Чтение онлайн

Главная заслуга в создании Советского Союза стала признаваться только за русским народом, который, как «старший брат и первый среди равных народов СССР» помог другим народам обрести свободу и равноправие, добиться «хозяйственного и культурного расцвета», «развития их государственности». Октябрьская революция была теперь подана как результат деятельности не только большевиков, но и прогрессивных лидеров дореволюционной России, победа в Гражданской войне и поступательное развитие Советского Союза в 1920–1930 гг. — как заслуга русского народа. Усиление русского национального фактора иногда проводилось за счет некоторого ущемления пропаганды национальных достижений других народов. В частности, в ноябре 1943 г. предложение Татарского обкома ВКП(б) о проведении в Москве литературных вечеров татарских писателей и артистов было признано «нецелесообразным»19.

Развитию русского национального фактора служило усиление пропаганды лучших страниц истории России, «великая правда» которой была «в каждом шаге по защите Родины». Была реабилитирована личность Ивана Грозного, деятельность которого, как отмечала пропаганда, была направлена на «усиление России». В 1943 г. был восстановлен памятник Д. Пожарскому в Суздале на месте его часовни — мавзолея, разрушенной в 1933 г. Высказывались предложения по расширению списка реабилитированных деятелей дореволюционной России, в частности включению в него князя Святослава, Владимира Мономаха, Ивана III, генерала М. Д. Скобелева. Были начаты научная разработка и издание документального наследия А. В. Суворова.

8 ноября 1943 г. был учрежден орден Славы, который официально рассматривался как преемник дореволюционного Георгиевского креста20. 3 марта 1944 г. были учреждены ордена и медали Ушакова и Нахимова. Об ордене Ушакова говорилось, что его «будут носить те, кто покажет себя достойными потомками адмирала, не знавшего поражений и прославившего своими победами родину и русский флот»21.

Согласно директиве Главного политуправления Красной Армии от 25 мая 1943 г., партийные и комсомольские организации на фронте усилили работу по патриотическому воспитанию воинов на основе героического прошлого русского народа. Для этого были изданы и направлены в войска брошюры и книги о Белинском, Чернышевском, Сеченове, Павлове, Пушкине, Толстом, Глинке, Чайковском, Репине, Сурикове и многих других великих представителях русского народа. В армии имела широкое распространение брошюра А. Фадеева «Великие русские писатели — пламенные патриоты Родины». В августе 1943 г. была издана книга «Героическое прошлое русского народа», в которой были собраны лекции о деятельности Александра Невского, Дмитрия Донского, Минина и Пожарского, Суворова, а также о Семилетней войне, Отечественной войне 1812 г., героической обороне Севастополя, Брусиловском прорыве 1916 г., борьбе с немецкими оккупантами в 1918 г.

Отдельным аспектом усиления национальнопатриотического фактора стали реформы, проведенные в армии осенью 1942 г. В октябре 1942 г. в Красной Армии и Военно — Морском Флоте был упразднен институт военных комиссаров. Комиссары были переведены на должности заместителей командиров рот и батарей по политической части. Институт военных комиссаров был введен в начале войны (16 июля 1941 г.), когда партийное руководство и контроль были установлены даже в окопах: военный комиссар, который нес «полную ответственность за выполнение воинской частью боевой задачи, за ее стойкость в бою», был обязан «своевременно сигнализировать о командирах и политработниках, недостойных звания командира и политработника»22.

Целью отмены института военных комиссаров официально было объявлено укрепление в командирах «чувства гордости защитника Родины», которых требовалось оградить от излишнего партийного контроля. Фактически советские вооруженные силы возвращались к традиционной для русской армии форме единоначалия. 24 мая 1943 г. был упразднен и институт заместителей командиров по политической части. 31 мая 1943 г. по сходным основаниям были ликвидированы политотделы в совхозах, на машинно — тракторных станциях, железнодорожном, морском и речном транспорте.

23 октября 1942 г. Политбюро ЦК ВКП(б) приняло решение о введении новых знаков различия в армии — погон (официально введены в январе— феврале 1943 г.). Была также принята новая форма одежды и головных уборов. С июля 1943 г. устанавливалось четкое деление военнослужащих на рядовой, сержантский, офицерский состав и генералитет. Введение нового образца униформы и иерархической структуры в армии и на флоте, фактически копировавших униформу и структуру дореволюционной русской армии, в центральной прессе объяснялось расплывчато («в связи с введением единоначалия», «для повышения авторитета командира»). Однако в армейских изданиях цель этой реформы была четко определена: «Надевая погоны, Красная Армия и Военно — Морской Флот тем самым подчеркивают, что они являются преемниками и продолжателями славных дел русской армии и флота»23. Таким образом, истинный смысл этих преобразований заключался в планомерном возвращении к традициям великодержавия. В сентябре — октябре 1943 г. новая униформа была введена также для железнодорожников, юристов, работников дипломатической службы.

Реформы коснулись школьного образования. С 1 сентября 1943 г. была введена школьная форма и установлена система раздельного обучения мальчиков и девочек в школах, как это было до Октябрьской революции. В августе 1943 г. было принято решение о создании Суворовских военных училищ, в октябре 1943 г. — Нахимовских военно — морских училищ, которые имели своим прообразом дореволюционные кадетские училища. 21 июня 1944 г. были введены золотые и серебряные медали для выпускников школ.

В 1943–1944 гг. было отрегулировано в сторону уменьшения число размножившихся географических и иных названий по именам советских и партийных деятелей: было возвращено историческое название городу Ставрополь (носил название Ворошиловск), Орджоникидзевский край был переименован в Ставропольский, административный центр СОАССР г. Орджоникидзе — в Дзауджикау [1] , были возвращены исторические названия городам Серго Орджоникидзе и им. Кагановича в Ворошилов- градской и Сталинской областях, переименованы по «географическому принципу» железные дороги им. Берия, Ворошилова, Молотова, Кагановича,

Дзержинского и Ленинская. С 13 января 1944 г. были восстановлены исторические наименования 20 улиц, проспектов, набережных и площадей Ленинграда, в том числе Невского проспекта, Дворцовой площади и Дворцовой набережной. Характерно, что переименование географических названий не прошло незамеченным среди населения24, порой воспринимаясь как настоящая «топонимическая контрреволюция».

25–летие советской власти в ноябре 1942 г. советской пропагандой было обозначено как новая веха в национальной политике. Отмечалось, что, во — первых, к этому времени в СССР были «ликвидированы отсталость и все национальные, экономические и политические противоречия между нациями», во — вторых, Советский Союз превратился в «государство, в котором господствует полная гармония национальных интересов», в — третьих, в стране сложились нации нового типа, «впервые осуществляющие внутри себя подлинное национальное единство, нации, устанавливающие между собой подлинно братские отношения». При этом в пропаганде дружбы народов роли русского народа было отдано первенство по сравнению с ролью партии25.

Одной из новых технологий пропаганды стало сращивание понятий «русский патриотизм» и «советский патриотизм». Все воины Красной Армии, независимо от их национальности, были призваны испытывать «чувство русской национальной гордости, чувство пламенного советского патриотизма». Пропаганда делала упор на том, что на борьбу с гитлеровцами «поднялись все народы» страны, отстаивая «свободу, независимость и право для себя и всей семьи народов нашего Союза». Указывалось, что, хотя «история России знает немало примеров патриотизма», она «еще не знала такого массового героизма, такого единодушия всех народов Советского Союза». Особенно активно шла пропаганда дружбы народов в действующей армии как воплощения «братской семьи народов Советского Союза». Доказательством тому служили публиковавшиеся данные о национальном составе награжденных воинов. Списки включали представителей 200 национальностей, с известной диспропорцией в пользу представителей русского народа26. В директивах о военно — политиче- ской подготовке командного состава указывалось, что «морально — политическое единство советского народа, дружба народов СССР и советский патриотизм — важнейшие факторы военной мощи СССР»27.

В то же время, хотя пропаганда утверждала, что «общая беда привела великую семью народов Советского Союза» не к раздорам, а к сплочению, к началу второго периода войны партийно — политические органы вынуждены были отметить, что в 1941–1942 гг. работа по укреплению дружбы народов в армии «была поставлена плохо», произошло немало «чрезвычайных происшествий» на почве национальной розни28. В июне 1942 г. Управление пропаганды и агитации ЦК ВКП(б) издало докладную записку «О недостатках партийно — политической работы в Красной Армии», в которой старое руководство ГлавПУРа (Л. З. Мехлис) обвинялось в том, что им «недостаточно уделялось внимания воспитательной и агитационно — пропагандистской работе в тех частях, где имеется значительное число бойцов из национальных республик».

Л. З. Мехлис, начальник Главного политуправления Красной Армии

(1941–1942)

17 сентября 1942 г.Главное политуправление Красной Армии издало директиву «О воспитательной работе с красноармейцами и младшими командирами нерусской национальности». К воинским подразделениям были прикомандированы агитаторы, владеющие национальными языками, была осуществлена массовым тиражом публикация политической и художественной литературы на национальных языках. В 1942–1943 гг. в действующей армии издавались 50 газет на национальных языках. Воины русской национальности постоянно призывались «крепить дружбу с красноармейцами нерусской национальности»29.