Чтение онлайн

Кристина отрицательно покачала головой, изо всех сил пытаясь изобразить, что тоже глубоко раздумывает. Присутствовавший при описанной выше беседе сам Карпинский сидел с отрешенным видом, однако благожелательно улыбался.

Продолжением этой научной дискуссии явился разговор уже дома, с участием Эльжбеты.

— Не знаешь, амнезия заразна? — спросила девушка Кристину. — Как мы могли о таком забыть? Ведь обе же слышали.

— О! Ты тоже!

— Ну да! Не придала значения, тут же вылетело из головы, потому что отец принялся зайчиков считать. А ведь Хлюп сказал что-то вроде «все в безопасности». Тогда я и внимания не обратила на эти слова, а вот теперь думаю — не просто так сказал.

— Точно.

— Теперь я уверена — отец схватил портфель и помчался к Хлюпу. И скоро вернулся. Наверняка отдал другу на хранение! Портфель в доме Хлюпа, оттуда его и заберем!

— Как ты себе это представляешь? — возразила Кристина. — Знаешь же Хлюпиху...

— Подумать надо.

— А я Хлюповой не знаю, — подключился к разговору Хенрик. — Мы собирались нанести ей визит. И еще я помню — она Крысю не любит.

— Она никого не любит, но пойти к ней придется.

— И меня не любит? — удивился Карпинский.

— Тебя она всегда считала недоразвитым придурком, — безжалостно резанула правду-матку в глаза Кристина. — Должность у тебя маленькая, сам жить не умеешь и другим не помогаешь, никакой пользы от тебя.

— Это она так думает? — не поверил Хенрик. — А ты откуда знаешь?

— Так ты же сам мне говорил. До того. А узнал от Хлюпа. Вы с ним ничего не скрывали друг от друга, а от супруги ему приходилось скрывать встречи с тобой. И ты звонил ему под именем несуществующего Яцека, если к телефону подходила Хлюпиха.

— Сложно все это, но раз мы так с Хлюпом дружили, я мог отдать ему деньги. Не уверен, что отдал, но мог.

Эльжбета пыталась, прихлебывая чай, рассуждать логично:

— Времени у отца было в обрез. Клепа свалился нам как снег на голову. На следующий день вы с отцом разъезжались в разные стороны, оставался всего один вечер. Портфель тяжеленный, мужчина, правда, поднимет, но далеко не унесет...

— До машины дотащит, — подхватила Кристина. — А я вспоминаю, твой отец в тот вечер куда-то ездил...

— Наверняка к Хлюпу!

— Да мог поехать в любое другое место.

— И чего ты так за эти места ухватилась? Сама же первая заговорила о Хлюпе, все логично.

— И я считаю — логично, но как подумаю о Хлюпихе...

— Думаешь, Хлюпова тоже знает о деньгах? — спросил Карпинский, наливая себе еще один стакан чая. — Какая красивая штука! — добавил он, снова водружая на чайник стеганый капор из китайской ткани.

— О боже! Сам же привез его из Дании.

— Значит, соображал. Так вот, что касается Хлюповой. Мне кажется, что она не была допущена к тайне. Это я суммирую сведения о наших взаимоотношениях с Хлюпом, от вас же полученные.

— Правильно суммируешь, — похвалила мужа Кристина. — Наверняка вредную бабу не допустили к мужской тайне. И если ты действительно отдал портфель Северину на сохранение, а в этом я почти не сомневаюсь, то так же верно и то, что Северин жене об этом не сообщил. И даже постарался скрыть от нее.

— Выходит, она не знает, — заключил Хенрик. — Баба, как ты утверждаешь, вредная. Судя по всему, нам не поможет?

— «Поможет»! — фыркнула Кристина. — Да она все сделает, чтобы помешать! Уж и ума не приложу, как быть.

— Тадик! — сказала Эльжбета.

— При чем тут Тадик?

— Если ему сказать... Он ведь с Хлюпихой на ножах. Может, станет нашим союзником?

— Нужно очень хорошо все обдумать, прежде чем на что-то решиться, — рассудил Карпинский. — Не можем же мы отправиться к человеку и утверждать, что у него имеется нечто, если этого у человека не имеется...

— Что-что, а характер у отца остался прежним, — проворчала Эльжбета. — Вечно рассусоливает и колеблется, а уж решительным и энергичным его никак не назовешь. Вряд ли предложит нам что путное. Поэтому считаю, что нужно рассказать обо всем Тадику, он вхож в дом Хлюпов, пусть проверит, не лежит ли где у них портфель с золотом и долларами или еще с чем. Я просто уверена — лежит. И в том, что Тадик — человек порядочный, тоже не сомневаюсь.

— Ты же его совсем не знаешь.

— Ну и пусть, все равно ни капельки не сомневаюсь. И еще — в гости к Хлюпихе надо пойти обязательно.

В гости решили отправиться втроем: Карпинский, Эльжбета и жулик Клепа. Тот звонил чуть ли не ежедневно и радостно поддержал проект, благодаря которому мог пожить у бывшего родича хотя бы два денька. Кристину решили не брать. А с Тадиком разработали такой план: он самостоятельно прибудет в дом Хлюпа вскоре после прихода туда Карпинских.

Поджидая Клепу, Карпинские спешно разрабатывали детали операции. До сих пор никому из них не приходилось наносить соболезнующие визиты. Наверняка мужчины в черных костюмах, это ясно, Эльжбете Кристина даст свое черное платье. А что еще? Если просто идут в гости — приносят торт, коробку шоколада, даже бутылку хорошего вина, а в этом случае? Не идти же с венком на могилку. А цветы?

И еще проблема — надо ли предупредить о визите хозяйку дома? Напроситься.., невежливо. А вдруг откажется принять? Брать внезапностью? Тоже как-то.., неловко.

— Я бы не стала предупреждать, — говорила Эльжбета, подняв сиденье дивана и пряча туда от Клепы геологическую коллекцию отца.

— Лучше все-таки явиться неожиданно. Разумеется, предварительно убедившись, что хозяйка дома. Чтобы не получилось по-глупому: мы приходим, а хозяйка отправляется на работу. Пусть лучше Клепа на денек у нас задержится.

— Ты уверена, что Клепа не найдет камни в диване? — усомнилась Кристина.

Захлопнув диван, Эльжбета уселась сверху и даже попрыгала, придавливая.

— Когда речь идет о Клепе, никогда ни в чем нельзя быть уверенной. Один раз я застукала его за тем, как он пытался поднять диван, да у него не получилось. Если как следует придавить... Ладно, времени у нас в обрез. Быстренько прячь что успеешь, Клепа вот-вот прибудет, а я отправляюсь к мегере, попробую последить за ней. Какое счастье, что у меня каникулы!

Вскоре Эльжбета вернулась с сообщением: мегера только что пришла с работы, вряд ли сегодня опять уйдет. Разведданные мобилизовали семейство: Карпинский и Клепа в черных костюмах настраивались на похоронный лад, Эльжбета переодевалась в Кристинино платье, Кристина пыталась приладить его по фигуре девушки. Тадик сидел у телефона. Через час все были готовы. И букет уже купили, это были белые каллы, перевязанные фиолетовой лентой.