За всю любовь
Шрифт:
Потом – снова музыка, розовые лепестки кружатся в воздухе. Никакого риса, решил Томмазо, – нечего разбрасываться, когда люди по всему миру голодают… жаль только, что эти лепестки обошлись ему в целое состояние!
Розовые облака, растворяющиеся в теплом сумеречном свете, а над ними – белый воздушный шар – сюрприз, который устроили ее друзья. Внезапно Карло стреляет в него из карабина, и с неба падает дождь из белых гвоздик и маленькие воздушные шарики в виде сердечек.
Прекрасный момент. Линда была тронута: она не ожидала ничего подобного от этих шалопаев. А они устроили такую красоту – настоящие друзья, хотя Линда совсем забыла о них в последнее время.
Фильм, между тем, продолжается, и теперь на экране – они с Томмазо, уезжающие в карете от башни в сопровождении кортежа гостей, чьи кареты запряжены гнедыми. Это сон наяву, сказка, где она чувствовала себя принцессой. И эти люди вдоль дороги, которые приветствовали их, и она отвечала, преисполненная счастьем и гордостью рядом со своим мужчиной. О большем и мечтать нельзя. Хотя, по правде говоря, был один момент, когда Линда почувствовала неловкость: из-за свадебного шествия встало полгорода, а 28-й трамвай и вовсе вышел из строя!
Линда проматывает дальше – и вот прием, самая веселая часть этого памятного дня. Они выбрали для своего мероприятия роскошное обрамление – хотя бы в этом Томмазо сначала посоветовался с ней, – Алфама, которую по такому случаю принарядили и украсили (это было не трудно, ведь мэр – друг Томмазо). Замок Святого Георгия подсвечен факелами и фонарями, а Лиссабон сверху – непередаваемое зрелище! Линда прекрасно помнит, как после двух часов светских бесед она страшно проголодалась, что даже в животе заурчало. Когда она все-таки сумела тайком пробраться к буфету, ей показалось, что она поела впервые за несколько дней.
Дальше было что-то невероятное. Чего только не вытворяли друзья – взять хотя бы шутку с тортом: даже теперь, пересматривая в который раз, Линда не может сдержаться и смеется. Безумно смешной момент. Она сквозь слезы смотрит, как Раффаеле и Валентина везут тележку с тортом, исполняя номер кабаре – и неожиданно роняют торт прямо перед столом молодоженов. Линду едва не хватил удар от отчаяния – потом она поняла, что торт фальшивый: снаружи – сливки, а внутри – поролон! А Томмазо, который, наверное, был трезвее ее, сразу все понял и ничуть не смутился. Он смеялся, как безумный, над ней и над этой шуткой.
Когда разрезали торт – на этот раз настоящий, – Линда едва не упала, обнимая Томмазо. Все гости это заметили – даже камера задержалась на ее друзьях, которые хихикали.
Но вершиной всеобщего веселья стал невероятный подарок. Среди других подарков неожиданно появляется подозрительная коробка с запиской «от мамы Карлы». Линда, ничего не подозревая, открывает ее и обнаруживает внутри полный арсенал для жаркой ночи: наручники из плюша, кружевная маска, плетка и даже руководство по бондажу. На мгновение она бледнеет, потом вспыхивает, и ее бросает в пот. Она растерянно смотрит на мать – и видит ее растерянный взгляд. А Валентина победоносно кричит: «Сюрприз от друзей!» И все начинают стучать приборами по столу и громко скандировать: «Кар-ла, Кар-ла, Кар-ла!»
Томмазо окаменел – Линда сразу это заметила. Такие шутки не в его духе, и она знает, как для него важно соблюсти все приличия. Но она уже была слегка навеселе и совершенно не собиралась унимать детское веселье своих друзей. Линда поддержала их игру и смеялась вместе с ними. А Томмазо, тем более, после того, как это отметили другие члены «банды», старался не обидеть ее и придал лицу расслабленное выражение.
Промотав видео еще немного вперед, Линда наконец доходит до самого душещипательного момента – когда ее мать встала, взяла микрофон и стала читать стихотворение Пабло Неруды «Если ты сможешь быть со мной рядом» – любимое стихотворение Линды. Тут уж невеста не выдержала и разрыдалась.
После ужина начались танцы. Впервые за тридцать четыре года Линда танцевала со своим отцом и видела, как ко всеобщему веселью присоединилась ее сестра Альберта, которая обычно на вечеринках сидит в сторонке, как мышка. Друг Томмазо из посольства пригласил ее на танец, и, к удивлению Линды, она приняла приглашение.
Но самым трогательным было страстное танго дяди Джорджо и Фаусто. Прямо как в кино «Запах женщины». Линда и сейчас приятно видеть их вместе, таких счастливых и близких друг другу, и их поцелуй такой искренний, на глазах у всех гостей – доброжелателей и ханжей. Публичные проявления любви – настоящей любви – только разжигают ее, обнажая первозданную красоту этого чувства. И если бы Джорджо был сейчас здесь, он заключил бы свою любимую племянницу в крепкие объятия.
В конце праздника настал черед сюрприза от Томмазо: небо осветилось цветными фейерверками – буйство золотистых искр и вертушек. А после фейерверка они попрощались со всеми и сбежали в Мирадоуро де Санта Люсия, чтобы поймать самую полную луну и сделать фото. Волшебные фотографии! Хотя прислали их всего несколько недель назад – невероятно, сколько времени ушло на их изготовление… Фотограф делал их портреты с помощью своего ассистента, который включал вспышку, чтобы заснять блик луны.
Линда дотрагивается до его щеки (до сих пор ее сердце замирает при виде кольца на пальце), его рука у нее на талии, глаза блестят, губы ищут друг друга. Пока наконец не появляется диск полной луны, в котором растворяется последний кадр этого фильма.
Когда оператор и вся группа уехали, молодожены наконец остались одни у парапета Мирадоуро и любовались звездами в тишине, наполненной их любовью. Они стояли молча посреди этой волшебной португальской ночи. Вот что такое – иметь все, думала Линда в тот момент. Все, кроме чего-то еще.
И пока Линда пыталась ответить, чего именно ей не хватает, в ней мало-помалу стала образовываться язвочка, которая становилась все больше и больше, что она не могла игнорировать ее. Может быть, ей не хватает кого-то?
С момента появления в башне Белен Линда судорожно искала в толпе приглашенных его лицо. Но так и не нашла. Боль она решила спрятать за улыбками этого прекрасного дня. Отсутствие Алессандро – рана, которая не дает покоя, извечный упрек, который будет точить ее изнутри.
Но, в конце концов, она сама этого хотела. Хотя теперь не может ответить на вопрос, было ли правильно навсегда вычеркнуть Алессандро из своей жизни. Ведь вместе они делили слишком много. В Мирадоуро, стоя в объятиях Томмазо в ту теплую ночь, она на мгновение уставилась в далекую точку на северо-востоке, представив, что по какому-то странному совпадению Алессандро тоже смотрит туда же в этот момент.
В конце концов, думает Линда, мы с ним всегда общались молча, как через астрал, и всегда были близки. Сердцем и разумом.
Где же ты теперь, Але? Это не важно. Но я все равно люблю тебя, и мне так хочется, чтобы ты был здесь и радовался вместе со мной.
Линда прекрасно помнит их молчаливый диалог. И боль в душе то и дело давала о себе знать. Лишь в последнее время ранка стала заживать – а может быть, она просто к ней привыкла и перестала обращать внимание. А спустя полгода рана окончательно затянулась, и Линда чувствует себя совершенно счастливой. Семейная жизнь идет отлично. И она может сказать, не кривя душой, что потеря Алессандро стала жертвой для обретения счастья. Линда поняла: любой выбор требует жертв, подразумевает отказ от чего-то, как говорит всегда Томмазо. И пусть в данном случае жертва слишком велика – теперь это не важно, все позади. Назад дороги нет.