Чтение онлайн

— С удовольствием, только хочу предупредить вас, господин командующий, что надо соблюдать осторожность. Возьмем для этого вертолет «хог», все-таки — сорок восемь ракет по бокам, будет чем отбиться в случае опасности.

— Последний раз я был под огнем противника больше двадцати лет назад, когда высаживался в Италии, но тогда я был всего лишь капитаном. Интересно будет узнать, как чувствует себя под огнем генерал, — засмеялся. Уэстморленд.

— Я вам могу рассказать об этом, Уильям, по самым достоверным источникам, поэтому, если вас интересует только это, можно и не лететь, — улыбнулся Райтсайд,

— Нет, Фрэнсис, не лишайте меня удовольствия.

Громоздкий, неуклюжий на вид «хог» был маневренной и послушной машиной. Уэстморленд держал на коленях подробную топографическую карту и давал командиру экипажа указания лететь то в одном, то в дру-

гом направлении. Иногда вертолет зависал над каким-нибудь местом, и генерал в мощный бинокль пытался что-то рассмотреть в зеленом море джунглей. Но в общем полет проходил без всяких осложнений. Лишь однажды, заметив внизу дымок, Уэстморленд приказал ударить в тот участок ракетами, больше для того, чтобы понаблюдать точность стрельбы. Со страшным свистящим звуком вылетали ракеты из своих гнезд, и их огненные стрелы устремлялись к дели. Столбы огня, потом грохот взрывов, начавшийся пожар создали у генерала хорошее настроение.

— Неужели Вьетконг устоит против такой карающей руки судьбы? — с оттенком довольства в голосе прокричал Уэстморленд на ухо генералу Райтсайду.

— Пока стоит, Уильям, пока стоит, — ответил тот, не разделяя ни восторга, ни самоуверенности своего командующего.

Отдавая на следующий день приказ о решительном наступлении всех войск, сосредоточенных на базе и вокруг нее, Уэстморленд чувствовал, что у него в душе, где-то за пределами логических рассуждений о выверенное™ каждого шага, таится смутная, беспокоящая мысль. Может, она появилась после осмотра местности? Она могла появиться, потому что он увидел всю ее невыгодность для наступающих: горно-лесистый пейзаж, с бесконечными глубокими ущельями или выстроившимися друг за другом невысокими, поросшими лесом холмами, где удобно обороняться, но невыгодно наступать. Предстоит много работы авиации, причем (это Уэстморленд тоже хорошо понимал) работы ненадежной, неэффективной, потому что бомбить эти нагромождения гор. — все равно что бомбить океан. Где он там прячется, противник? Он теперь лучше представляя, почему противник так неуловим и может уходить из-под ударов авиации: ему помогает его собственная земля. Тут, конечно, помогла бы химия, но залить отравляющим веществом всю землю не может даже американская индустрия с ее работающими на войну концернами. Выгодность позиции противника была очевидной. Морские пехотинцы, десантники, поддерживающие американцев южновьетнамские войска наверняка превосходят по силе Вьетконг, но как они пойдут против него? Один солдат с автоматом в окопе на склоне горы остановит десятки наступающих-, это бесспорно.

Ночью, пережидая в железобетонном бункере дол-

гий артиллерийский обстрел базы, Уэстморленд нсожп данно нашел, как ему казалось, простое и наиболее вер ное решение избежать больших потерь при прочесывании лесистых холмов и высот: он высадит сюда всю первую воздушно-десантную дивизию. Десантники зароются в землю и начнут охоту за солдатами Вьетконга. Располагая сильным личным вооружением — автоматами, скорострельными легкими пулеметами, огнеметами, десантники будут сталкивать противника с занимаемых им позиций вниз, где его будут поджидать морские пехотинцы, единственные части, хорошо владеющие искусством ближнего боя. Десантники и морские пехотинцы зажмут солдат Вьетконга в клещи, из которых им не выбраться. А отряды «коммандос» в одежде крестьян и горцев, высадившись в непосредственной близости ог артиллерийско-минометных позиций противника — воздушная и агентурная разведка должна потрудиться, чтобы определить эти позиции, — начнут уничтожать главную огневую мощь врага.

Утром, после беспокойной. ночи, Уэстморленд еще раз обдумал свой план и остался им вполне доволен. А между тем его не покидало тревожное сомнение. Он стал анализировать, откуда эта неясная тревога, и в конце концов остановился на том, что ее вызвал ночной артиллерийский налет. В нем, в этом налете, крылось, пожалуй, все: как и почему мощнейшая база оказалась богатырем со спутанными руками и ногами? Созданная как крепость, как плацдарм для победоносного наступления, тактика и стратегия которого определялась четкой и ясной формулой «поиск и уничтожение», она попала в блокаду, и сейчас вопрос поставлен однозначно и беспощадно: или блокада будет снята, или база прекратит свое существование. О последнем он не хотел даже и думать, потому что такой исход приведет к непредсказуемым последствиям как для него лично, так и для всей американской политики во Вьетнаме. Он верил, что с той военной силой, которой располагает в этом районе, и с планом, рожденным его военным талантом, он одержит победу.

Командир первой воздушно-десантной дивизии генерал Гарри Томас, выслушав приказ командующего, остался доволен. Дивизия фактически выходила из подчинения генерала Райтсайда, в полководческий дар которого Томас не очень верил, и обретала свободу рук. Полгода назад, получив генеральское звание и нынешнюю должность после выполнения ответственного задания в Латинской Америке, Томас по достоинству оценил возможности лучшей дивизии американской армии. Весь ее личный состав в течение максимально короткого времени мог быть переброшен на любой участок с помощью вертолетов, имеющихся в его подчинении. Огневая мощь дополнялась пятьюдесятью танками и семьюдесятью пятью бронетранспортерами. Правда, прибыв на новый театр действий, Томас очень скоро обнаружил, что бронетранспортеры и особенно танки не имеют ни тактического, ни тем более оперативного простора. Пока они выполняли патрульную службу без какого-нибудь заметного успеха. В конце концов генерал перестал учитывать их силы и поставил почти все машины на прикол, рассчитывая, что если они и пригодятся, то, видимо, лишь когда будет необходимо развивать успех или закрепить отвоеванные у врага позиции. Но это будет на более поздней стадии операции, к которой он вместе со своим штабом начал самую деятельную подготовку.

На командирском вертолете с бронированным подбрюшьем генерал Томас облетал весь район, куда будет высажена дивизия, отмечая на карте наиболее удобные пункты приземления вертолетов, расположения взводов и рот, места для штабов бригад и собственный командный пункт. Он решил основные силы штаба дивизии оставить на старом месте, в Хыонгхоа, а самому перебраться в местечко Хоантан, а вернее, в его окрестность, оборудовав пункт связи и командный пункт на высоте с отметкой 430 метров. Доложив генералу Уэстморленду о своем плане и получив одобрение, Томас стал готовить дивизию к высадке. Никакая мелочь в боевом снаряжении не была для него мелочью, он вникал во все и во все вносил разумные поправки и дополнения. В солдатские ранцы он приказал положить запас продуктов и боеприпасов, хотя и было определено, что в соответствии с заведенным распорядком дня вертолеты будут доставлять в специальных контейнерах пищу и напитки, фрукты и мороженое. Война войной, а привычный образ жизни не будет нарушен.

Несколько дней потребовалось на то, чтобы все войска — более пятидесяти тысяч человек — подготовить к решающим боям. Хотя в этой предварительной операции были потерн — солдаты Вьетконга сбили два вертолета, а один уничтожили, когда он приземлился, — они не обескуражили ни командира дивизии, ни штаб генерала

Уэстморленда, на который была возложена вся ответственность за общее руководство. Дивизия генерала Томаса легко заняла боевые позиции, причем заняла, как он считал, удачно, в непосредственной близости от противника. Десантники, освободив от чехлов, напоминающих патронные подсумки, универсальные саперные лопаты, начали рыть неглубокие ячейки. Их не тревожило, что они иногда подвергались обстрелу, — значит, противник не очень далеко и не надо будет тратить часы, чтобы выследить его и заставить принять бой.

Заняли свой рубеж и морские пехотинцы, и южновьетнамские подразделения, и батальоны особого назначения, которым предстояло проводить карательные акции, если местное население окажет сопротивление.

Готовились к предстоящим боям и силы национального освобождения.

Генерал Ле Хань, принявший командование новым участком фронта незадолго до того, как Уэстморленд утвердил свой план, имел приказ главного командования сжать кольцо блокады вокруг базы и заставить американское руководство или перебрасывать в этот район новые части, ослабляя оборону на других направлениях, или эвакуировать базу. Военный совет сил освобождения не сомневался, что база обречена, надо было только усилить удары по ней, заставить постоянно обороняться, подрывать боевой дух ее гарнизона, настойчиво пробивать брешь в американской обороне южнее 17-й параллели.

Генерал Ле Хань, поставив задачу перед всеми разведчиками не упустить из виду ни одной мелочи, скоро стал получать сообщения из различных источников, что противник готовит какие-то меры, видимо, наступательного характера.

Об этом говорила переброска сюда целой воздушно-десантной дивизии. Однако в первое время дивизия, не была активной силой, се подразделения использовались лишь в карательных операциях, не имеющих решающего значения.

Данные, полученные от Фам Ланя, заставили Ле Ханя по-другому посмотреть на события. «На базу прибыл генерал Уэстморленд, — сообщал Фам Лань. — Идут секретные совещания высшего офицерского состава. Из случайно подслушанных разговоров и наблюдающейся активности на базе можно сделать вывод, что готовится крупная операция. Необходимо усилить наблюдение за размещенными в разных местах частями воздушно-де-сантной дивизии генерала Томаса, которой, видимо, отводится в этой операции основная роль. Я беру на себя штаб дивизии, откуда рассчитываю получить надежные сведения».

«Старый друг, — тепло подумал Ле Хань о разведчике, — никогда не дает непроверенных данных». Он вызвал к себе начальника разведки, и они вместе наметили, куда и кого из разведчиков направить немедленно. Бригады и батальоны американской дивизии не были обойдены вниманием и до этого, но теперь требовалось знать по возможности больше о намерениях противника.

Когда вертолеты начали переброску дивизии в пункты, заранее выбранные генералом Томасом, пришло новое донесение Фам Ланя: «Дивизия полностью меняет дислокацию. Как мне стало известно, штаб второй бригады будет размещаться в Таконе. Где-то там же, точных координат установить не удалось, будет находиться командный пункт командира дивизии. Поэтому со своей стороны предлагаю предусмотреть атаку на штаб дивизии, остающейся в Хыонгхоа, и постараться разгромить его. Конкретные соображения сообщу после более точного изучения обстановки».