За 27 дней
Шрифт:
Я старалась не обращать слишком много внимания на этот комментарий. Даже если я отчаянно надеялась, что это на самом деле было правдой.
— Давайте, давайте, дети, — вмешалась Лорен, махнув рукой. — Вы можете помочь мне накрыть на стол.
Было что-то авторитетное в воздухе, который окружал Лорен, что заставило детей сразу же умчаться из кухни, что, я предполагаю, было к лучшему, так как они были довольно шумными. Это и то, что играть в прятки на кухне не хорошая идея.
— Спасибо за вмешательство, — сказала я Лорен с небольшой улыбкой. — Я не привыкла к тому, что вокруг так много маленьких детей.
— Нет проблем, — улыбаясь, ответила Лорен. — Я поняла, поскольку ты дочь Микаэлы и Кеннета Джеймисонов.
— Откуда ты знаешь, кто мои родители? — Я моргнула.
Лорен пожала плечами. — Арчер сказал мне.
— Типично. — Я закатила глаза, раздраженно вздохнув.
— Я бы не стала волноваться из-за этого. — Улыбка Лорен стала шире. — Обычно Арчер всегда бывает не очень-то приятным.
— И не говори, — фыркнула я в знак согласия. — Я всецело согласна с этим.
— Знаешь, я немного удивлена, что ты не высокомерная сучка, — непринужденно сказала Лорен, как только мы вышли из кухни.
— Эммм… Ладно? — Я уставилась на нее с широко раскрытыми глазами, не уверенная, должна ли я расценивать это как похвалу или оскорбление.
— Ну, я полагаю Арчер не стал бы тусоваться с тобой, будь ты такой. — Лорен рассмеялась.
Я, наверное, должна была быть весьма довольна этим заявлением.
Арчер не думал, что я сучка! Очко в пользу Хедли.
Лорен и я добрались до четырех столов, сдвинутых вместе в середине кофейни, накрытых домашней скатертью. Реджина, Виктория и София суетились туда-сюда между кухней и столиками, неся дымящиеся блюда из индейки, картофельное пюре, булочки с маслом, зеленую фасоль, клюквенный соус и несколько блюд, которые я даже не узнала.
Я не была точно уверена, являлись ли блюда из пасты, как правило, частью ужина в День Благодарения, но я полагала, что это была ещё одной частью итальянской сущности.
Я помогла Лорен и ещё одна девушка с темными волосами, резко очерченными вокруг её лица, которую, как я подозревала, звали Мия, расставляла фарфоровые тарелки вокруг стола вместе со столовым серебром. Все кузены и кузины Арчера, подростки и молодежь продолжали бросать на меня любопытные взгляды в то время, как я работала, и я начинала чувствовать себя неловко. Люди обычно не смотрят на меня так часто.
Я надеялась, что не попаду в какие-нибудь неприятности.
Ушло ещё пару минут на то, чтобы все расселись вокруг столов, особенно младшие. Во всяком случае, стало значительно громче, с тех пор как я вошла в кофейню, и я не была уверена, повредятся ли мои барабанные перепонки из-за этого.
Каким-то образом, и я, наверное, никогда не узнаю каким, я оказалась между Арчером и его милым кузеном, Карло. Я подозревала, что это возможно дело рук Реджины, чтобы я оказалась рядом с её сыном, но я не знаю, кто не любил меня настолько, чтобы посадить рядом с Карло. Не то чтобы мне не нравился этот парень, но он мгновенно начал болтать мне под ухо, как только его зад коснулся сиденья рядом со мной.
— Все! Тихо!
В возрасте Виктории её скрипучий голос был достаточно громким, чтобы заглушить все остальные, и мы все сразу же замолчали. Было своего рода трудно не слушать всё, что исходило из уст женщины, потому что она, вероятно, положила бы глаз на любого, кто не слушал.
— Склоните головы, — потребовала Виктория, глядя на всех нас. — И мы помолимся.
Живот скрутило, когда я заметила, что все за столом взяли друг друга за руки, и я нерешительно потянулась рукой к руке Арчера. Он посмотрел на меня краешком глаза, одна из его брови выгнулась, и я быстро наклонила голову, как сказала Виктория.
Теперь, не поймите меня неправильно, я попадала в довольно неловкие ситуации и раньше. Но когда все произносят молитву по-итальянски, как благословение, а ты не знаешь ни одного слова или то, что они говорят, было совершенно неловко.
Я знала, что все были итальянцами, но я понятия не имела, что все они также свободно говорят на языке.
Поэтому я быстро произнесла молитву «Благослови нас, Господи» в своей голове и сбросила руку Арчера и Карло, как только они все закончили говорить.
— Я не знала, что ты говоришь по-итальянски, — пробормотала я, взглянув на Арчера, как только он потянулся за тарелкой роллов.
— Это не очень впечатляет. — Он пожал плечами в ответ.
— Quindi dire che non impressionare questa bella signora con le vostre abilit`a bilingue? [12]
Я уставилась на Карло, словно он только что сказал какую-то белиберду, чувствуя себя очень неловко, так как понятия не имела, какого черта он только что сказал.
Арчер сердито посмотрел в сторону Карло, прежде чем бросить ролл в его голову.
— Chiudere la conversazione, `e stronzo,[13] — был ответ Арчера.
Излишне говорить, что я запуталась ещё больше.
— Арчер! — рявкнула Реджина, наклонившись к нам через стол. — Не называй своего кузена мудаком!
Я протянула руку ко своему рту, чтобы удержаться от смеха.
— Да, да, — ответил Арчер, махнув рукой.
После этого Карло начал нравится мне немного больше.
День Благодарения — американский праздник, поэтому на столе была небольшая тарелка с жареной индейкой. Но кроме этого итальянский народ, видимо, не отмечает праздник и просто расценивает этот день как ещё один повод, чтобы встретиться, пошуметь и поесть много еды.
Половина беседы за столом снова велась на быстром итальянском. Я хотела знать, о чем они говорят, по крайней мере, я не чувствовала б себя глупо, участвуя в себеде, и тот факт, что почти каждый говорил на итальянском делал это немного труднее.
Карло безуспешно пытался вовлечь меня в разговор о какой-то девушке с «красивой грудью», которую он встретил в школе (ему было 15 лет, новичок в средней школе в Олбани) и это длилось не очень долго. Арчер наклонился около минуты позже и дал ему подзатыльник, который положил конец любому другому разговору, который мог бы всплыть на некоторое время.
Я была благодарна за это, честно говоря.
— Итак, скажи мне, Хедли, — сказала через некоторое время тетя Арчера, Карин, наклонившись ко мне через стол. — Какого это иметь таких знаменитых родителей?