За гранью
Шрифт:
– Я понимаю вашу озабоченность, ваше величество, - начала она, изо всех сил стараясь, чтобы голос ее не дрожал, - но я и вправду ничего не знаю о королях и их советах, так что лучше, наверное, если вы поищете себе другого...
Бореас оборвал ее нетерпеливым жестом.
– Все это не имеет значения. Для моих целей предпочтительнее, чтобы вы знали как можно меньше о политике и дворцовых интригах. Человеку со стороны картина всегда видится яснее, чем тому, кто всю жизнь варится в этом котле. Вдобавок, миледи, вам и вашему мнению я смогу доверять больше, чем самому верному из моих приближенных, а доверие в наши дни, согласитесь, роскошь редкостная и не всякому доступная.
– С этими словами он нагнулся и ласково потрепал загривок одного из мастифов.
Грейс в недоумении потрясла головой. Кажется, ее слова произвели на короля прямо противоположный ожидаемому эффект. Может, он ее неправильно понял? Придется попробовать еще разок. Усилием воли уняв дрожь в коленках, она сделала шаг к камину.
– Прошу прощения, ваше величество, но вы даже не знаете, кто я такая и откуда родом...
– Вот именно!
– воскликнул Бореас, прищелкнув от удовольствия пальцами.
Грейс беззвучно застонала. Все ее попытки пробиться сквозь стену, похоже, только еще больше увеличивали расположение к ней короля. Не пора ли остановиться, пока тот не предложил ей свой трон и корону в обмен на право остаться при ней в качестве придворного шута?
Бореас тем временем вновь принялся расхаживать по комнате, то похлопывая ладонью о ладонь, то сосредоточенно хмуря в раздумье косматые черные брови.
– Не в обиду будь сказано, миледи, - ухмыльнулся король, резко остановившись и повернувшись к Грейс, - но мне на самом деле глубоко плевать, откуда вы взялись. Более того, для моих намерений крайне существенно, чтобы никто, включая меня самого, не знал истинной правды о вашем происхождении и положении. Пусть все считают вас знатной дамой, путешествующей инкогнито по ей одной ведомой причине, тем паче что так оно и есть. Сомнений в вашем благородном происхождении возникнуть ни у кого не может, а ваши красота и обаяние в сочетании с редким для женщины умом привлекут к вам толпы поклонников. Но самое главное состоит в том, что загадочная иностранка с голубой кровью в жилах как нельзя лучше отвечает моим планам.
Он склонился над Грейс и окинул ее суровым взглядом.
– В доминионах наступают тяжелые времена, миледи. Жизненно важно, чтобы Совет Королей принял действительно необходимые решения, а не растратил весь пыл в мелких дрязгах и препирательствах. Мне необходимо знать о намерениях других властителей, дабы заранее подготовить контраргументы и вынудить Совет принять решительные меры. И вы, миледи, поможете мне заставить их поступить так, как должно!
Грейс совсем запуталась.
– Я ничего не понимаю, ваше величество!
– воскликнула она.
– Ну чем таким особенным может быть вам полезной никому не известная женщина из далекой страны? Да они со мной даже разговаривать не станут!
– Я вижу, вы и впрямь совсем не разбираетесь в придворных делах, снисходительно хмыкнул Бореас.
– Неужто в вашем Беккетте все по-другому?
– По-другому, ваше величество, - со вздохом подтвердила Грейс, не зная, смеяться ей или плакать.
– Что ж, тогда вам придется поверить мне на слово. В сущности, я не потребую от вас ничего невыполнимого. Все очень просто. Совет Королей откроется в первый день месяца вальдата. Уже скоро начнут приезжать посланцы королевских домов других доминионов, чтобы подготовить все необходимое к достойному пребыванию их сюзеренов в Кейлавере. С одним из таких посланцев, Даржем из Эмбара, вы уже знакомы. Это вам пригодится. Собственно, от вас требуется только вращаться в их обществе, выглядеть милой, вступать в разговоры, запоминать все, что получится запомнить, и добросовестно докладывать мне о том, что вы сочтете достойным моего внимания.
– Глаза короля потускнели.
– Смею ли я надеяться, что вы возьметесь за это, миледи?
Грейс решилась предпринять еще одну попытку воззвать к разуму Бореаса:
– Простите, ваше величество, но я просто не вижу, чем могу быть вам полезной.
– Вы уклоняетесь от ответа на мой вопрос, миледи!
– Король бросил на Грейс свирепый взгляд и приблизился к ней почти вплотную. Всего несколько дюймов отделяли ее лицо от искаженной гневом физиономии Бореаса, чья с трудом сдерживаемая ярость, казалось, накаляла и искажала атмосферу в комнате подобно знойному мареву.
– В последний раз спрашиваю: готовы ли вы, леди Грейс из Беккетта, оказать помощь нашей монаршей особе?!
Возмущение, досада, сомнения - все отошло на второй план, уступив место непритворному восхищению перед таким непреодолимым натиском. Грейс прекрасно сознавала, что ничего не смыслит в политике и не привыкла вращаться в светском обществе, но дальше возражать не посмела. Королям не принято говорить "нет", а те, кто об этом забывает, обычно плохо кончают. Она склонила голову и смиренно произнесла:
– Для меня большая честь исполнить любое повеление вашего величества.
Бореас удовлетворенно кивнул:
– Рад, что вы согласились, миледи. Вы мне так понравились, что я был бы крайне удручен необходимостью ввергнуть вас в темницу. В преддверии зимы крысы в подземельях замка становятся голодными и потому особенно злыми. Грейс выпучила глаза.
С лица Бореаса изгладились последние следы недовольства, в глазах заплясали веселые искорки. Он снова ухмыльнулся во весь рот, но в этот раз улыбка получилась почти человеческой. Грейс вспомнила советы Эйрин и запоздало сообразила, что король просто пошутил. Ничего себе шуточки! Права была баронесса, утверждая, что его величество склонен переоценивать собственное чувство юмора.
– Что, зацепило?
– торжествующе засмеялся Бореас.
– Зацепило, ваше величество, - переведя дух, призналась Грейс.
Король захлопал в ладоши, радуясь, как ребенок, удавшейся выходке.
– А теперь, - сказал он, - пора пригласить присоединиться к нам леди Эйрин. У меня для нее тоже имеется одно маленькое, но очень ответственное поручение.
– Если ваше величество пожелает, - предложила Грейс, стараясь не показаться излишне навязчивой, - я могла бы пойти поискать баронессу.
Глаза Бореаса засветились лукавством, голос понизился до шепота.
– Не стоит утруждаться, миледи, - сказал он и на цыпочках подкрался к двери; толстый ковер полностью заглушал топот тяжелых королевских сапог. Мне и без того отлично известно, где искать мою несносную воспитанницу. Встав сбоку, король резко рванул на себя дверную ручку. Чья-то фигура в синем, приглушенно ахнув, влетела в комнату.
– Приветствую тебя, Эйрин, произнес Бореас, скрестив руки на груди и сурово глядя на нее сверху вниз.
Бледная как мел баронесса машинально поправила свое сапфировое платье и выпрямилась.
– Клянусь, я не подслушивала, ваше величество!
– воскликнула она, избегая, однако, смотреть ему в глаза.
– Не лги, подслушивала! Эйрин запаниковала.
– Я же не нарочно! Ну да, я стояла у двери и кое-что случайно услышала. Но ни слова о том, что леди Грейс будет помогать вам в Сове... Она запнулась на полуслове и прикусила язык.
Бореас укоризненно покачал головой.
– Сдается мне, где-то я допустил большую промашку в твоем воспитании, Эйрин. Скажи, кто научил тебя так нагло врать?