Чтение онлайн

Софья бегло загуглила дату постройки здания, где расположился «Петербургский сноб» — 1914й. Не национальное достояние, конечно, но упускать из виду нельзя. С трудом верится, что господин Князев дотошно проверял ход отделочных работ в офисе. Здесь точно, есть до чего докопаться.

В прошлый раз удалось же докопаться, удастся и в этот с учетом ранее допущенных ошибок. Тогда Софья выведала, что Князев сдал в аренду загородный коттедж без предварительного одобрения всех нужных инстанций. Сляпал документы, поставил размашистую подпись и синюю печать — вперед! А через десять дней эксплуатации коттедж начал разваливаться то тут, то там. Однажды коротнула проводка — едва до пожара дело не дошло. А потом обвалился шмат штукатурки, который чуть не разбил голову одного постояльца.

Инцидент очень быстро замяли — несомненно, круглой суммой. Но Софья все же раскопала эти детали. Правда, не перепроверила некоторые документы, из-за чего оболгала пару чужих имен, которые не имели отношения к скандалу. Но теперь-то Софья наученная опытом. Изучает каждую закорючку в бумагах и вообще предпочитает работать в полях, а не с чужих слов.

Когда нашампуненный Князев вошел в кабинет, застал картину. На его столе гигантский букет, коробка конфет с откинутой крышкой. Из нее выглядывает карманная видеокамера. Софья болтает ногами, сидя на подоконнике.

— Здравствуйте, господин Юсупов, — сказала она.

— Что? Вы?

Надо же, на лице филантропа-бизнесмена-и-так-далее растерянность? Будто бы даже побледнел. Дернулся острый кадык. Хм, а это интересно…

— Кто вас впустил сюда?

— А я думала, фишка с Юсуповым — это влажные фантазии ваших фанаток, — сказала Софья. — Это же какие амбиции надо иметь, чтобы откликаться на такую громкую фамилию? Вы так компенсируете трудное детство или уже не знаете, как привлечь к себе внимание?

— Что вы здесь делаете?

Князев уставился на Софью с желанием пригвоздить ее к полу, то есть к подоконнику. В эту секунду заголосила сирена. В коридоре застучали каблуками. Кто-то хрипло отдавал команды, пытаясь перекричать гул.

Софья же не стала напрягать голосовые связки. Ответила ровным голосом:

— Негоже девушке приглашать мужчину на свидание, но мне так не терпелось повидаться с вами. Вот я решила сделать сюрприз. Вы не подумайте, я не хамка какая-то. Цветочки вон принесла от вашего фан-клуба.

Спрыгнув с подоконника, Софья схватила видеокамеру — на сегодня она отсняла все, что нужно. Подковырнула пальцем конфетку из коробки и закинула в рот.

— К слову, у вас устаревшая система пожаротушения и явные проблемы с персоналом на ресепшне.

Софья постучала пальцем по виску, обошла Князева и слилась с суетой в холле.

Через десять минут она качалась в вагоне метро — уже не терпится отсмотреть запись с видеокамеры.

Официант поставил высокий стакан с апельсиновым рафом и тарелку с круассаном. Из него торчал кусок розового филе лосося, курчавый лист салата и алые ягодки клюквы. Лосось буквально таял на языке, круассан приятно хрустел. Софья заурчала.

Вчера она хорошо поработала, теперь можно и вознаградить себя за труды. Следом за круассаном пойдет вон то пирожное с какими-то сушеными цветочками.

На видео из офиса Софья запечатлела все то, что подчеркивает власть, статус и богатство редактора «Петербургского сноба». Стенд с дипломами и кубками в стиле «Журнал №1 по версии всех людей, чьи лица сверкают на наших страницах». Памятные фото с благотворительных вечеров и встреч, где Софья узнала несколько персон, чьи рыльца давно в пушку. Тимбилдинговые знаки отличий вроде «Выпускающий редактор года», «Лучшая верстка месяца» и прочая, от чего у работников может вырасти уровень не вдохновения, а стресса, чтобы догнать-перегнать и попасть на доску почета.

Ну какая же, Софья Михайлова, ты молодец! Дерзкая, как пуля резкая. Дедпул в юбке, как сказала бы Серафима.

Софья поиграла волосами, окинула взглядом зал. Если все… нет, не так. Когда она все сделает, разоблачение точно побьет все рекорды ютуба. Посыпется монетизация, заказы на рекламу и все такое прочее. Победу надо будет отметить в хорошем ресторане. Размажориться, одним словом.

За плечом Софья уловила какое-то движение. В следующий миг напротив уселся Фил Князев. Глаза метают холодные искры, тонкие пальцы сцеплены в замок. Благо Софья успела проглотить круассан, не то подавилась бы и задохнулась на радость господину-лицо-с-обложки.

— Егор Ушаков, двадцати четырех лет, выпускник факультета прикладной математики и кибернетики СпбГУ, — начал Князев. — Проживает по улице Шотмана, дом восемь, корпус один, квартира семнадцать. Дважды побеждал в региональных чемпионатах DOTA в командном составе. Жаль терять такого кадра. Вы знали, что американские компании всерьез им заинтересовались и готовы предложить вакантное место, помочь с оформлением визы? Там и до грин карты рукой подать.

Позвоночник Софьи прострелила молния, в ушах зашумело.

— Егор здесь ни при чем.

Князев наигранно вытянул губы.

— То есть система безопасности сама собой хакнулась именно в момент вашего появления в моем офисе? — спросил он.

Софья забыла, как дышать. На нее будто сначала вылили ушат горячей воды, потом холодной и еще раз холодной.

— За нарушение кибербезопасности грозит лишение свободы сроком до семи лет. Не очень-то вы дорожите друзьями, Софи.

— Прошу вас, не трогайте Егора. Это была моя инициатива.

Князев задержал на ней долгий взгляд с легким прищуром. Ох, как же хочется воткнуть в него вилку…

— С этого момента вы навсегда оставите свои жалкие попытки копать под меня, — сказал тот. — Весь отснятый видеоматериал вы перешлете мне и безвозвратно удалите со своего жесткого диска. В противном случае в течение десяти минут в вашей съемной квартире по адресу Лиговский проспект сто сорок пять, квартира тридцать один произойдет замыкание проводки или например, кража со взломом. Что вам больше по душе?

Князев склонил голову и приторно скалился. У Софьи язык прилип к небу. Она с трудом сглотнула и ответила:

— Я вас услышала.

— Повторите.

— Я вас услышала, — сказала Софья громче.

— Я рад, что мы нашли общий язык. Надеюсь, мы никогда больше с вами не увидимся.

Бизнесмен, филантроп и безупречноликий говнюк с кошачьей грацией поднялся с места и удалился, оставив за собой шлейф тонкого и очень дорогого парфюма.

— Нет, ну ты только подумай! Он пригрозил мне сгоревшей проводкой — считай пожаром! А потом еще — кражей со взломом!

Софья ходила из угла в угол, кутаясь в халат. С мокрых волос стекали капли, оставляя пятна на темном полу. Егор занял привычное место за столом рядом с холодильником, попивая свежезаваренный чай. Он водил глазами за подругой и не перебивал.