яви она свои пройдёт, и Новый Мир, который мы создали, к сферам Высшим она успешно поведёт.

– Так что же делать будем?

– Пока тревогу бить не надо. Совет мы Высший соберём, на нём мы всё об-судим и решим.

Совет пока решили составом малым проводить из духов Высших тех, кто был сейчас на Радж-планете. Так случилось, что Лада на Радж-планете оказалась и на Совете том была едва ль не главным участником его. Сообщение её, что Явь в беде, с вниманьем встретили большим. И Зеркало Глубинного Обзора слова её все подтвердило. По Яви чудища ужасные ползли, и под водой, и под землёй они пространства наполняли. И всюду и везде ужаснейшие битвы закипали, и только лишь Отпорная Стена преградою последней презлобным тварям всем была.

Носитель Зла за Стену не мог проникнуть ту, пока она стояла. И только если люди предадутся Злу, Стена тогда могла бы рухнуть. И там, где жили люди, тишь да гладь пока ещё была. С восходом Солнца славили здесь Ра, день наполняли делами светлого Добра, творить стремились Краса-ту, сердца ещё их чисты были – и это лишь надеждой было.

Мнения по Яви разделились: большинство считало, что для вмешательства пока особых нет причин и Сатанэль имеет право на свой эксперимент, но с этим Ур согласна не была.