Чтение онлайн

Ноги почему–то сами привели Макарова в давно обжитой и престижный район, и вот уже битый час Андрей кружил неподалеку от своего дома, но так и не решился войти во двор и уж тем более подняться на восьмой этаж к двери квартиры. Здравый смысл подсказывал, что после его побега там, вероятно, выставили засаду, и искать пристанища в собственном доме было, по меньшей мере, глупо. Андрей понимал так же и то, что ориентировки с его портретом и приметами уже разосланы всем патрулям и постам, а участковый, наверняка, начал работу со своим «активом» по поиску беглеца. Любой из соседей мог заметить его появление и исполнить свой гражданский долг, не говоря уже об осведомителях, о существовании которых Андрей знал по детективным сериалам и книгам и не считал это лишь вымыслом авторов. Ощущение реальной опасности заставило его внять доводам разума, и он перебрался в соседний квартал, подальше от зоны риска.

Сумерки быстро сгущались, и ему следовало позаботиться о ночлеге. Не имея ни малейшего опыта выживания в подобных обстоятельствах и зная лишь понаслышке об образе жизни бомжей, Андрей подавил в себе гордыню и решил, что теплотрассы и подвалы всё же менее предпочтительны чердаков.

Приняв решение и отправившись на поиски подходящего дома, Андрей не учел одного важного обстоятельства: большинство подъездов давно были оборудованы домофонами и кодовыми замками на входных дверях, а доступ к чердачным и подвальным помещениям для посторонних лиц был закрыт. Вскоре он убедился в этом, безуспешно пытаясь проникнуть за двери нескольких подъездов длинной многоэтажки, не желавших открываться перед ним. В соседних домах его так же ожидало разочарование. Присев на лавочку возле одного из них, он в растерянности стал озираться вокруг, не зная, что предпринять.

В окнах уже зажглись огни, надвигалась ночь, и перспектива провести её под открытым небом становилась реальной, хотя и нерадостной. К тому же, голод и жажда всё сильнее напоминали о себе противным урчанием в желудке и пересохшими потрескавшимися губами. С самого утра кроме скудного завтрака в изоляторе он ничего не ел и не пил, а злоключения отняли столько физической и эмоциональной энергии, что Андрей съел бы сейчас и дохлую кошку. Чтобы как–то отвлечься от становящихся навязчивыми мыслей о еде, он достал свою заначку и закурил. Во дворе, похожем на все другие, было ещё довольно людно. В основном, здесь тусовались подростки лет тринадцати–пятнадцати, а старшее поколение занималось своими делами, спеша сделать последние покупки в ближайших магазинах или, отправляясь развлекаться в ночные заведения.

Внимание Андрея привлекли трое пацанов возле соседнего подъезда. Они о чём–то болтали, и время от времени до его слуха доносился их хрипловатый смех. Было ясно, что ребята просто убивали время. Все трое курили и пили пиво из банок, отчего ему стало просто нестерпимо. Андрей хотел, было стрельнуть у них хотя бы сигарету, но тут к крыльцу подошла пышнотелая дама с огромным бюстом, подозрительно скосившая на него свой взгляд и что–то прошипевшая презрительно у самой двери. «Мадам Грицацуева» набрала на кнопках панели номер квартиры и, когда ей ответили, нежно проворковала: «Милый, это я». Потом она дождалась, когда замок разблокируется, и вошла в подъезд, сразу же прикрыв за собой дверь. Эта обыденная сценка, тысячи раз сыгранная им самим, натолкнула Андрея на интересную мысль. Оглядевшись и не заметив поблизости никого, кого бы смогли привлечь его манипуляции, он подошел к двери и набрал наугад номер одной из квартир. Ему не ответили, и он набрал другой номер. Наконец, Андрей услышал из щелей динамика вопрос молодой девушки: «Кто там?».

–– Я, – ответил Андрей, стараясь придать своему голосу нейтральный, но уверенный, тон.

–– Ты, папа? – Снова спросила девушка.

–– Да, – всё так же односложно ответил он.

Андрей не очень–то рассчитывал, что его маленькая хитрость сразу же удастся, но дверь всё же открылась, и он поспешил проскользнуть внутрь.

Подниматься пешком на девятый этаж не было сил, да и ушибленное колено болело всё сильнее, а нога плохо сгибалась, когда Андрей преодолел несколько ступенек к площадке первого этажа. Вызвав лифт, он с опаской покосился на двери квартир. Разумом он понимал, что ожидать неприятностей со стороны жильцов подъезда нет никаких оснований, ведь всем, в принципе, глубоко наплевать на всё, пока нечто неприятное не коснётся лично их, но страх всё ещё держал его в своих крепких объятиях. Когда створки лифта лязгнули за его спиной, и кабина заскользила вверх, Андрей, помимо своей воли, испытывал дискомфорт и напряжение, которые не исчезли даже тогда, когда он оказался на верхней площадке, встретившей его мирной тишиной. Лишь едва слышно доносилась музыка из–за одной из стальных дверей, да где–то ниже грохнула крышка люка мусоропровода, отчего сердце на секунду сжалось в комок. Более мерзостного состояния панического страха Андрей давно не испытывал. «Проклятые нервы! – Мысленно сказал он самому себе. – Совсем ни к чёрту! Надо взять себя в руки, иначе пропаду. Эх, до чего ты докатился, Андрюха…».

Вход на чердак он отыскал быстро. К обитой жестью двери вела стальная лестница за шахтой лифта. Осторожно поднявшись по ней, Андрей сначала разочарованно уставился на висящий замок, но, приглядевшись внимательнее, понял, что тот выполнял бутафорскую роль, поскольку дужка была просто вставлена в гнездо и едва держалась. Кто–то сбил замок, но придал видимость сохранения первоначальной функции. Интуитивно Андрей почувствовал в этом нечто нехорошее и угрожающее. Он не знал, кто и зачем приготовил этот лаз на чердак, но, видимо, никто из тех, кто должен был следить за нежилыми помещениями в доме, не проверял их давно. Ему было понятно и то, что сейчас чердак пуст. Немного поколебавшись, он снял замок и тихо открыл дверь.

В кромешной тьме Андрей вспомнил о спичках и зажёг одну, чтобы осмотреться. Слабый колышущийся свет огонька позволял разглядеть лишь небольшой пятачок пространства, совершенно пустого и грязного от многолетних залежей пыли. Под ногами что–то блеснуло. Андрей успел заметить, что это бутылка, и чертыхнулся, встряхнув обожжёнными пальцами. По–видимому, здесь вряд ли можно было сыскать более–менее сносное подобие ложа, и он уже пожалел, что забрался сюда, но выбирать ему не приходилось. Бормоча проклятья, Андрей осторожно двинулся вглубь чердачного помещения, освещая путь спичками. В каком–то закоулке возле кирпичной стены лифтовой шахты он заметил валявшиеся ящики и дверное полотно, прислонённое к стене. Вокруг валялись порожние бутылки, банки и прочий мусор, что красноречиво говорило о посещении этого несимпатичного места людьми. Возможно, он вторгся на чужую территорию, но теперь никто не мог заставить его уйти отсюда. И всё же, Андрей внутренним чутьём догадался, что лучше не занимать чужое место, ведь хозяин или хозяева этой лежанки могли прийти сюда и заявить на неё свои права, а конфликтовать с кем бы то ни было, ему очень не хотелось. Подобрав с бетонного пола пару довольно широких досок, он устроил подобие ложа у противоположной стены и, аккуратно свернув пиджак под голову, улегся спать.

«Боже, помоги мне!» – Глубоко вздохнув, подумал Андрей, распахнув двери зала и решительно шагнув навстречу всё еще продолжающейся вечеринки, встретившей его непринужденной атмосферой веселья и человеческого общения. Хотя число приглашённых значительно поредело, в зале всё еще оставалось немало людей, кто никуда не спешил и предавался приятному времяпрепровождению, танцуя под музыку оркестра, дегустируя блюда и напитки и просто увлечённо беседуя с новыми и старыми знакомыми и приятелями, которые собрались здесь по случаю презентации.

Андрей нацепил на себя маску гостеприимного хозяина, но смятение и волнение явно пробивалось сквозь его фальшивую улыбку, застывшую на лице гримасой клоуна. Его буквально трясло от напряжения, и ему не хватало душевных сил и хладнокровия выглядеть непринуждённым и беззаботным. Пробираясь через зал и отвечая невпопад гостям, он подошёл к столу и залпом осушил бокал вина, затем второй, третий, но алкоголь не помогал избавиться ни на секунду от нарастающего ощущения близости апокалипсиса.

Андрей поискал глазами Ирину, однако супруги в зале не было видно. Не заметил он и Игоря. «Он что же, всё ещё на переговорах? – подумал Макаров о своем партнёре. – Боже, что же я скажу ему?! А, может, ничего не надо говорить? Я отвёз Эллу домой и сразу вернулся… Нет, ещё заехал к себе, чтобы переодеться. Зачем?.. Ну, её могло стошнить в машине, вот и… Чушь! Всё равно мне никто не поверит. Чёрт возьми, я же – последний, кто видел её живой! Что же мне делать? Что?! Не знаю. Главное – не впадать в панику, иначе – конец. Это могло случиться и после моего отъезда. Ведь могло же?.. Могло, но.… О, чёрт! Не то, всё не то, не о том думаю… ».

Его панические размышления прервало внезапное появление Ирины. Она тихо подошла к нему сзади и мягко проворковала:

–– Андрей, ты уже вернулся?

Он вздрогнул и резко обернулся, на мгновение, потеряв дар речи. На лице Ирины промелькнуло удивление и что–то ещё, чего Андрей не успел осознать, словно она не ожидала увидеть его снова.

–– Всё в порядке? – Снова спросила жена, с недоумением и подозрительностью во взгляде разглядывая его.

–– Да, – бесцветно выдавил из себя Андрей.

–– А почему ты переоделся в другой костюм? Ты что, заезжал домой?

–– Да, – всё так же односложно ответил он.

–– Зачем?

– Потому что испачкался. Послушай, ты Игоря не видела?

–– Да где–то здесь… Что с тобой, Андрей? Ты какой–то сам не свой…

Как там Элла?

–– А что Элла? Нормально… Я отвёз её домой, дал лекарства, и она заснула. Сказала, что стало лучше, и я могу её оставить.

–– Правда?

–– Чёрт возьми, что ты от меня ещё хочешь?! Я и так сделал то, что должен был сделать её муж.