Чтение онлайн

Они с Ромой уже почти подъехали к лагерю, как вдруг, вздымая облака пыли, прямо перед ними встал кусок дороги, и они со всей скорости в него врезались. Сейчас он понимал, что это было какое-то устройство, скрытое и припорошенное грунтом, но было явное впечатление, что мир перевернулся, и наезженная тропа просто встала вертикально. Затем послышались автоматные очереди, к грузовику со всех сторон полетели квадроциклы и улюлюкающие люди на них. А дальше всё было как в страшном сне.

Кирилл вдруг услышал какое-то движение, замер и боялся даже вдохнуть, потому что многие из гомошей активно лазали по стволам и нападали сверху. Хотя возле лагеря таких замечено не было, но, видимо, сегодня был день полный страшных сюрпризов.

– Олька? – выдохнул Кирилл, глядя на крепко охватившую толстую ветвь замершую женщину.

– Кирилл, это ты? – дрожащим голосом прошептала она. Какое счастье. Кирюшечка, помоги мне вниз спрыгнуть, я уже застыла вся, я не могу больше, а отпустить тоже не могу, руки не слушаются.

– Но как ты здесь? – охнул Кирилл и в быстро вскарабкался по стволу. – У тебя руки судорогой свело? – прощупывая окаменевшие конечности, спросил он.

– Ага. Больно так, что силов нет.

– Потерпи, – сказал Кирилл и, достав нож, быстро нанёс несколько проколов в разные места на руках.

Буквально через секунду Олька глянула на него удивлённым взглядом и свалилась с дерева вниз, так как судорога прошла, но онемевшие руки теперь не слушались.

– Тьфу ты, – плюнул Кирилл и стал оперативно спускаться, чтобы помочь женщине.

Рывком поставив Ольку на ноги, мужчина проводил её к поваленному дереву и, устроив рядом с ним, стал растирать руки.

– Оля, как ты здесь оказалась?

– Мы ж думали в живых тебя нет. – обливаясь слезами сказала Олька. – Как ты оттуда выбрался?

– Всё потом, потом, Олька. Ты скажи откуда ты здесь?

– Кирюшечка, спаси Вольку, спаси его. Я умоляю тебя, – роняя голову Кириллу на плечо, сказала женщина, – спаси Вольку, – твердила она, размазывая по лицу часто бежавшие слёзы.

– Олька, да как ты как здесь? Откуда?

– Нас с Мединским в лагерь ваш послали, чтобы мы двери в ночи открыли, чтобы если убьют, то не их, а кого-то из нас. Но мы не открывали, я не знаю, что там случилось.

– Олька, хватит руки заламывать. Ты толком можешь сказать, что происходит. Где Мединский?

– Не знаю. – утопая в рыданиях, ответила Олька. – Все бегать стали, когда заражённые прорвались, страшно было, темно. Ветрила дул. Дождище. Я вон в заборе щель увидела и ныркнула туда и побежала лесом, на дерево забралась.

– Тише. – зажал ей рот ладонью Кирилл, услышав, как хрустнула ветка. – Кто-то идёт.

Затолкав женщину поглубже под ствол дерева, Кирилл аккуратно выглянул из-за дерева и, разглядев в скользящей тени Кудрина, облегчённо вздохнул и тихо свистнул.

– Иди сюда. – поманил он Кудрина.

– Здорово. – сказал Иван, тихо приземляясь рядом. – Что случилось?

– Да кто бы знал. – и быстро отбил наведённый на завозившуюся под укрытием дерева Ольку ствол. – Да своя это. – шикнул Кирилл. На нас напали, Ромыч в объезд рванул к лагерю.

– Он до нас доехал, чтобы мы выдвинулись на помощь. Его тяжело ранили, – уронил Кудрин, – он двухсотый. – покачал головой мужчина.

– Я понял. – еле слышно отозвался Кирилл. – Короче, хрень какая-то произошла. Это Олька, они, видимо, из карантина в лагерь прибыли, когда мы в отъезде были. Она говорит, долбики в лагерь вошли.

– Как? Это просто невозможно. – багровея от заполнившего его внутри ужаса, сказал Иван.

– Кудрин, приди в себя. – тихо рявкнул Кирилл. – Прорыв есть? Есть. Значит, надо как-то теперь оценить обстановку и найти тех, кто уцелел.

– Есть одно место, – задумался Иван, – возле одной из стен, я как-то заимку обнаружил. Не стал трогать, оттуда внутрь не пробраться, да и не видно её совсем, а вот на такой случай сгодится. Я метнусь туда, а ты женщину отведи в машину, там Руслан сидит, меня ждёт. Я осмотрюсь и приду, за мной не ходите, чтобы потом друг друга не искать. – чёткими отрывистыми фразами сказал он.

– Понял.

Кудрин встал, сделал несколько шагов и снова растворился в лесном массиве, быстро продвигаясь к старому укрытию охотников, которое, к счастью, не пострадало при строительстве лагеря. Добравшись до места, Иван подпрыгнул, подтянулся на сильных руках и оседлав ветку, размотал лестницу из крепкой верёвки, которую он давно уже примотал к порогу заимки и припрятал от случайного взгляда. С трудом пробравшись в ещё пока густой и намокшей листве, Кудрин тяжело заполз в шаткий домик и лишний раз удивился:

– На кого они тут охотились? На птеродактилей, что ли. – пожал он плечами, намеренно отвлекая себя посторонними вещами, чтобы не сойти с ума от беспокойства.

Вынув бинокль, Иван приладил его к глазам и навёл окуляры на территорию лагеря. То что он увидел, прочно вонзило в пересохшее горло лезвие ужаса. По всему лагерю болтались долбики, но самое странное было то, что среди них ездили неизвестные Ивану хорошо защищённые по всему периметру машины и, подъезжая к каждому дому, выгоняли оттуда людей. Кого-то они сажали в машины, а кого-то выталкивали прямо на улицу, оставляя один на один с жаждущими крови заражёнными.

Лагерь бушевал криками людей, горловым рычанием долбиков, периодически слышались выстрелы? и в окнах домиков? куда ещё не добрались захватчики, торчали лица перепуганных людей. Крис широкими от ужаса глазами смотрела в окно? и перехваченное хлыстами ужаса горло не давало сказать ни слова, девушка лишь хрипела и открывала немой рот, словно рыба, выброшенная на сушу и пытающаяся поймать спасительный глоток жизни. А самое главное было то, что она прекрасно понимала, что сейчас их никто не защитит.

Толоконников только на днях сокрушался на тему того, что место остаётся абсолютно не защищённым, потому что он с большой группой военных, должен был отправиться выручать попавших в беду вирусологов, кто работал в защищённой лаборатории на территории большого города. Учёные не смогли эвакуироваться в самом начале пандемии, потому что остановить работу значило проиграть сражение инфекционным агентам и все старания, которые они предприняли за те полгода, пока искали решение, как остановить надвигающуюся угрозу, были бы напрасны. Но сейчас, когда все данные были упакованы и подготовлено необходимое оборудование, а оставаться стало слишком опасно, то было принято решение заняться переездом. Хорошо, хоть город находился не за тридевять земель, а был за пятьсот километров от основного лагеря.