Чтение онлайн

— Не глупи.

— Я… Я кину им гранаты. Пусть лучше наш в бою погибнет, чем останется у них в лапах…

Бычка утер свой сломанный нос, а потом решительно шагнул вперед, стараясь вырваться из моей хватки. Я ему не дал.

— Стой. Я сказал — без паники.

— Что-то надо сделать!

— Да. Но нельзя делать глупостей.

— И что? Что делать? — Он уставился на меня в совершенной растерянности.

Бычка сжал зубы так, что я слышал, как скрипнуло.

— Что делать?..

— Кричи… — снова раздался голос душмана.

Плюхин молчал.

— Не хочешь кричи? Тогда я тебе делать, чтобы ты кричи…

— М-м-м-м… Гхм-м-м-м… — держался Плюхин.

— С-с-с-сука… — выпалил Бычка, а потом схватил меня за руку. — Я пойду. Я пойду туда.

— Стой.

— Нет, пусти… Я пойду…

Бычка стал со мной бороться. Наша возня хоть и оставалась тихой, но становилась все громче. Еще секунду-другую, и враг нас услышит.

— Я пойду…

Бычка вцепился мне в кисть обеими руками. Я почувствовал его ногти на своей коже. Они больно в нее впились.

— Пусти… — Он посмотрел на меня исподлобья. — Пусти меня…

Я встряхнул Бычку. Мы уставились друг другу прямо в глаза. Секунды потекли так медленно, что казалось, мы провели тут, в этом подземелье, целую вечность.

— Хорошо, — сказал я тихо. — Если хочешь — можешь идти.

Я отпустил Бычку, и тот тут же схватился за пулемет. Глянул в сторону поворота туннеля и собрался уже было зашагать туда.

— Или ты можешь меня выслушать.

— Что? — осекся он. — Зачем?

— Хочешь получить героя посмертно, а заодно угробить меня и Плюхина? Иди. А если хочешь вытащить его — слушай сюда.

Бычка сглотнул. Дернулся, когда Плюхин снова застонал.

— Что… Что ты задумал? — решился он наконец.

Я в одиночку медленно пробирался по туннелю к повороту, за которым мы с Бычкой слышали стоны Плюхина.

Душманы продолжали его мучить, но боец сопротивлялся. От него хотели, чтобы он звал на помощь своих. Звал в смертельную ловушку.

Гнетущая тишина густела вокруг. Фонарь почти сел, и его слабый красный свет мелькал по стенам, полу и потолку, пока я продвигался вперед. Теперь я даже не собирался особо скрываться.

Я хотел, чтобы духи знали о моем приближении.

— Соблюдать тишину. Подходим, — сказал я ровным, спокойным голосом.

Сказал это так, чтобы слова мои не прозвучали нарочито громко, но и не стали слишком уж тихими. Чтобы духи могли уловить бормотание шурави за углом.

И судя по тому, что Плюхина перестал подначивать злой голос, они услышали.

Я шел у стены, но притопывал. Иной раз специально наступал в лужу или грязь. Тогда всплеск или хлюпание громко раздавались по всему сводчатому туннелю. Эхом отражались от его сырых стен и уносились куда-то вдаль, дальше по кяризу.

Автомат мой оставался наготове. Я стиснул его покрепче и снял с предохранителя. В кармане покоились две РГД-5 с давно вкрученными запалами.

— Он должен быть где-то здесь, — снова проговорил я, сделав голос немного грубоватым.

Потом прижался к стене у самого поворота. Прислушался. В темноте за ним нельзя было различить ни звука.

Душманы несомненно знали, что нас спустилось немного. Они полностью осознавали свое численное превосходство. А это значит — духи будут действовать самонадеянно и смело. А мне это и было надо.

Сейчас моя главная задача — пережить первый контакт. Сделать все правильно, чтобы выманить их. И я намеревался действовать с максимальной эффективностью. А еще быть готовым к непредвиденным ситуациям.

Когда я застыл примерно в полутора метрах от поворота и прижался к стене, именно такая непредвиденная ситуация и случилась.

— Мужики! Засада, мужики! Не ходите сюда тут… Агх… — Голос Плюхина разнесся по всему туннелю. Он вспыхнул, яркий, словно спичка в темноте, но столь же быстро затих, когда кто-то из врагов заставил солдата замолчать.

А потом понеслось.

Сначала хлопнуло. Краткий импульс света в этой темноте показался таким сильным, что в глазах заплясали отсветы. Это запал отстрелил предохранительную скобу, когда враг кинул мне под ноги гранату. Граната покатилась по сыроватому полу. Она зазвенела по редким камешкам, что залипли в глине.

«Граната» — тут же вспыхнуло у меня в сознании.

Тело сработало само. Мне не нужно было даже думать. Не нужно было принимать решение. Только делать и все. Ровно так, как было всегда. Как было в сотнях критических ситуаций до этого.

Я просто пнул гранату наугад и даже не увидел, куда она отлетела. А в следующее мгновение завалился назад, в грязь, прижался к стене животом, поджал ноги и втянул голову в плечи, прикрывая каской жизненно важные места на шее.

Едва я успел приоткрыть рот, чтобы уберечь уши от хлопка, как немедленно произошел взрыв. Звонкий, краткий, но громкий, он оставил за собой звон в голове.

А еще произошел не у меня под ногами, не в коридоре, как ожидал мой враг, а за углом.

Тут же послышались стоны и крики духов, которых посекло осколками. А потом они поперли.

Я среагировал быстро: тут же перевернулся на спину, вскинул автомат, а потом всадил в первого выскочившего ко мне человека три пули. В следующего — еще две.

Духи, одетые в белые длинные рубашки, казались в темноте тусклыми светлыми пятнами — призраками, блуждавшими по коридорам этого туннеля. И простых людей в них выдавало только то, что они очень легко гибли и падали на пол, словно мешки картошки.

Духи за поворотом закричали. Засуетились. Третий, который должен был следовать за двумя погибшими дружками, не стал высовываться. Вместо этого я увидел, как ствол автомата выглянул из-за угла.

Как ярко стали полыхать дульные вспышки, а звуки выстрелов оглушительно ударили по ушам в закрытом пространстве.

Он стрелял вслепую.

Пули ушли выше по коридору, стали хлопать в стены, рикошетить от сырых кирпичей.

Дух успел выстрелить три, максимум пять раз, прежде чем я заставил его скрыться за укрытием своим огнем.

Не прекращая ритмичной стрельбы одиночными, я вытянул из кармана две связанные РГД-5, с трудом, зубами, выдернул чеку с заблаговременно разжатыми усиками. А потом зашвырнул за угол.