Чтение онлайн

«Здравствуй, параноик, — писал Осьминог. — Надеюсь, человек, передавший тебе это письмо, ещё жив, потому что этот человек — и я действительно в это верю — тот, кто положит конец той войне, о которой ты говорил. Мы с Кролем имеем с ним дело уже давно, и я знаю, о чём говорю, я верю в свои слова и надеюсь, что ты тоже поверишь. Ты меня знаешь, я не тот, кого легко обмануть.

Сейчас в руках этого человека большие силы, которые он собирается направить в первую очередь на уничтожение Кровавой Короны. Полагаю, в этом ваши интересы сходятся. Ему нужна ваша помощь, и я решил выступить гарантом его надёжности. Да, он кажется чудаком, да, порой звучит так, будто читает свои слова по книжке, но я прошу тебя, Чтец, выслушай его. Дай ему шанс показать серьёзность своих намерений и, уверяю, ты об этом не пожалеешь.

Кролик шлёт привет, хоть и весьма неохотно. Он всё ещё злится на тебя за работу, которую ты на него повесил в прошлый раз. Надеется, что делать это снова ему не придётся, а ты держишься на безопасном расстоянии от всего, что взрывается и горит».

Макс опустил письмо. Оно было настоящим. Осьминог был настоящим. Должно быть, дело явившегося перед ними человека тоже было настоящим — Осьминог в самом деле никогда не слыл человеком, которого легко обмануть. Если ради этого чудаковатого повязанного эти двое закрыли Порисульки, его дело несомненно чего-то стоило, и всё-таки непонятная тревога крепчала, вынуждая Чтеца оставаться на месте. Что-то в голосе незнакомца и его манере говорить щекотало глубины памяти Макса, казалось неуловимо знакомым и запредельно далёким.

— Ну что, заинтересованы ли вы двое в продолжении нашей беседы? — спросил тем временем чужак, и Миша, на мгновение повернувшись в сторону Макса, кивнул.

— Я не против выслушать вас в более спокойной обстановке.

— Покажите лицо, — вместо ответа потребовал Макс.

— Я непременно сделаю это, но…

— Снимите маску, и я буду готов серьёзно подумать над вашим предложением. В противном случае я ухожу немедленно.

— Что же, — незнакомец вздохнул, — пусть будет так.

Он аккуратно снял маску и направил на Макса вопросительный и немного укоризненный взгляд. Серые глаза, морщинки, разбегающиеся от их внешних углов, густые брови, горбатый нос, тонкие мягко улыбающиеся губы. Чувствуя, что едва может дышать, Чтец шагнул вперёд и пошатнулся. Ноги не слушали его, руки дрожали, а сердце колотилось, как сумасшедшее. Судорожным движение руки опустив платок на шею, он скинул капюшон.

— Вы меня узнаёте?

Глаза сощурились. Серые, такие знакомые, такие родные, быть может, самые родные здесь, по эту сторону Разлома. Годы оставили на нём отпечаток, и всё же Макс был уверен, что не ошибся.

— Боюсь, я… — осторожно начал отвечать мужчина, а Чтец сделал ещё один шаг вперёд и, чувствуя, как срывается его голос, спросил:

— Вы помните моего дядю, Александр? А отца?

Он отшатнулся и несколько долгих секунд вглядывался в лицо того, кого в последний раз видел ещё ребёнком. Шок на лице пришельца из прошлого сменился удивлением, а затем и радостью.

— Не может быть! — Его голос дрогнул. — Быть того не может, Максим, неужели это в самом деле ты?

Александр — выходец из детских воспоминаний, призрак из дядиной гостиной, человек, считавшийся Максу крёстным отцом — шагнул вперёд, на мгновение широко распахнув объятия, но, словно бы спохватившись, ограничился протянутой рукой, которую Чтец крепко пожал.

— Я думал, вы не пережили Разлом, — признался он.

— Клянусь, я думал так же про тебя! — Серые глаза блеснули выступившими было слезами, но Александр сдержался. — Каюсь, я поздно начал тебя искать, моя супруга погибла и… Это было непросто, но, когда я смог добраться до Москвы, тебя уже и след простыл.

— Дядя увёз меня за город ещё до Разлома, как только начались беспорядки. Мне казалось, вы должны были знать.

— У нас беспорядки начались раньше и куда сильнее, боюсь, когда твой дядя пытался связаться со мной, с моей стороны связь уже была разорвана.

— Вот как…

— Прости меня. — Александр медленно отступил на шаг. Он смотрел на Макса и улыбался. — Я не смог быть рядом в час, когда был так тебе нужен, из меня получился совсем никудышный крёстный, но ты только посмотри на себя, кем ты стал! Я потерял тихого, скромного, умного мальчика, а нашёл мастера своего дела, знаменитого охотника на вампиров, не побоюсь этого слова, героя!

— Не нужно меня перехваливать, я…

— Согласишься ли ты помочь мне, Максим? Не удивлюсь, если ты не захочешь иметь со мной дела, но…

— Не говорите ерунды, Александр. Я помогу.

Слова сорвались с языка раньше, чем Чтец успел как следует подумать, теперь же оставалось только отогнать запоздало подоспевшие сомнения. За этого человека ручался Осьминог, он пользовался доверием отца и дяди самого Макса. Макс вдруг поймал себя на том, что действительно поверил в предлагаемое дело, ещё до того, как услышал его детали.

Миша наблюдал за ними с улыбкой: он тоже снял маску.

— Вот и замечательно, — сказал Бессмертный. — Осталось решить последний вопрос.

И поднял в руке третье письмо.

Однажды, когда Макс в очередной раз спросил дядю о том, что случилось с его родителями, и в очередной раз услышал про автокатастрофу, дядя внезапно добавил:

— Мы до сих пор не знаем наверняка, был это несчастный случай или следствие той тяжести, которую несут большие деньги. Запомни, Максимка, если со мной что-то случится, держись Александра. Можешь верить ему, но никому — слышишь? — никому больше.

Впечатлённый этими словами, Макс часто думал о том, что может случиться с его незыблемым на вид дядей. Слово «автокатастрофа» снова и снова просыпалось в его памяти, но катастрофа пришла откуда не ждали, и семилетний Макс остался один.

Сейчас в свои двадцать четыре Чтец оказался на голову выше крёстного, но всё равно не мог избавиться от ощущения, будто бы смотрит на него снизу вверх. И в самом деле, чем больше Александр рассказывал о себе и своём деле, тем яснее Макс понимал: ни разу после Разлома он даже не слышал о людях подобных масштабов. Он привык к важным управителям крупных поселений и явно нездоровом головой монархе Кровавой Короны, но Александр…

Поверить в то, что начало Инквизиции положил именно он, почему-то получилось легко, как и в то, что сейчас совет этой организации полностью состоит из его доверенных людей. Понять, как именно работает сеть из прирученной нечисти, с помощью которой Александр получал припасы, защиту и сведения, оказалось сложнее, но недоверия это тоже не вызывало, ровно как и то, что своё карельское поместье этот человек превратил в оплот безопасности, штаб, где он жил вместе с семьёй и самыми важными для его дела людьми.

— В Серебряном Кресте у меня пятеро агентов, но с Кровавыми, вы, конечно, понимаете, гораздо сложнее. За эти годы мне повезло встретить кое-кого из тех, чья преданность их организации значительно истощилась, но… — Александр поморщился. — Я не могу быть уверенным в них, и всё же это значительно лучше, чем ничего.

В какой-то момент его речи Макс понял, что слушает крёстного, уже ни о чём не думая: мозг отказывался воспринимать объём вываливаемой на него информации. А тот всё вещал, закончив свой рассказ тем, что долгая подготовка наконец-то завершена. Пришла пора действовать, и для этого не хватало последней детали: молодого, известного и любимого народом охотника, который сможет стать лицом его авантюры.