Чтение онлайн

– Когда придет ваш транспорт? – спросил Красовский, отгоняя посторонние мысли.

Янин запнулся, помедлил, однако ответил:

– В субботу ждем. План изменился, но нас заберет «Перекоп».

– Три дня. – Красовский покачал головой. – Хорошо, выгружайтесь.

Полковник помахал своим подчиненным, давая понять, что соглашение достигнуто. Послышались команды. Лицеисты начали боязливо сходить на пирс. Красовский легко мог представить себе, как выглядит в их глазах – костюм полной защиты фигуранта «Ринг» не имеет аналога в повседневной практике, но смотрится устрашающе: словно навстречу теплоходу вышел толстый черный медведь с маленькой человеческой головой.

– Только учтите, – сказал Красовский, – у нас здесь не дом отдыха и даже не коллектор. Здесь научный центр. И занимаемся мы дово льно неприглядными вещами. В любом случае всем надлежит пройти осмотр, сдать анализы. Специальных помещений для гостей у нас не предусмотрено, поэтому жить придется в карантинной зоне, в походных условиях.

– Не проблема, – отозвался Янин. – Мы не будем в тягость. Сухпай у нас на пределе, но продержимся.

– И еще одно. – Красовский помедлил. – В казематах содержатся зет. Они помещены в специальные боксы и непосредственной опасности не представляют, однако я попросил бы не слоняться по форту без дела. Соблюдайте режим, и никто не пострадает.

Полковник явно не ожидал такого поворота. Загорелое лицо вытянулось. Оно и понятно: любой, кто сталкивался с зет в поле, сумел выжить и знает, на что они способны, испытает малоприятные чувства при сообщении об их близости. Впрочем, Янин больше никак не выказал обеспокоенности, снял каску, вытер рукавом пот со лба и сказал невпопад:

– Жаркое лето в этом году.

Внутренний двор

Вечерело. Красовский сидел на складном табурете под тентом и пил холодный растворимый кофе, борясь с растущей злостью. Все было не так. Все осложнилось. Прибытие толпы лицеистов и служак из областной администрации, среди которых только двое оказались боевыми офицерами, внесло изрядную сумятицу в налаженную работу форта. Чтобы прогнать гостей через осмотр, понадобилось привлечь свободных от несения караульно-дозорной службы бойцов Ельченко. К счастью, явных признаков зет не выявили. Лишь у трех подростков: двух мальчиков четырнадцати лет и девочки на год старше – ординатор Смирнов отметил незначительное повышение температуры, но это могло быть вызвано стрессом. Красовский распорядился отделить ребят с гипертермией и поставить для них особую палатку в карантинной зоне. Все это было привычно, но Красовского злило, что он вынужден занима ться ерундой, когда каждый час на счету, когда паника растет, а смутная идея ускользает, оставляя глухое разочарование.

Подошел Янин. Тяжелую амуницию полковник снял, из оружия оставил только пистолет в кобуре, но все равно продолжал потеть и утираться.

– Пришло подтверждение по спецсвязи, – сообщил ему Красовский. – Вам предписано оставаться здесь до прибытия «Перекопа».

– Вы мне не поверили? – удивился Янин.

Красовский пожал плечами.

– Поверил. Ну и что?

– Можно вас попросить, господин доктор?.. – Янин переступил с ноги на ногу.

– Слушаю.

– Дети напуганы. Они задают вопросы. Мне трудно объяснить им, что происходит… Как-то успокоить… Но вы же специалист по мертвякам? Прошу вас выступить перед ними. Короткая лекция… Уверяю, что это будет интересно не только им. Мне бы тоже хотелось получить какую-то достоверную и нформацию, узнать о наших перспективах…

Красовский поднялся, бросил картонный стакан из-под кофе в мусорное ведро.

– Выступлю, – сказал он. – Но не надейтесь, что узнаете больше.

Они прошли за сеточное ограждение, разделявшее внутренний двор форта на две неравные части. В карантинной зоне уже развернули палатки; тут же возвышался штабель коробок с сухим пайком, стояли канистры с питьевой водой, пыхтела мобильная колонка. Лицеисты ожидаемо разбрелись кто куда, держась стайками, но Янин быстро собрал их.

Красовский прокашлялся, осматриваясь. Большинство подростков – славяне, хотя попадается и ярко выраженный северокавказский тип, и даже негроидный. Сироты. «Хорошо, что они сироты, – подумал Красовский. – Им будет легче принять новую реальность. Будущее без груза прошлого. Не об этом ли мечтали утописты всех мастей?»

– Вы находитесь на территории форта «Александр Первый», – начал Красовский свою импровизированную лекцию. – Еще его принято называть Чумным фортом. И это целая история. Форт возвели в середине девятнадцатого века, чтобы контролировать фарватер. Он никогда не участвовал в боевых действиях. Только во время Крымской войны сыграл роль – его грозный вид отпугнул командующего британской эскадры. Потом форт морально устарел, его отвели под склад боеприпасов. Свое второе название он получил на рубеже девятнадцатого и двадцатого веков. В Россию из Китая пришла чума, и здесь развернули лабораторию, изготавливали противочумную сыворотку. Работники лаборатории реально рисковали жизнью. Было две вспышки, заболел и умер завлаб Турчанинов-Выжникевич. Но чуму победили. В наше время форт стоял заброшенным. Иногда его сдавали любителям экстремальных вечеринок. Переоборудовать форт под новую санитарно-эпидемическую лабораторию начали прошлой осенью, после бешеного рейса… Вы знаете, что такое бешеный рейс?.. Странно, это было в новостях еще до закрытия границ. Рейс из Шанхая в Париж с посадкой в Пулково. На борту выявили пассажиров с симптомами африканского бешенства. Всех сняли с рейса, поместили в карантин. Так мы впервые столкнулись с зет… Вообще-то их по-разному называют. Зомби, кусачие, бесы, инфицированные, мертвяки. Мы их называем зет, но не потому что зомби, а потому что при первом описании кто-то из эпидемиологов употребил английский термин zoobiotic. Переводится как паразитирующий на животном. Термин оказался точным, потому прижился… Вы, наверное, думаете, что зет типа вирусной инфекции, которая передается через кровь? Так пишут все СМИ. Но это неверное представление. Зет вроде колонии-паразита. Есть мнение, что он очень древний паразит, реликт. И почти вымер к нашему времени. Мы не можем найти ему генетического родственника в живой природе, хотя бьемся над этим почти год. Словно перед нами марсианин… – Красовский усмехнулся. – Хочу, чтобы вы это запомнили! Не вирус, а паразит! Любой вирус разрушает клетки организма. Зообиотик ничего не р азрушает – он подселяется в организм, обманывает иммунную систему, размножается в коре головного мозга, внедряется в химические и электрические синапсы, тем самым перехватывает контроль над телом. Когда колония-паразит захватывает весь мозг, человек как личность фактически умирает, превращается в животное, движимое инстинктами. Если вам доведется иметь дело с укушенными зет, то имейте в виду: перед вами уже не совсем человек, работа по замещению началась…

Девушка с ярко-красными волосами, сидевшая, скрестив ноги, на плитах двора, подняла руку, как прилежная школьница.

– Вопрос? – встрепенулся Красовский. – Слушаю.

– Вы говорите, паразит. Но разве такие паразиты бывают? Которые влияют на мозг?

– Бывают. Мир паразитов разнообразен. Я сказал бы, что именно паразиты, а не человек, – самое изощренное создание эволюции. Например, Trypanosoma brucei паразитирует на животных и человеке. Переносчиком являетс я муха цеце. Паразит поражает, в частности, мозг и вызывает сонную болезнь, нарушающую ход биологических часов. Болезнь научились лечить, однако лечение выглядит страшно: лекарство меларсопрол сделано на основе мышьяка, смертельного яда. Оно способно растворять трубки капельниц, поэтому для его внутривенного введения нужно использовать специальное оборудование. Если меларсопрол просачивается из вены, он превращает окружающую плоть в гноящуюся рану. После этого руку часто приходится ампутировать. Но иначе нельзя. Иначе пораженный паразитом человек скончается в муках.

– А против зет есть лечение? – на этот раз вопрос задал юноша с гладко выбритым черепом и серьгой в ухе. – Я читал, в Штатах выпускают какое-то средство…

– Зет намного сложнее трипаносомы и намного изощреннее. Конечно, можно попытаться найти яд, действие которого было бы ослаблено для человека и смертельно для паразита. Но это долгий путь, требующий большого количества эксперимент ов. А мы вплотную занимаемся зет лишь в последнее время. Тут серьезная проблема. Опасность зет долго недооценивали, подлинную информацию утаивали, считали паразита вирусом. А американский фаланкс – всего лишь разновидность культуральной вакцины от бешенства с долгосрочной иммуногенной активностью. Оно никак не помогает против зет. Фармацевтические компании ухватились за него, потому что он не требовал клинической проверки и вроде бы были зафиксированы случаи излечения. Позднее оказалось, что все эти случаи – выдумка.

– Но вы ведь делаете что-то? – резко спросила девочка с красными волосами; в голосе ее прозвенела истеричная нотка.

– Да, – ответил Красовский, успокаивающе выставляя ладонь. – Именно здесь, в Чумном форте, мы пытаемся разобраться в механизмах взаимодействия зет с человеческим организмом. И я вам скажу, это очень увлекательная работа. Ведь что обычно происходит, когда носитель паразита погибает? Если паразиту не удается переселит ься на другого носителя, он погибает с ним. Зет продолжает управлять телом, пока цела структура мозга. Человека можно разрезать пополам, удалить внутренности, обескровить, но туловище будет продолжать жить, совершать действия. Такое выходит за грань нашего понимания. Я не поверил бы, если бы не видел этого сам. Единственное, что останавливает зет, – холод, мороз. Паразит впадает в нечто вроде анабиоза, но как только температура начинает расти, снова пробуждается к активности. И, самое невероятное, носитель пробуждается вместе с ним. Вы хотя бы понимаете, что это значит?

Красовский не ожидал ответа, но тут поднял руку невысокий черноволосый очкарик:

– Зет расширяет физиологические границы организма. Если научиться управлять им, можно будет достичь бессмертия.

– Верно! – подхватил Красовский. – Зет – величайшая угроза сегодня. Но в будущем паразит может стать величайшим благом. Для человека в симбиозе с зет не останется ка ких-либо преград. Он обретет способности супермена: абсолютное здоровье, выносливость, нечувствительность к боли, способность жить в глубинах океана и космической пустоте. Вы только представьте себе: космонавты с зет! Да мы за год завоюем всю Солнечную систему!

Красовский почувствовал, что увлекается, и мысленно одернул сам себя. Сменил интонацию:

– К сожалению, пока мы еще в самом начале пути. Нам не хватает исследовательского материала. Не хватает вычислительных мощностей. Не хватает специалистов. Сказывается многолетнее пренебрежение наукой…

– Мы можем помочь? – спросил Янин, стоявший сбоку. – Хоть чем-то?

Казематы

Грузовой лифт запирался обычным металлическим ключом, который Красовский носил на связке, пряча ее в потайном кармане костюма фигуранта. Посему на то, чтобы открыть дверь, пришлось потратить пять минут. Янин терпеливо ждал. Затем они по очереди вошли в кабину, и Красовский нажал одну из трех кнопок на панели управления. Загудел мотор, кабина дернулась и почти сразу остановилась. Вход на второй ярус перекрывала решетка с толстыми прутьями. Красовский перебрал связку, нашел новый ключ, открыл очередной замок.