Чтение онлайн

– Эти ваши ученые, наверное, тоже глупые, - сказал он. Но потом смилостивился и примирительно добавил: - А может, им попадались такие книги, которых никто не может прочесть. Разве что Древние, если это их заинтересует.

– А у тебя есть такие, Вэн?
– спросила Ларви.

– Меня они никогда не интересовали, - снова начиная нервничать, ответил мальчик.
– Но если вы мне не верите...
– Вэн порылся в груде книг, показывая всем своим видом, что они понапрасну тратят время - все книги он давно уже проверил и нашел их неинтересными. Он достал одну книгу, поморщился и сказал: - Да. Я думаю, это тоже одна из бесполезных.

Как только Вэн сунул ее в тюльпан, появилась голограмма - яркая и ошеломляющая. Ее так же трудно было понять, как игру огней на панели корабля хичи. И даже еще труднее. Странные мерцающие линии свивались в немыслимые косицы, разделялись на разноцветные потоки и снова сплетались. Если это и была какая-нибудь инопланетная азбука, то она так же отличалась от западных алфавитов, как клинопись. А то и сильнее. Как известно, у всех земных языков есть что-то общее, и они всегда передаются письменностью на одной плоскости. Здесь же запись шла в трех измерениях. И параллельно слышался тонкий прерывистый звук, как телеметрия, который иногда по ошибке издает радио. В целом, все это крайне действовало на нервы.

– Мне кажется, вам это не нравится, - презрительно заметил Вэн.

– Выключи его, Вэн, - попросила Ларви и более энергично добавила: - Мы возьмем с собой как можно больше таких книг. Пол, сними рубашку. Нагрузи их сколько унесешь и отнеси в комнату Мертвецов. Кстати, и прихвати сломанную камеру, пусть биоанализатор проверит, можно ли сделать анализ крови хичи.

– А ты что будешь делать?
– спросил Пол. Он уже снял рубашку и начал наполнять ее блестящими "книгами".

– Мы скоро, - махнула рукой Ларви.
– Иди вперед, Пол. Вэн, ты можешь сказать, какие из книг тебя не интересовали?

– Конечно, могу, Ларви. Они гораздо древнее, иногда немного побиты. Их хорошо видно.

– Хорошо. Вы двое тоже снимайте верхнюю одежду и накладывайте. О скромности подумаем в другой раз, - сказала Ларви и сбросила свой комбинезон. Она осталась в лифчике и трусах и принялась завязывать узлы на рукавах и штанинах комбинезона.

Ларви решила, что сможет унести шестьдесят-семьдесят штук, а с помощью Джанин и Вэна они за раз утащат почти половину всей кучи. И этого хватит. Она приказала себе не жадничать. Книг много на Пищевой фабрике. Но, наверное, это те, что привозил Вэн.

– А на фабрике можно читать, Вэн?
– спросила Ларви.

– Конечно, - ответил мальчик и резонно добавил: - Иначе зачем бы я возил туда книги?
– Он раздраженно рылся в веерах, бормотал что-то под нос и бросал одну за другой "бесполезные" книги Джанин и Ларви.
– Мне холодно, вдруг пожаловался он.

– Нам всем холодно, - ответила Ларви.
– А тебе не мешало бы носить бюстгальтер, Джанин, - нахмурившись, сказала она сестре.

– Я не собиралась раздеваться, - с негодованием ответила Джанин.
– Вэн прав. Мне тоже холодно.

– Потерпите немного. Торопись, Вэн. И ты тоже, Джанни. Попробуем сами отбирать книги хичи.

Ее комбинезон был почти полон, и Вэн, хмурый, но величественный в набедренной повязке, принялся нагружать свой мешок. Ларви решила, что ее комбинезон выдержит еще несколько штук. У него была прочная подкладка. Хотя она уже была несказанно довольна. Пол унес не меньше тридцати-сорока вееров. Ее комбинезон вмещает не меньше семидесяти. И, во всяком случае, они всегда могут вернуться еще, если захотят.

И все же Ларви не учитывала, что они вернутся, и не собиралась оставлять что-то на потом. Она знала, что бы еще они ни сделали на Небе хичи, один бесценный факт уже установлен. Молитвенные веера - это книги! Знание этого - половина победы. Теперь ученые сумеют их прочитать. Если же не получится, на Пищевой фабрике есть аппараты для чтения. Достаточно развернуть один веер перед Верой, и она передаст изображение и звук на Землю. Может, им удастся даже размонтировать аппарат для чтения и привезти его с собой...

Теперь Ларви была уверена, что скоро они отправятся домой. Если не сумеют повернуть фабрику, бросят ее и улетят. И никто не станет их за это винить. Они и так сделали достаточно много. Если же нужно больше, пусть вслед за ними летят другие группы. А тем временем - тем временем!
– они привезут с собой такие богатые дары, каких не получало человечество с самого открытия Врат! Их наградят по достоинству, она в этом не сомневалась, у нее даже было честное слово Броудхеда.

Впервые со времени старта с Луны на химических ракетах Ларви подумала о себе не как о человеке, старающемся выиграть, а как о победителе. "А как счастлив будет отец!" - предвкушая триумфальное возвращение на Землю, подумала она.

– Хватит, - сказала Ларви младшей сестре, помогая удержать мешок с веерами.
– Понесли их прямо на корабль.

Джанин неуклюже прижала мешок к своей маленькой груди и свободной рукой подобрала еще несколько штук.

– Похоже, мы возвращаемся домой, - сказала она.

– Может быть, - многообещающе улыбнулась Ларви.
– Конечно, мы проведем совещание и решим... Вэн? В чем дело?

Мальчик стоял у двери, зажав под мышкой полную вееров рубашку. Он выглядел ошеломленным.

– Мы слишком долго здесь пробыли, - прошептал он, выглядывая в коридор.
– Там у фруктоягод Древние.

– О нет!
– воскликнула Ларви. Но это оказалось правдой. Ларви осторожно выглянула в коридор - они стояли там и разглядывали камеру, прикрепленную Полом к стене. На ее глазах один из них протянул руку и без всяких усилий сорвал камеру.
– Вэн?
– с отчаянием спросила Ларви.
– Здесь есть другой выход?

– Да, через золото, но...
– Ноздри его энергично раздувались.
– Я думаю, они есть и там. Я их чувствую, слышу!

И это тоже было правдой - Ларви слышала из-за угла коридора слабые щебечущие звуки.

– У нас нет выбора, - стараясь не паниковать, сказала она.
– На нашем пути их только трое. Захватим хичи врасплох и прорвемся. Пошли.

По-прежнему держа в руках мешок с веерами, она подбадривала остальных. Хичи, может быть, и сильны, но Вэн говорил, что они медлительны. И если повезет...

Но им не повезло. Когда они достигли расширения коридора, Ларви увидела, что хозяев станции больше трех, гораздо больше. Они стояли у входа в коридор и смотрели на непрошеных гостей.