Чтение онлайн

Она села, а из-за стола встал хрупкий на вид молодой человек.

— Постановления Синода Духовного образования гласят, — начал он, чеканя каждое слово. — Учащиеся не должны опаздывать к началу занятий и пропускать занятия. Учащиеся должны чётко выполнять задания самостоятельных работ и в определённый срок сдавать работы. Синодом определена цветовая гамма одежды, для учащихся она обязательна. За нарушение одного из этих правил, Учащийся по рассмотрению причин нарушения может быть исключён из Синода или переведён в разряд неуспевающих.

И снова из-за стола поднялась Лига.

— Думаю, требуется от вас не так уж и много в вопросе дисциплины. А успеваемость будет зависеть только от вас. При Синоде три действующих библиотеки, их содержимое в ваших руках, — она сделала паузу, — Я прошу Учителей подойти и уточнить направление и время начала занятий.

Из-за стола вышел всё тот же хрупкий молодой человек. Он держал в руках свёрток бумаги, с которого зачитывал имена присутствующих. Я внимательно вслушивался, чтобы не пропустить своё имя. Учитель тоже внимательно следил за этой перекличкой.

— Патрик Белявский… — это имя повисло в воздухе, на миг всё стихло, и в наступившей тишине чётко прозвучало: — Николай Осеёв.

Я вздрогнул, услышав полное своё имя. Учитель, увлекая меня за собой, направился к столу, сказав мне на ходу:

— Ты должен ответить на все заданные тебе вопросы. Отвечай коротко и чётко. Скрывать что-либо ни к чему. Говори всё как есть.

И вот мы предстали перед членами Синода.

— Твоё имя Николай Осеёв? — спросила Лига.

— Да.

— Ты первый раз предстаёшь перед Синодом Духовного Образования?

— Да.

— Ты закончил работы на повинностях?

— …, - я не знал, как короче ответить, и тут вмешался Учитель:

— От выполнения повинностей освобождён!

На строгом лице Лиги появилось выражение удивления, но она продолжила:

— Ты решил проблему с постоянным жильём?

— Нет, мне надо построить дом.

— Ты уже выбрал место?

— Да.

— На какой планете?

— На планете Озёр.

И снова на лице Лиги брови поднялись вверх, изобразив удивление. Пока Лига задавала мне вопросы, я видел только её, не обращая внимания на двух мужчин. Один из них спросил:

— Какое твоё увлечение, связанное с искусством?

— Поэзия.

— Это было просто увлечением или пробовал писать стихотворения сам?

— Писал сам.

— Прочти что-нибудь из последних стихотворений.

Я на мгновение смутился. Я был поэтом — неудачником, а тут меня просили что-нибудь прочесть… Учитель стоял рядом со мной, он взял меня за руку, стиснул её и отпустил.

Неуверенно я начал читать:

Чем дальше я читал стихотворение, тем всё больше ко мне приходила уверенность. Мой голос звучал чисто и свободно разносился по залу. Я прочёл своё стихотворение и удивился его звучанию, в нём лилась тихая мелодия, которой я не замечал ранее. А в зале стояла тишина, словно все присутствующие всё ещё ловили звуки мелодии этого стиха.

— Открытый лирик, — заговорил второй мужчина, — в стихотворении нет чёткого ритма, но живёт душа. Своеобразно и красиво.

О! Для меня эти слова были ушатом холодной воды. Мои стихи назвали красивыми! Не ослышался ли я?

— Ты печатался в каких-нибудь изданиях?

— Нет.

— Были авторские издания?

— Нет.

— Что интересовало кроме поэзии?

— Музыка и театр.

— Какой музыкальный инструмент нравится более всего?

— Орган.

— А как обстоят дела с живописью?

— Когда учился в колледже, делал наброски, но краски в руках не держал.

Больше вопросов не было. И тогда снова заговорила Лига:

— Кроме обязательных дисциплин тебе, Николай, придётся заняться живописью и музыкой. Основной упор делай на поэзию. Это твоё призвание. Если будет желание, можешь посещать и театральное отделение.

— Занятия начнутся с началом цветения жимолости, — сказал один из мужчин.

— Всего доброго, Николай, и не опаздывай к началу занятий, — улыбнулась на прощание Лига.

Учитель слегка поклонился, я последовал его примеру, и мы молча вышли из зала. Спустившись по лестнице, прошли к выходу из здания. И вот мы во дворе.

— Николай, вот та жимолость, с началом цветения которой начнутся твои занятия, — сказал мне Учитель, указывая рукой на хрупкий кустарник с тёмно-зелёными продолговатыми листочками, — а теперь можно вернуться домой…

Удобно устроившись на крылечке дома, мы долго беседовали.

— Учитель, кто такая Лига?

— Лига — это пока единственная женщина, которая входит в состав представителей Синода Духовного Образования. Это очень умная женщина. Она будет преподавать философские учения.

— Учитель, как долго будет идти обучение в Синоде?

— Это зависит от тебя. Если кроме обязательного к изучению, ты будешь работать и самостоятельно, то быстро продвинешься вперёд. Будешь получать индивидуальные задания, а там, возможно, и до срока сдашь все дисциплины.

— А как же я смогу совместить учёбу и строительство дома?

— До начала занятия у тебя ещё много времени. А на возведение дома уйдёт несколько дней всего-то.

— Несколько дней?

— Конечно, ты что думаешь строить его целый год?

— Да нет, но всё же…

— Вот тебе и всё же… С рассветом отправимся на планету Озёр и займёмся твоим домом.

Мы обсуждали, что и как лучше сделать. Учитель сказал, что построить дом здесь проще, чем на Земле. Потому что основа дома возводится силою мысли, и лишь потом завершающий этап — отделка, занимает время. Обстановка в доме тоже возводится силою мысли, а детали доделываешь уже сам.

— Но, Учитель, я не умею строить дома!

— А одежду? Научился создавать? Вот и тут так же. Сейчас, прямо здесь, попробуй мысленно, как при работе с одеждой, создать маленький макет своего дома. Только сначала вообразив его основу — фундамент. Потом раздели контур дома на комнаты и затем возведи стены, а в довершение — водрузи крышу.

Я пытался, но у меня не всё ладилось. И лишь с шестой попытки я сделал то, что хотел. Оказалось, очень просто, надо только понять, каким именно образом это происходит. И вот макет дома был готов. Учитель похвалил меня, но очень пристально продолжал смотреть на моё сооружение и … вдруг … оно исчезло, распавшись на мелкие частички, словно облачко повисло в воздухе на секунду и развеялось. Я вопросительно смотрел на Учителя не зная, что и сказать, ведь я так старался …