Чтение онлайн

Но тут возникла одна маленькая проблемка: чтобы забраться вверх, мне нужно было либо отрастить крылья и научиться летать, либо пройти экстренный курс начинающего альпиниста. Сделать и то и другое не представлялось возможным. Я задумчиво почесала затылок и вперила взгляд в неприступную скалу. Но на скалу мой пристальный взгляд не произвел никакого впечатления: она не собиралась становиться меньше, а я по-прежнему не умела летать. Ситуации патовая. Взгляд скользнул по недовольному и все еще разгоряченному погоней тигру, затем по притороченной седельной сумке и натолкнулся на рукояти мечей. Идея яркой лампочкой вспыхнула в голове. Мечам она сразу же не понравилась, но их мнение в расчет не принималось.

С лязгом я вынула пару клинков из ножен и тут же каким-то шестым чувством ощутила, как они напряглись в ожидании.

«Я не вижу противника, брат!» — удивленно заметил один.

«Похоже, наша горе-воительница решила-таки потренироваться для разнообразия», — с иронией откликнулся другой.

«Эй! Полегче! Не понимаешь, что леди наши слова могут показаться обидными?» — попытался осадить брата первый.

«Глупо обижаться на справедливую критику».

«Не спорьте, мальчики, — оборвала я их пререкания, от которых в голове стоял невыносимый шум. Это пугало, поскольку слишком напоминало прогрессирующее безумие. Про раздвоение личности я слышала. Интересно, а бывает растроение? — Я не собираюсь обращать внимание на глупости, которые вы там бормочете. Глупо обижаться на колкости пары пластин железа, даже если у них мания величия».

И пока эта неугомонная пара обдумывала мои слова, я вогнала один клинок в скалу. Видимо, тот, кто делал эти мечи, крепко знал свое дело. Клинок не сломался с жалобным звоном, а вошел сразу, глубоко, хотя и не по самую рукоять, но достаточно, чтобы послужить опорой.

«Совсем сдурела?!! — оглушительно возопил меч. — Я же мог сломаться!»

«Но не сломался», — парировала я, пожимая плечами.

Я осторожно подтянулась и встала на клинок. Сталь опасно завибрировала, но выдержала. Уже хорошо. Хотя если не выдержит второй меч, падать будет высоковато. Как только сталь под ногами перестала мелко дрожать и угроза падения стала минимальной, я размахнулась и вогнала в скалу другой клинок. Тот не стерпел грубого обращения и принялся ругаться так, что уши вяли. Выражаться при даме… Ай-ай-ай! Оставалось надеяться, что сталь выдержит мой вес. Жаль, что не могу заткнуть уши, — возмущенные голоса мечей наперебой орали прямо в голове. Судя по выражениям, которые использовал второй меч, он вполне созрел для ритуального самоубийства, лишь бы этим досадить мне. Ну и ладно. Почему я должна заботиться о чувствах холодного оружия? Я уцепилась за рукоять второго клинка и подтянулась вверх. Теперь, стоя на второй ступеньке импровизированной лестницы, кончиками пальцев я могла дотянуться до края пещеры. Этого было недостаточно, чтобы подтянуться, поэтому я осторожно вздохнула, мысленно перекрестилась и подпрыгнула, надеясь, что успею зацепиться за край раньше, чем сила земного притяжения потянет меня вниз. Я прыгнула и — о чудо! — мне удалось вцепиться в край. Ломая ногти (бедные мои остатки маникюра… хотя сохранить приличный вид ногтей в таких условиях практически нереально), обдирая руки, натужно сопя, я втянула себя в злосчастную пещеру. Ай да я! Ай да молодчина!

Я огляделась по сторонам. В пещере было темно и душно. Снаружи занимался рассвет, а сюда солнце практически не попадало. Я сделала пару шагов, споткнулась о нечто, лежащее на каменном полу, и грохнулась, ругаясь, как пьяный грузчик в порту. Затем поднялась на ноги и от души оттопталась на злосчастном препятствии. К моменту, когда прилив злости прошел и глаза привыкли к темноте, я с удивлением обнаружила, что злобно попираю ногами собственную сумку. Вот ведь гадство! Теперь она не просто покусана зубами неблагодарной собаки, но и извазюкана черт знает в чем. Я окончательно озверела и возжелала удушить злосчастную собачонку собственными руками или хотя бы попинать. Издав боевой клич, звучавший как нечто среднее между рычанием волка и карканьем вороны, с истерзанной сумкой в руках и жаждой мести в сердце я разъяренным носорогом ринулась в глубь пещеры.

Откуда-то из недр послышалось громкое рычание, донеслось щенячье повизгивание — и на меня уставились сразу несколько пар красных глаз. Вот блин! У нее щенки! Этого я никак не могла ожидать. Ну как, скажите на милость, мстить многодетной мамаше? Я немного помялась, не зная, что делать, в сердцах пнула каменную стену пещеры, взвыла от боли и поскакала к выходу на одной ноге, проклиная тот миг, когда решила поехать праздновать Новый год на дачу, вышла из машины и вообще купила себе транспортное средство. Зачем? Многие прекрасно добираются автобусом и ничего…

Пришлось спускаться вниз. Занятие, как оказалось на практике, трудное и рискованное, если учесть, что в моем распоряжении — почти отвесная стена и пара шатких опор в виде воткнутых в камень мечей. Я с опаской глянула вниз. Мама дорогая! Как же меня угораздило сюда забраться, не загремев вниз и не сломав что-нибудь жизненно важное? М-да… Теперь я понимала двух мужиков, которые тихо праздновали чей-то день рождения, наклюкались до поросячьего визга и с удивлением обнаружили себя утром на куполе деревенской церкви. Снизу меня поддерживал одобрительным рыком Тиграш. «Какой он у меня хороший», — почти прослезилась я.

Делать нечего. Хочешь не хочешь, а вниз спускаться придется. Ну не оставаться же в пещере жить. Пусть у вороватой собачки куча очаровательных щеночков, но в их семью не очень-то хотелось. Исторгнув из груди мученический вздох жертвы несправедливых гонений, я развернулась пятой точкой к выходу из пещеры, встала на колени, оперлась руками о каменный пол и попробовала нащупать ступней ближайший меч. Не тут-то было. Противный клинок словно нарочно ускользал из-под ног. Не удивлюсь, если так оно и было. Мелкие камушки скатывались из-под сапог вниз. Пот струился по спине, ткань на спине намокла.

— Ну погоди у меня! — зло шипела я, титаническими усилиями мышц рук удерживая ставшее невероятно тяжелым тело. — Вот спущусь вниз… и разломаю на составные части, железяка проклятая!

Тигр нервно метался внизу, рычал, хлестал себя по бокам хвостом, но реально ничем помочь не мог. Наконец, когда я уже готова была отпустить край и будь что будет, под правой ногой оказалась долгожданная пусть шаткая, но опора. Вздох облегчения чуть не лишил меня неожиданного достижения. Я ойкнула и вцепилась в нижний край пещеры, как утопающий за соломинку. Под ногами кто-то явственно и очень обидно хихикнул, чем практически плюнул в нежную девичью душу. Оскорбившись до кончиков рыжих волос, я стиснула зубы и наглядно продемонстрировала зубовный скрежет. Вот уж не думала, что способна впасть в такую ярость, когда хочется покусать всех вокруг, чтобы потом злорадно наблюдать, как всем вкалывают сорок уколов от бешенства. Пришлось глубоко вздохнуть и сосчитать до десяти. А то поскользнусь ненароком и полечу вниз без парашюта и страховки на потеху куску зловредного железа.

Спуститься на следующий меч не составило труда. Не знаю, в чем там было дело. Может, просто повезло. Трясущимися руками попыталась вытащить предыдущий меч из скалы, но без толку. Дернула пару раз — безрезультатно. С досадой сплюнула на землю:

— Не очень-то и хотелось таскать за собой такую ехидну. Вот и торчи здесь как дурак.

То ли меч проникся моими словами, то ли представил, сколько лет ему придется провести в пустыне прежде, чем на него наткнется незадачливый путешественник вроде меня, то ли он просто не любил одиночество… но при следующем рывке вышел из скалы, словно намазанный маслом. Чего-чего, а такого подвоха я не ожидала, поэтому полетела вниз с воплями и бранью под ехидный хохот наглой железяки. Ну все, он меня достал!

Спина встретилась с песком. Подобное приземление не назвал бы мягким даже законченный оптимист. Просто поразительно, что глубокий и рыхлый песок на поверку оказался жестким и выбил из легких остаток воздуха. Пока я пыталась надышаться быстро раскалявшимся воздухом пустыни, тигр метался рядом, как примерная клуша возле единственного цыпленка, совершенно не понимая, чем помочь, но живо переживая все случившееся.

Я осторожно пошевелила руками, затем ногами. Вроде бы все цело, хотя без УЗИ и рентгена делать положительные прогнозы несколько преждевременно. Может, у меня лопнул какой-нибудь диск в позвоночнике и в результате грозит парализация, инвалидность и, как следствие, вообще кома. Пока я подумывала, не всплакнуть ли над горькой своей судьбиной, Тиграш осторожно опустился рядом и нежно лизнул лицо. Нет, ну просто само очарование. Пришлось вставать. Правда, сначала на четвереньки, и уж потом, когда выяснилось, что руки-ноги меня все еще слушаются, решилась принять вертикальное положение.

Меч лежал тут же, в песке. Сверкающее голубоватое лезвие с непонятными иероглифами или письменами было прекрасно и вызывало во мне противоречивые чувства. Одновременно хотелось и любоваться произведением неизвестного мастера, и сломать его о колено. Кряхтя, как столетняя бабка, придерживаясь рукой за ноющую после падения с высоты поясницу, я подошла к ехидному куску железа. Мне показалось или он насторожился? «Бред, — тут же одернула я себя. — Это всего лишь железка! У нее не может быть эмоций в принципе!»