Чтение онлайн

– Собака.
– коротко ответил мужчина.

– Собака?

– Меня покусала собака.

– Позвольте, я посмотрю.
– сказала я взяв его руку и аккуратно разматывая место укуса. На коже виднелись небольшие следы.

– Знаете, это не критично. Зашивать точно не надо, а вот пару уколов от бешенства вам бы не помешало.
– улыбнулась я под маской, глядя прямо в глаза молодому мужчине, вернула руку на его колени, а после развернувшись направилась к столу.

– Маша?
– донесся голос за моей спиной.

– Мария Алексеевна.
– поправила я пациента, но никак не удивилась услышав свое имя, потому что на медицинском халате присутствовал бейдж с моим именем.

– Не узнала?

Я вновь обернулась в сторону собеседника. Передо мной стоял молодой мужчина, лет тридцати двух, но выглядел он намного моложе. Высокий, в черной футболке за которой виднелись сильные мускулистые руки и можно было догадаться, что тело подтянуто. Темные отросшие вопросы, лёгкая щетина и карие глаза.

– Саша.
– сказал мужчина.

– Саша?
– переспросила я пытаясь вспомнить где могла встретить этого человека. И неожиданно меня осенило. Несколько лет назад я познакомилась с одним Сашей на даче.

– Крот?
– удивленно спросила я, вспомнив позывной того Саши.

– Уже два года как не Крот.
– пожал плечами парень широко улыбаясь.
– я тебя сразу же по глазам узнал.

– А я тебя нет.
– улыбнулась я снимая маску с лица.

В тот день мы проговорили весь мой обед и договорились встретиться после работы в кафе. Вечером, Саша встретил меня с небольшим букетом белых роз, аромат которых еще долго разносился по моей квартиры. А ещё через три месяца, сразу после первого поцелуя на сеансе какого-то комедийного фильма, мы начали встречаться. Так было странно, взрослые люди, а вели себя как подростки.

Я совру, если скажу, что мне было все равно, что Саша это бывший друг Громова. Больше двух недель, я ходила сама не своя. Я не знала как поступить, потому что мне не хотелось возвращаться во все те воспоминания. Но я была благодарна Саше, что он никогда не спрашивал меня о случившемся и я точно знала, что никак не пересекусь со своим прошлым, так как парень давно работает в частной охранной компании.

С тех пор, как Громов кинул меня с запиской в руках, я оборвали все связи с его друзьями. В квартире я конечно же не осталась, забрала только Филиппа и уехала жить в общежитие, в котором то и делала, что ревела и пила успокоительные. А потом, чтобы не сойти с ума, полностью погрузилась в учебу и окончив универ с красным дипломом с гордостью отправилась в интернатуру. И я забыла. Забыла обо всем и о всех, кто как либо связывал меня с Громовым. Даже с Аней я перестала общаться. Как бы мне не хотелось это признавать, но наши пути разошлись. Она бросила мед, бросила Матвея из-за которого постоянно ругалась с родителями несколько месяцев подряд и насколько мне известно уехала в другую страну покорять мир дизайна и рекламы. И я ей гордилась, она наконец-то вырвалась с родительских цепей и стала жить свободно. Я же, все больше и больше путалась в сетях медицины, но мне это нравилось. Я игнорировала любые звонки и сообщения, особенно от Максима и его жены. Но однажды, они всё-таки приехали ко мне и тогда я видела их в последний раз.

Автобус, останавливаясь на моей остановке, вырвал меня из воспоминаний, напоминая о том, что надо поторопиться. На улице как раз закончился дождь, но остался прохладный ветерок, который заставил меня дрожать от холода из-за промокшей одежды. Забежав в подъезд, я быстро поднялась на третий этаж параллельно роясь в сумке в поисках ключей. Открыв дверь, зашла в квартиру и не успев ее захлопнуть начала раздеваться, так как от холода зубы начали дребезжать не попадая друг об друга. Под ногами тут же оказался пушистый комок шерсти, который своим влажным носом терся о мои ноги. Сняв всю одежду кроме белья, я взяла Филиппа на руки, прижалась к нему лбом и аккуратно стала гладить. Кот в благодарность мурлыкал и все также продолжал утыкаться в меня своим носом.

Не знаю как так произошло, но только Филипп был тем, кто связывал меня с прошлой жизнью и напоминал о ярких ее событиях. С Сашей я была толком не знакома, возможно поэтому спокойно впустила в свою жизнь, но его аллергия на кошачью шерсть портила все наши планы. Однако я бы никогда не смогла попрощаться с тем, из-за кого я так и не вернулась к Польке. Как бы это странно не звучало, но шесть лет назад, я осталась жива, только потому что никто не накормит кота кроме меня.

Каждый раз, когда я уходила на работу, в глубине души чувствовала себя виноватой, что оставляю Филиппа одного. Мне не хотелось, чтобы он чувствовал себя брошенным, одиноким. Конечно, понимаю, что это глупо, потому что животные живут инстинктами и им наплевать на то, что мы ощущаем, для них главное, чтобы в миске всегда была еда, вода и теплое место, где можно поспать. Однако я боялась, что если у него всё-таки есть чувства, то чтобы никогда не столкнулся с тем чувством одиночества и пустоты, что было у меня. Но сейчас все иначе. Я стала другая. Я перестала себя жалеть и стала много работать. Пустота давно заполнилась мыслями о пациентах и совершенствование себя.

Больница, в которой я работала, была самым обычным городским медицинским учреждением. Старые обшарпанные стены требующие ремонт, санитарки в застираных халатах и пациенты пожилого возраста, которых знаешь уже по именам, потому что они частые гости. Я их в этом не виню, старость - это синоним слова одиночества и чтобы хоть как-то заполнить пустоту им надо общение, а больница, это своего рода “социальная сеть”.

Сегодня я вновь была на приеме, что немного меня огорчало и угнетало, потому что мне всё-таки больше нравилось оперировать, чем общаться с пациентами. В ординаторской, я сняла кожаную куртку заменив ее на белый халат, завязала свои короткие волосы в небольшой хвост. На этом действие в помещении открылась дверь и внутрь вошла Ника, моя коллега и по совместительству близкая подруга, хоть мы и знакомы чуть больше года.

– Слышала новости?
– с предвкушением о предстоящей сплетни начала она.

– Какие именно?

– Танька, которая в регистратуре, беременная.

Ника подошла ближе и оперлась о железные шкафчики ожидая моей реакции, пока я пыталась аккуратно собрать свои вещи.

– М-м-м, ну и здорово.
– пробормотала я.

– Оно то и здорово, но беременная она от нашего завхоза.

– Семеныча?
– переспросила я взглянув на подругу, которая довольно кивала головой.
– Он же ее старше на двадцать лет.

– Видимо, Танька совсем отчаялась и пошла на рискованный шаг.

– Рановато она.
– пожала я плечами.
– всего тридцать лет.

– Знаешь, Маш.
– начала Ника.
– а что если я остаюсь и не найдя никого лучше кинусь на что попало в свои тридцать. Парни после тридцати становятся еще лучше, а вот девушки, как просроченный продукт. Если до тридцати не успеешь, то там и вовсе останешься одной, с кошками, либо будешь с тем, кто в возрасте твоего отца. Благо, что у меня есть Никита.

Подруга заметно изменилась в лице, стала более грустная и задумчивая. Для Ники тема отношений была одной из самых сложных и болезненных, поэтому, я ничего не нашла лучше, как подойти и просто обнять подругу.

– Вероника - начала я тихо взглянув на высокую, стройную, темноволосую девушку с карими глазами, которые вот-вот начнут слезиться.
– я готова бесконечное количество раз повторять то, что такую девушку как ты надо ещё поискать. Твой бывший муж, полный идиот, что кинул тебя с ребенком. Но ты большая счастливица, что именно такой человек как он, дал тебе шанс на счастливую жизнь без него. Ты просто обязана им воспользоваться!