Чтение онлайн

— Какой хозяин?

— Артём Вольский. Фараон.

— Оу... — я прищурилась. — Ты имеешь в виду этого лысого терминатора, который смотрел на меня, как голодный волк на стейк?

Охранник поперхнулся.

— Э... да.

— Ну скажи ему, что стейк пока не готов к подаче.

Света фыркнула:

— Боже, Ника, ты либо гений, либо самоубийца.

Я ухмыльнулась.

— А почему не оба варианта сразу?

И тут же схватила вторую бутылку шампанского.

Идеальный вечер.

Мы с Светой устроили праздник мести с размахом, достойным нашей победы.

Как только мы вывалились из "Монарха", Света, сияя как новогодняя ёлка, заявила:

— Всё, королева, мы обязаны отметить это должным образом!

И через полчаса наш лимузин уже мчался в "Белый лебедь" — самый пафосный загородный клуб Подмосковья, куда без членского билета за полмиллиона в год даже нос не сунешь.

Ночь безумия

Бармен узнал меня сразу — видимо, новости разлетелись быстрее, чем мы доехали.

— Шампанское для леди Бережновой! Самое дорогое, что есть!

Мы заняли лучший диван, и вскоре вокруг собралась толпа "новых друзей" — все хотели выпить с той самой Никой Бережновой, которая только что устроила самый эпичный скандал сезона.

— Ты гений! — кричала какая-то девушка в платье с декольте до пупка, обнимая меня. — Я бы на твоем месте их вообще подожгла!

Света, уже изрядно навеселе, подняла бокал:

— За то, чтобы все предатели тонули в дешевом шампанском, как мы сегодня в дорогом!

Где-то после третьей бутылки мы решили, что неплохо бы и потанцевать. Я забралась на стол (дубовый, ручной работы) и выдала такой твист, что официанты схватились за сердце.

— Мисс Бережнова, пожалуйста... — молил менеджер.

— Расслабься, — махнула я рукой, — мой отец тебя уволит, но я потом восстановлю!

В четыре утра мы с Светой купались в бассейне в вечерних платьях (её идея), а в пять — пытались уговорить шеф-повара приготовить нам пельмени под соусом "кровавая месть" (моя идея).

Утро после

Проснулась я от того, что какая-то птица стучала клювом прямо мне в висок. Нет, подождите, это был не колибри — это просто моя голова.

— Света, — прохрипела я, — если ты жива, принеси мне воды... или адвоката.

Но вместо Светы в дверях появился...

— Папа?!

Игорь Бережнов стоял на пороге, скрестив руки. Его взгляд выражал всю гамму эмоций: от "я тебя люблю" до "я тебя сейчас убью".

— Доброе утро, дочь. Приятно видеть, что ты жива... хотя после вчерашнего это удивительно.

Я натянула на голову подушку.

— Пап, давай поговорим позже. Например, через год.

Он сорвал подушку.

— Сейчас. Завтрак. Гостиная. Пять минут.

Когда он вышел, из-под соседнего одеяла выползла Света:

— Если я умру, передай моей кошке, что я её любила... и что виновен твой отец.

Я просто застонала.

Голова раскалывалась так, будто внутри нее маршировал оркестр из гномов с молотками. Я лежала лицом вниз на белоснежных простынях, молясь, чтобы солнце за окном внезапно решило взять выходной.

— Ника, ты жива? — Света швырнула в меня подушкой.

— Нет. Я умерла. Оставьте меня в покое, — прохрипела я в ответ, натягивая одеяло на голову.

Гостиная. Отец.

Игорь Бережнов сидел за столом, невозмутимо попивая кофе. В своем темно-сером костюме, с ледяным взглядом, он выглядел так, будто мог одним словом отправить на гильотину половину зала.

Я подошла, стараясь не показывать, что каждое движение отзывается пульсирующей болью в висках.

— Привет, пап.

Он медленно поднял на меня глаза.

— Садись.

Я села.

— Кофе?

— Я умру.

— Так тебе и надо, — он отхлебнул из своей чашки. — Ты вчера устроила цирк.

— Это был не цирк. Это было арт-перформанс.

— Перформанс, который теперь обсуждает весь город.

Я потянулась за аспирином, который предусмотрительно положила в карман.

— Ну, я же не зря дочь своего отца.

Отец тяжело вздохнул.

— Ты должна была сказать мне сразу. О Вадиме. О том, почему уехала.

Я закусила губу.

— Я не хотела, чтобы ты…

— Чтобы я что? Разорвал его на части? — он усмехнулся. — Хотя теперь, после вчерашнего, он, наверное, сам предпочтет исчезнуть.

Я не ответила.

— Так что, дочь, теперь у меня вопрос: что мне с ним делать?

Я подняла глаза.

— Выгнать?

— Это слишком просто.

— Перевести в филиал в Норильск?

Отец задумался.

— Неплохая идея.

Я улыбнулась.

Он внимательно посмотрел на меня, потом неожиданно рассмеялся.

— Черт возьми, Ника. Я ругаю тебя, но… — он покачал головой. — Это был ход королевы.

Я почувствовала, как внутри что-то разжимается.