Чтение онлайн

Юрий Гагарин был молодым жизнерадостным, а порой и озорным человеком. В один из дней я сопровождал Юрия Алексеевича в поездке в шведский аэроклуб. Начальник клуба, отставной генерал подробно рассказывал молодому космонавту о деятельности клуба.

Подробности утомили Гагарина, и без того перегруженного мероприятиями. Когда швед сообщил, что здание аэроклуба построено в XVI веке, Гагарин с внимательным видом кивал головой, а мне шепнул: «Ну и хрен с ним». Так же он отреагировал на предложение генерала внимательно посмотреть на старинную лепнину на потолке.

О Гагарине написано очень много, еще, конечно, появится много воспоминаний, книг, фильмов. Выскажу свое совсем не оригинальное мнение: Юрий Гагарин был человеком светлого образа, одаренным от природы, настоящей визитной карточкой своей страны.

11 марта 2008 года

Виктору Горяинову посчастливилось общаться с первым космонавтом в неформальной обстановке

Гагарин сделал из меня поэта!

Будучи школьником, Виктор Горяинов увлекался моделестроением, интересовался космической темой. И как для многих ребят того времени, бредивших фантастикой и космическими полетами, 12 апреля 1961 года для Виктора стало днем воплощения мечты. Со своим знаменитым земляком Горяинов впервые встретился в июне того же года. Тогда Виктору было 14 лет.

– Родители космонавта жили по соседству, – вспоминает Виктор. – Сначала я даже не поверил, что этот парень – тот самый Гагарин! Невысокого роста, одет неброско, но со вкусом и совершенно прост в общении. Он никак не соответствовал моему представлению о первом космонавте планеты. Поразительно! Он приезжал в свой родной город без охраны и без сопровождения. С обычной детворой и школярами Герой Советского Союза всегда здоровался за руку.

Разговор с первым космонавтом так поразил Виктора, что он вдруг начал писать стихи и про космос, и про своего земляка.

Чуть позже Гагарин приехал на родину в день открытия клуба юных космонавтов в его родной школе. Членом этого клуба был и Виктор Горяинов. Гагарин разговаривал с детьми, рассказывал про космос. И каждое слово кумира было важным. Ребятня волновалась и безумно гордились тем, что Юрий приехал к ним в школу.

– Хотелось, чтобы этот разговор длился как можно дольше, – вспоминает Виктор.

Мальчишкам было интересно все. Юные «партизаны» знали, где и как отдыхает знаменитый гость.

– Вечером Гагарин встретился со своим бывшим одноклассником, – вспоминает Горяинов, – как полагалось, решили обмыть встречу. Я крутился неподалеку. Юрий подозвал меня и вежливо попросил сбегать за вином. Это была ответственная и почетная миссия! В магазине Виктору пришлось уговаривать продавщицу, чтобы мне продала вино. Сказал, чтобы мне дали самое лучшее вино, специально для Юрия Гагарина! Самым лучшим оказался «Портвейн 777».

Он умел изображать пьяного

Второй раз Виктор Горяинов встретился с Гагариным в доме космонавта на праздновании дня рождения матери героя.

– Мне было всего-то 14 лет. Но Юрий Гагарин пригласил меня за «взрослый» стол. И я был на седьмом небе от счастья. Все время хотелось что-то у него спросить, поговорить с ним, но я очень стеснялся, поэтому молчал весь вечер, – улыбается Виктор.

На этом праздничном вечере Виктор оказался благодаря своей маме.

В те времена она работала директором единственного ресторана в Гжатске и отвечала за питание дорогих гостей.

Как-то такая гагаринская делегация отдыхала на берегу реки. Начался ливень, и гости побежали по машинам. Все, кроме Юрия и матери Виктора. Под проливным дождем они в четыре руки убирали импровизированный стол. Потом мать не раз наставляла сына: «Вот как поступают настоящие мужчины!»

Многие исследователи гагаринской биографии утверждают, что космонавт был неравнодушен к спиртному.

– Это не так! – говорит Виктор Горяинов. – Я сам не раз видел, как Юрий Гагарин лишь изображал пьяного, но при этом был абсолютно трезв. И дурачество выглядело очень реалистично. Это был единственный шанс откреститься от назойливых предложений опрокинуть рюмочку. Желающих чокнуться с героем было немало.

В 1966 году на выпускном вечере первый космонавт вручал серебряную медаль Виктору Горяинову. Этому мог бы позавидовать тогда любой мальчишка.

– Меня вызвали к микрофону произносить поздравительную речь, а я так волновался, что забыл текст. Было страшно и стыдно. Но Гагарин меня дружественно подбадривал и поправлял, – улыбается Горяинов.

После окончания энергоинститута Горяинов мечтал связать свою жизнь с космосом, но не срослось… Виктор подался в журналистику. И вот удача: шанс побывать в космосе в качестве журналиста вслед за японским коллегой, который совершит восьмисуточный полет на орбитальной станции «Мир».

Но мечта детства так и не стала реальностью: Виктор не прошел медосмотр, зато на рассекреченном космодроме в Плесецке побывал. Там он познакомился со вторым космонавтом и дублером Гагарина, Германом Титовым, участвовал в запуске международного спутника «Магион» и видел старт космической ракеты.

Об этом Виктор Горяинов рассказывает в книге воспоминаний о своем знаменитом земляке «Щедро взысканный судьбою» и поэтическом сборнике «Постижение пределов», посвященном Гагарину.

Анна ГЕРАСИМЕНКО, 11 апреля 2011 года

Пообщаться с Юрием Гагариным довелось Анатолию Зимину

– О том, что Юрий Гагарин полетел в космос, я узнал 12 апреля 1961 года, – вспоминает Анатолий Зимин. – Я тогда работал на Новокемеровском химкомбинате, и нам по громкой связи объявили, что в 12.00 будет экстренное сообщение ТАСС. В этом сообщении говорилось, что в Советском Союзе выведен на орбиту вокруг Земли первый в мире космический корабль-спутник «Восток» с человеком на борту. А пилотом-космонавтом является летчик майор Юрий Алексеевич Гагарин.

Сообщение это было принято работниками с необычайным восторгом – люди со слезами на глазах обнимали друг друга, прыгали и кричали от радости. В этот момент Анатолий Зимин ликовал вместе со всей страной. И даже не мог представить, что спустя три года сможет пожать руку и лично поблагодарить человека, которым так гордился.

– В июле 1964 года мне, как лидеру комсомольского молодежного движения, было предоставлено право быть на пленуме ЦК ВЛКСМ, который проходил в Большом кремлевском дворце, – вспоминает Анатолий Зимин. – Начинается пленум, в президиум входят первый секретарь ЦК ВЛКСМ Сергей Павлов, а с ним летчики-космонавты Герман Титов и Юрий Гагарин. То, что на съезде будет сам Гагарин, я не знал. Для меня это было неожиданностью. Увидев космонавтов, зал встал и начал скандировать: «Гагарин! Гагарин!». Это продолжалось около 10 минут.

Понимая, что такая встреча может произойти только раз в жизни, Анатолий в перерыве купил книжку с изображением Гагарина на обложке, и отправился за кулисы.

– Тогда ведь охраны не было, я прошел, смотрю, стоят Гагарин и Титов, разговаривают, – улыбается Зимин. – Я подошел, назвал себя, сказал, что я из Сибири. Протягиваю книжку, прошу автограф для нашей молодежи оставить. Гагарин улыбнулся и говорит: «Кемерово, знаю этот город». А потом – то ли растерялся, то ли ручки у него не было, заминка небольшая вышла. Титов ему и говорит: «Юра, подпиши!», и ручку из пиджака достает. Этот автограф для меня был как великая награда. Домой я летел окрыленный успехом, всем потом рассказывал о моей встрече с этим удивительным человеком. А книгу для внуков до сих пор храню, сколько у меня ни просили ее в музей сдать.

Леонид РЕПИН, 27 марта 2013 года

Весть о его гибели застала меня по дороге на работу, утром. У водителя в кабине троллейбуса звучало радио, и вдруг резануло дорогим, часто звучавшим именем. Именно резануло, потому что диктор произнес его совсем не так, как всегда. Я понял: что-то стряслось. А вслушался – и понял что.

Кто виноват

Более всего свербило одно: что там, в небе, случилось? Ведь нам говорили, в отряд космонавтов брали лучших из лучших летчиков… А погибший с Гагариным Владимир Серегин, до того дня нам неизвестный – командир полка, в котором космонавты летают, сам заслуженный летчик-испытатель. Герой Советского Союза, фронтовик, сбил три вражеских самолета…

Через день я стоял в почетном карауле возле урн с их прахом. Вокруг – горы цветов. Бесконечный поток людей тянулся к зданию Дома Советской армии. И все те же мысли: что же их погубило?..

Помню, как ждали все первых выводов правительственной комиссии. Их долго не было. Потом появилось что-то уклончивое и неясное. А после потянулись одна за другой версии «добровольных следователей». Слухов – неисчислимо. Моя любимая бабушка Анна Степановна подхватила, видимо, возле подъезда нашего дома: «Напился пьяный. Сел на ракету и разбился». Но ведь и более серьезные люди высказывались: оба пьяные сели в самолет. Была версия, изложенная в книге: Гагарина убили. Короче, выливалась несусветная чушь, попирающая здравый смысл.

Появились, разумеется, и серьезные расследования катастрофы. Самое глубокое и тщательное провел профессор Сергей Белоцерковский, заместитель начальника Военно-воздушной академии им. Н. Е. Жуковского. И дал заключение: самолет свалился в штопор. Но почему это случилось в простейшем режиме полета? При том, что именно реактивные самолеты со стреловидным крылом, к которым и относился гагаринский УТИ (учебно-тренировочный истребитель) МиГ-15, прекрасно сопротивляются попаданию в штопор?

Шесть лет без вылетов

Когда разразилась катастрофа, полковник Илья Качоровский служил заместителем начальника Липецкого центра боевого применения и переучивания летного состава ВВС по научно-исследовательской работе. Возможно, поначалу именно интуиция ему подсказала: что, если сами летчики во всем виноваты? Мысль греховная, но предыдущие исследователи искали причину во внешних факторах: то шар-зонд, то другой самолет, то еще что-то… Потому и приходили к похожим, но не бесспорным выводам.

Для начала Качоровский принялся изучать личности летчиков. И встретился с неожиданностью: когда Гагарин поступил в летное училище, он сразу столкнулся с серьезными сложностями. Летная программа ему давалась очень трудно. Качоровский говорит: «Причина банальна: у него просто не было необходимых природных данных для этого. Таких людей очень много». Тут же выяснилось, что в училище дважды вставал вопрос об отчислении Гагарина из-за летной неуспеваемости. Но он страстно хотел летать и сумел оба раза уговорить начальство оставить его. Это факт. А в отряд космонавтов он попал закономерно, и вопрос о летной подготовке отпал: были в нем медики, никогда не летавшие, инженеры и даже женщины, не садившиеся в кресло пилота.

Далее о космонавте Гагарине. После того как он совершил первую в истории человечества космическую одиссею, его назначили заместителем начальника Центра подготовки космонавтов. И летать на самолетах ему стало незачем: другая жизнь, иные задачи. Но небо, как и прежде, влекло его, и Гагарин сопротивляться этой силе не мог. Но за шесть лет пребывания в отряде космонавтов он не сделал ни одного самостоятельного полета, хотя бы и на учебной машине. И вот полет с Серегиным…

Что известно о нем? Инспектор по летной подготовке космонавтов Виктор Андрианов сказал о Серегине: «Формально он был испытателем, но испытывал не самолеты, а приборы. У него не было достаточных инструкторских навыков… Впечатлял общий налет: 4000 часов. Но все это было в прошлом. А уже будучи командиром полка, он летал очень мало, по тому минимуму, который нужен для подтверждения класса. Это тоже не его вина: космонавты летали от случая к случаю».

Итог: оба летчика, которых все мы считали опытными, на самом деле таковыми не были. И вот подошел тот день, 27 марта 1968 года, 10 часов 19 минут. Гагарин, сидящий в передней кабине, поднимает самолет с бортовым номером 18 в воздух.

Все. Они не вернутся.

Последний вираж

Что же случилось потом? По плану полета выполнить задание предписывалось за 11 минут. Всего-то. И в 10 часов 30 минут точно по плану Гагарин сообщил руководителю полета: «Задание в зоне 20 закончил, прошу разрешения разворот на курс 320» (курс 320 – возвращение. – Л. Р.). Получив добро, ответил: «Понял. Выполняю». Голос Гагарина прозвучал в последний раз.

Летчик-исследователь Илья Качоровский задался вопросом: как такой самолет, более чем устойчивый к попаданию в штопор, все-таки сорвался в него? При том, что пилот выполнял элементарный, доступный и начинающему летчику режим снижения после разворота.

Известно, что Гагарин и Серегин летели между двумя слоями почти сплошной облачности на высоте 4200 метров. Важное обстоятельство: фактически полет проводился для проверки Гагарина – Серегину предстояло решить, выпускать того потом в самостоятельный полет или нет. А летели они для того, чтобы разведать метеоусловия в районе тренировочных полетов. Разумеется, Гагарин об этом тоже знал. Поэтому оба приглядывались к состоянию погоды. Можно предположить: внимание пилотов было сосредоточено не только на управлении самолетом. Что их и подвело.

Гагарин, получив команду на возвращение, ввел самолет в так называемую нисходящую спираль. Нет, это еще не штопор. Крен достиг 60 градусов при вертикальной скорости около 50 м/сек. Летчик при таких условиях должен быть предельно собран, ничто не должно отвлекать его внимания…

Судя по всему, Гагарин отвлекся. Серегин, видимо, не придал должного значения маневру. Спираль – траектория самолета – стала закручиваться вправо. Гагарин, следуя естественному влечению, ошибочно попытался вывернуть самолет влево. А тот, наоборот, еще круче ввинчивался в спираль, уже переходящую в штопор. Серегин среагировал, но бесценные секунды были потеряны. Крен ему удалось устранить, но чтобы остановить пикирование, времени не оставалось: высота всего 500 метров…

Почему они не катапультировались? Особенность этого типа самолета заключалась в том, что первым кабину должен был покинуть пилот, сидящий сзади, – Серегин. Но он не мог катапультироваться первым, бросая в гибнущей машине Гагарина! Хотя и обязан был сделать это по инструкции. Скорее всего, он требовал, чтобы Гагарин покинул самолет. А тот, понятное дело, возражал. Ведь, сделай он это, струя от двигателя (иногда говорят, пиропатрона), выталкивающего его кресло, ударит в фонарь задней кабины, деформирует его и не позволит второму летчику катапультироваться. То есть Гагарин был прав, отказываясь катапультироваться первым, но и Серегина надо понять: если бы он спасся, а Гагарин погиб, ему бы этого никогда не простили.

Можно только предполагать, что они в те секунды говорили друг другу… Но время их жизней уже истекло.

Александр МИЛКУС, 26 марта 2008 года

40 лет назад – 27 марта 1968 года – погиб первый космонавт планеты Юрий Гагарин. «Комсомолка» выясняет, почему до сих пор неизвестны истинные причины одной из самых загадочных авиакатастроф XX века.

Это одна из самых странных и загадочных авиакатастроф, произошедших после Великой Отечественной. И дело даже не в том, что за штурвалом оказался первый космонавт Земли. Был обычный тренировочный полет на надежном самолете – УТИ (то есть учебно-тренировочный истребитель) МиГ-15. Инструктор, проверявший подготовку Гагарина, – опытнейший летчик, участвовавший в испытаниях этой самой спарки (в кабине два места – для ученика и проверяющего), Герой Советского Союза Владимир Серегин. Никаких сложных заданий. Не идеальная, но вполне подходящая погода. И вдруг…