Чтение онлайн

— Откуда ты знаешь мою тайну? — спросил домовой.

— Тайну? — переспросил его я.

— Да, ты сказал, что я стану сам собой. Ты знаешь, кем я был и кем стану?

— Нет, этого я не знаю. Но наказание даётся на определённый срок. Ты сам сказал, что наказан по праву бытия и никого в этом не винишь. Значит, ты был на другом уровне развития и в силу обстоятельств извержен на более низкий. А по истечении срока наказания ты вернёшься туда, откуда пришёл.

— По истечении срока… Я не додумался до этого сам! Ха-ха-ха! — он звонко рассмеялся и женщина уронила миску с кашей со стола, которая разлетелась, как назло, по всей комнате. Я видел это: домовенок ее подтолкнул, женщина запричитала, а, домовёнок хохотал: — Ха-ха-ха! Какой же я глупый. Ведь мой срок определён, и он рано или поздно кончится. Ха-ха-ха! Ты неплохой малый. Вот повеселил меня! Ха-ха-ха! Вот здорово! А я-то, глупый, и не знал…

Домовёнок выплясывал, отбивая чечётку босыми ножками по половицам пола, в такт прихлопывая в ладоши.

Я негромко спросил у него, боясь прервать веселье:

— Так я пойду? Ладно?

— Конечно, иди, ты меня развеселил! Мне теперь жить будет легче. Прощай…, - и он снова пустился в пляс.

— Прощай, Хозяин дома! — и я вышел на улицу. Солнце клонилось к горизонту, и сумрак спускался на землю. Долго же я находился в раздумье, если уж день клонится к закату. Да…

Внутренне содрогаясь, я усилием воли заставил себя вернуться на кладбище. Но я не стал подходить к своей могиле… Немного постоял, вслушиваясь в тишину. Казалось, ничто и негде не движется и не живёт. В другое время такая тишина могла бы привести в ужас, но сейчас она успокаивала меня. Я собрался с силами и оглянулся в последний раз туда, где лежало моё тело. Оно более не влекло меня, оно более не имело власти надо мной. Я освободился от гнёта! Я свободен… Я ощутил небывалую лёгкость в теле и стал свободно парить над землёй, радуясь этому полёту… Я подумал, что хочу вернуться домой, но прежде заглянуть к бабушке… Но внутренний голос одёрнул меня: «Не делай этого, навестишь после». Я повиновался этому зову и закрыл глаза…

Какое-то время я смотрел перед собой и не верил, что это — мой дом! Как он мне был дорог, и меня ничуть не страшила его пустота. Ведь в нём никого не было, жил здесь только я. Один… Но я в этот миг не ощущал одиночества, скорее, некое единение со всем этим миром, к которому я уже привык и в котором уже освоился, стал его частью. Впервые за последнее время я с лёгкостью вошёл в дом. Его обстановка действовала на меня утешающе, а не гнетуще, как раньше. Я был счастлив! Вновь я обрёл покой и равновесие души. Я испытал некую внутреннюю гармонию…

Чисто условно сам для себя, этим эпизодом я завершаю главу, считая, что в моей жизни был завершён один период, и я входил в новое состояние бытия.

После пережитого потрясения я долгое время находился в состоянии транса. Меня очень долго преследовали всякие кошмары. Я не мог ничего делать, потому что всё время находился в бреду… Не знаю, как бы я вышел сам из этого состояния, не будь рядом со мной Учителя. Он долго и терпеливо заботился обо мне. Когда я пришёл в нормальное состояние, первый вопрос, который я задал, был:

— Учитель?

— Да, это я, Николай.

— Где я? — снова спросил я, потому что, оглядываясь, не мог понять, где я нахожусь.

— Не волнуйся, ты дома, ты у себя дома.

Я закрыл глаза и через силу пытался вспомнить всё, что было со мной. Постепенно события выстраивались в определённом порядке. Повинуясь чувству логики, я менял местами всплывающие сюжеты, пока полностью всё не выстроилось упорядоченно. Почти всё время я чувствовал, что Учитель рядом со мной, он время от времени брал мою руку, как бы проверяя пульс. Когда все события моей жизни были восстановлены в памяти, обессилев, я заснул…

Проснувшись, я отчётливо всё вспомнил. Мне было хорошо, но я ощущал во всём теле слабость, из-за чего не мог встать с кровати. В доме было тихо. Я стал осматривать обстановку в комнате, здесь всё было мне знакомо и очень дорого. Во мне что-то изменилось, я явно ощущал в себе эту перемену: я более не хотел возвращаться в тот мир, откуда пришёл!

Вдруг мне показалось, что в доме кто-то есть, и я тихо позвал, зная наверняка, кто в доме:

— Учитель!

— Ты проснулся? — спросил он, входя в комнату.

— Да, давно уже.

— Что же ты сразу меня не позвал?

— Да я немного задумался…

— Что же интересного пришло тебе на ум?

— Я понял, что больше не хочу возвращаться на Землю.

— Это хорошо, Николай, значит ты полностью изменился и излечился от одолевавшего тебя пристрастия.

— Пристрастия? — переспросил его я.

— Да, стремление вернуть прошлое обличие, иначе сказать — стремление вновь войти в оставленное тело, это и есть пристрастие.

— Так вот что я не мог вспомнить…, - сказал я сам себе.

— О чём ты? — спросил меня Учитель.

— Да так, это уже не важно. Учитель, расскажи всё обо мне.

— Что именно ты хочешь знать?

— Как долго я здесь пролежал, и как ты попал ко мне?

— Здесь нечего особенно рассказывать. Ты знаешь о моей привязанности к тебе. Я чувствовал, что тебе плохо, поэтому пришёл в твой дом. Но тебя здесь не было. Я решил навестить Николоса. Он-то и рассказал мне о своих подозрениях относительно тебя. Я всё понял и вновь пришёл к тебе домой и стал ждать, пока ты вернёшься сюда.

— Мне кажется, когда я вернулся, в доме никого не было.

— Вот именно, что тебе кажется, — Учитель улыбался, глядя на меня, — хорошо, что всё уже позади.

— Ты что-то скрываешь от меня, Учитель?!

— Вовсе нет, просто ты немного нетерпелив… Ты вошёл в дом, и я, обрадовавшись, вышел тебя встречать. Но ты не замечал меня. Ты как-то странно смотрел, а потом вдруг упал. Я ринулся к тебе, осмотрев, понял, что ты без сознания. Я перенёс тебя на кровать…

Учитель замолчал.

— А что было после, Учитель?

— После? Тебе было плохо. Ты бредил, всё рвался куда-то, то пытался отгородиться от преследующих тебя видений. Постепенно тебе становилось легче. Помог и Николос.

— Он тоже был здесь? — удивился я.

— Да, и не только он…

— О чём ты, Учитель?

— …

— Ты не хочешь, чтобы я что-то знал?

— Да нет, не в этом дело… Какая разница, когда ты это узнаешь… и от кого… Наверное, будет лучше, если я расскажу тебе о происшедшем…

Некоторое время Учитель молчал, должно быть, обдумывал, как мне всё рассказать. Я ждал, пока он заговорит вновь.

— Николай, то, что я сейчас скажу тебе, очень важно. За время твоей болезни здесь было много разных людей.

— Учитель, я перебью тебя, ответь на один вопрос: как долго я был вне сознания?

— Почти полгода.

— Что?!

— Да, это так, не удивляйся. Поставить тебя на ноги помогли настои старца Николоса, да врачевание святого Пантелеймона. Не раз приходил и Oдин. Но всё это не так важно. Важно то, что ты мог перестать существовать вообще, как личность.