За свободу Испании
Шрифт:
В бою с воздушным противником проявилось огневое мастерство чехословацкой зенитной батареи. Ее огонь препятствовал вражеской авиации наносить удары по батальонам 2-й испанской бригады. Батарея, управляемая твердой волей и умением лейтенанта Семенова, сбила семь бомбардировщиков «Капрони-1». Фашисты пытались разделаться с ней. Вражеские самолеты на бреющем полете поливали ее огнем, забрасывали мелкими фугасными бомбами, пытаясь заставить зенитчиков прекратить огонь. На батарее появились убитые и раненые. И тем не менее зенитчики продолжали вести огонь, Каждое орудие в своем секторе вело дуэльный бой прямой наводкой со штурмующими самолетами.
Поведение батарейцев в бою достойно восхищения. Только сплоченный боевой коллектив, сцементированный идеей солидарности, возглавляемый мужественными советскими добровольцами, способен на такие самоотверженные действия.
Спустя много лет, прошедших со времени боев с фашистами под Гвадалахарой, я не перестаю гордиться нашими советскими зенитчиками и замечательным боевым интернациональным коллективом нашей зенитной артгруппы.
Но не только добровольцы-зенитчики блестяще проявили себя под Гвадалахарой. Мне вспоминается героическое поведение в бою Александра Родимцева. Вижу его идущим в атаку с ручным пулеметом. Советский доброволец, герой-пулеметчик увлекает за собой республиканских пехотинцев, и там, где находится он, намечается успех. Он успевает помочь пулеметчикам 11-й интербригады в устранении задержек, заменяет убитого или раненого бойца — первого номера пулеметного расчета. Своими умелыми действиями, личной храбростью, советом и помощью офицерам интернациональных бригад Павлито завоевал непререкаемый авторитет среди бойцов и командиров республиканских войск. Таков был наш соотечественник Александр Ильич Родимцев, получивший за героизм и мужество, проявленные в Испании, свою первую Звезду Героя Советского Союза.
Нельзя было не восхищаться героизмом наших советских добровольцев-танкистов! Дмитрий Погодин, Александр Беляев — мои боевые друзья, с которыми свела военная судьба еще в боях на Хараме, здесь, под Гвадалахарой, во главе своих танковых рот смело и решительно врывались в боевые порядки италофашистов, находились там, где созревали критические ситуации. Они первыми атаковали врага, увлекая своим примером танковые интернациональные экипажи.
Командир взвода танкистов, смелый и решительный испанец Эрнесто Феррера, преследуя итальянские танки, проник на территорию, захваченную противником. Подошел со своим взводом к месту заправки двадцати танков противника. С расстояния прямого выстрела открыл огонь по ним. Машины горят, цистерна с бензином пылает, танкисты бегут в стороны. Танковый взвод Феррера продолжает продвигаться вперед и на своем пути уничтожает колонну грузовых автомашин, скопившуюся в узком месте у мостовой переправы, превращает их в огромный пылающий костер. Паника, поднявшаяся в тылу врага, вызвала растерянность фашистского командования. Умелыми действиями, огнем и маневром Феррера пробился на свою территорию.
В боях под Гвадалахарой отличилась 11-я интербригада под командованием смелого и мужественного немецкого коммуниста Ганса Кале. Батальоны ее вместе с приданной танковой ротой Дмитрия Погодина, в составе которой действовал взвод испанца Феррера, остановили на Французском шоссе превосходящие силы противника, ликвидируя угрозу его прорыва в тыл республиканских войск. Здесь боевой дерзостью отличалась испанская девушка — командир пулеметной роты Энкарнасион Луна. Она не давала возможности итальянцам подняться под огнем ее роты и перейти в наступление. На этом направлении они не продвинулись ни на шаг.
Остановимся на решающих днях сражения под Гвадалахарой. Начавшаяся ранним утром 14 марта атака республиканских войск развивалась с невиданным упорством. Италофашистская дивизия «Черное пламя» дрогнула и в панике, под ударами республиканской бомбардировочной авиации и танков начала отступление, теряя боеспособность. Испанская бригада Гонсало Пандо, преодолев сопротивление итальянской моторизованной дивизии, решительным броском овладела населенным пунктом Трихуэке. Туда выдвинулся передовой НП полевой и зенитной артиллерии. Разместились мы на коокольне католической церкви, откуда открывалась широкая панорама. К сожалению, объединенный орган управления здесь долго не просуществовал, оказался слишком заметной целью. В колокольню угодила фашистская бомба. Был убит помощник и боевой друг Николая Николаевича Воронова артиллерист полковник А. П. Фомин, а мы с Николаем Гурьевым отделались контузией.
Восемнадцатого марта республиканские войска перешли в решительное наступление, начавшееся массированным ударом республиканской авиации и огневым артиллерийским налетом. Части итальянской дивизии «Божья воля» не выдержали натиска, начали отход, вскоре превратившийся в паническое бегство. Корпус италофашистов, на который франкистское руководство возлагало столь большие надежды, был разгромлен. Значительная часть его личного состава была пленена. Республиканские войска захватили большое количество вооружения, боеприпасов, автотранспорта и интендантское имущество. Сражение под Гвадалахарой закончилось.
В кровопролитных боях зенитные батареи многократно меняли свои огневые позиции, чтобы не отстать от боевых порядков атакующих частей. Кроме того, зенитные батареи должны были создать у противника иллюзию того, что республиканцы располагают большим количеством зенитной артиллерии. Это стало известно из показаний пленных итальянцев. За время боевых действий под Гвадалахарой батареи интернациональной зенитной артгруппы сбили чертову дюжину бомбардировщиков и уничтожили десять италофашистских «ансальдо». Наше руководство высоко оценило боевые действия зенитчиков: лейтенанты Елкин, Семенов и желтяков получили внеочередные звания капитанов. Все добровольцы были представлены к государственным наградам.
Разгром италофашистского экспедиционного корпуса означал провал очередной попытки мятежников овладеть Мадридом. Враг просчитался, недооценив мужество, волю и героизм республиканских войск, одержавших победу значительно меньшими, чем у него, силами. Он недооценил и силу влияния на судьбу сражения Коммунистической партии Испании, силу международной солидарности его участников, оперативное искусство руководителей и их советников, обеспечивших победу над противником в ходе исторического сражения за Мадрид.
Потерпев неудачу в сражении под Гвадалахарой, фашистская авиация отказалась от дневных налетов на Мадрид и перешла к активным действиям ночью. Бомбардировщики противника в ночных условиях легко прорывались к центру Мадрида и сбрасывали свой смертоносный груз.
Истребительная авиация республиканцев без светового прожекторного обеспечения действовать ночью не могла, а малочисленная зенитная артиллерия своим заградительным огнем не успевала ставить перед самолетами противника огневые завесы. Самолеты фашистов действовали с разных направлений, обходя участки заградительного огня. Необходимо было принимать решительные меры к изменению обстановки по противовоздушной обороне Мадрида. И эти меры были предприняты.
Николай Никифорович Нагорный день и ночь находился в производственных мастерских Пятого Коммунистического полка и в других предприятиях, занятых изготовлением зенитных прожекторов. Он вел сложные и нелегкие переговоры с администрацией, и только поддержка рабочего класса Мадрида и его коммунистической партии обеспечили успех: в апреле мы получили 16 зенитных прожекторов, сформировали прожекторную роту, а Константин Валентионок начал обучение прожектористов на аэродроме Алкала-де-Эйнарес, тренируя их ночью по специально выделенным для этой цели самолетам.
За две недели ночных тренировок прожектористы научились ловить и сопровождать самолеты в луче. В последних числах апреля прожекторная рота скрытно заняла позиции вокруг Мадрида. Между взводами и с командиром роты установили телефонную связь. Как-то покажут себя прожектористы в первом ночном бою? Теперь все дело за ними.
...После полуночи 27 апреля дежурные разведчики — наблюдатели за воздушным противником на «Телефонике» доложили:
— Воздух! С запада группа бомбардировщиков противника!