Чтение онлайн

— Что меня удивляет, это то, что она не попросила меня отнести обратно эту «корону»!

— Она не посмела.

— Это говорит о том, что у нее есть немного совести. Мне было бы любопытно узнать, собирается ли она заплатить мне двести пятьдесят долларов, которые она мне еще должна.

— Можете быть уверены, что нет! — ответил Каллаган.— Вы получили двести пятьдесят долларов, дело закончено, я считаю, что все идет хорошо и что все должны быть довольны.

— Понятно!

Сирак опрокинул еще один стакан виски.

— Я надеюсь,— сказал он,— что история, которую вам рассказала Ирена, правдива?

— Что вы хотите этим сказать?

— Вчера вечером у вас было впечатление, что за всем этим стоит миссис Денис. Это по-прежнему ваше мнение?

— Что вы хотите, чтобы я знал? И к тому же, что это меняет?

— Ваше настроение со вчерашнего дня заметно изменилось,— огорченно заметил Сирак,— Я понял вас тогда, что у вас есть кое-какие намерения, реализовать которые мы должны были в содружестве, вы и я...— Совершенно точно,— ответил Каллаган,— Вчера я думал о многих вещах. Только вчера и сегодня — это две разные вещи. С другой стороны, намерение мисс Февели положить на место драгоценность заканчивает историю. Вы не согласны?

— Я на это надеюсь,— И в резким взмахом руки добавил: — Это так!

Каллаган взял свою шляпу.

— Вы правы! Надо примириться со случившимся, эта история никому ничего больше не принесет.

Уже держась за ручку двери, он обернулся и сказал с приятной улыбкой:

— И мне кажется, мой дорогой мистер Сирак, что у вас ничего не остается, чтобы заставить мисс Февели немного попеть!

— Это правда и очень жаль!

— Я не думаю, что это очень вас беспокоит!

— К чему это? Доброй ночи, мистер Каллаган.

— Доброй ночи, мистер Сирак!

Было десять часов тридцать минут. Каллаган и Николс сидели на высоких табуретках в баре Тритон-клуб, на Албемарль-стрит. Николс допил свой двойной пшеничный, поставил перед собой стакан и жестом попросил молодую черноволосую барменшу, стоящую за стойкой, вновь наполнить его.

— Эта история с Денис,— сказал он с мрачным видом,— угнетает меня своим ханжеством! Она ничего нам не принесла, она ничего не принесла Сираку...

— Прости! — перебил его Каллаган.— Он заработал двести пятьдесят долларов за эту историю.

Николс поднял плечи.

— Что это такое? Кость, которую нужно грызть, больше- ничего! Меня поражает, что такой тип, как он, легко примирился со всем этим.

— Что же он мог сделать иначе?

— Ясно!.. Он, вероятно, думает, что ты сядешь ему на шею, если он вздумает рассердиться! Забавная мысль, кстати. Потому что, в конце концов, эта история нас больше не интересует, она мертва!

— Мертва и похоронена,— добавил Каллаган.— Что ты предполагаешь делать в настоящее, время?

— Я? Ничего! Когда я отправлю в себя еще два или три двойных, я пойду домой и лягу спать. Я нуждаюсь в отдыхе.

— Ты подаешь мне хорошую мысль. Я увижу тебя завтра утром в бюро. Спокойной ночи, Уедмир!

Говоря это, Каллаган слез со своего насеста. Он вышел из бара, сделал несколько шагов по Албемарль-стрит, закурил сигарету, потом остановил такси.

— Палмер Кур, 17! —сказал он шоферу.

Было уже половина двенадцатого, когда Каллаган подъехал к дому миссис Денис. Хорошенькая горничная открыла ему дверь и была удивлена при виде его.

— Я знаю, что уже очень поздно,— сказал ей Каллаган,— но мне совершенно необходимо поговорить с миссис Денис... Скажите ей об этом, пожалуйста!

Он подождал немного в вестибюле, потом его проводили в комнату, в которой он уже был. Сидя за секретером, миссис Денис занималась корреспонденцией. Когда он вошёл„ она встала. На ней было красивое платье из черного бархата, и она с приятной улыбкой приветствовала детектива. Он понял, что она решила, что теперь с ним лучше быть в «дружбе».

— Я очень огорчен, дорогая миссис,—сказал он,— что мне пришлось побеспокоить вас так поздно, Мое единственное извинение в том, что я считал своим долгом сказать вам, что дама, выдававшая себя за вас, ваша сестра Ирена Февели, навестила меня сегодня в полдень и сообщила мне свое решение положить обратно «Пэрскую корону Денисов» в сейф Майфельд Плейс.

— Значит, мы можем, мистер Каллаган, считать это дело законченным. Как вы считаете?

— Может быть. Только меня интересуют некоторые обстоятельства.

— Какие?

— Мне хотелось бы узнать немного больше из той истории, которую рассказала ваша сестра, когда выдавала себя за вас.

— Что же точно она вам сказала?

— Примерно следующее: что вы и мистер Денис никогда не жили как муж с женой, что вы его не любите, что шесть месяцев назад, решив покинуть его; вы сказали ему о разводе и что это ему не понравилось. Все это действительно так?

— Да, но я не понимаю, почему вас это должно интересовать? Особенно теперь?

— Почему «особенно теперь?».

— Мистер Каллаган,— пояснила она,— моя сестра, назвавшись мною по причине, которую она считала уважительной, отыскала вас, чтобы попросить вашей помощи в возвращении известной вам диадемы, Вы возвратили ей диадему и получили за это тысячу долларов. Дело, таким образом, закончилось, и разве вы считаете необходимым заниматься другим делом, то есть моей личной жизнью?

— Возможно,— ответил Каллаган,— Прежде всего я должен информировать вас, что не взял тысячу долларов. Я вернул деньги вашей сестре сегодня, днем.

Она с удивлением посмотрела на него.

— Вас это удивляет? — спросил он.-—Вы плохо себе представляете платного детектива, отказывающегося от вознаграждения?

— Я должна признаться, что не представляла себе вас, делающим что-то бесплатно.

Каллаган улыбнулся.

—- В основном вы правы, со мной это бывает очень редко!

— Тогда почему вы вернули деньги моей сестре?

— Это вам непонятно. Потому что платный детектив, такой, как я, не хочет иметь осложнения с полицией.