За Живой Водой
Шрифт:
– Ты не можешь так поступить, Брист, - над головой Лиссы зазвучал уже знакомый женский голос. На её горячий лоб опустилась мягкая ладонь. – Она вся горит, девушка в бреду и ничего не осознает, а вы вместо того, чтобы с благословения Моря помочь ей, обрекаете её на незаслуженную смерть. Люди, опомнитесь, - обратилась женщина к своим соседям, - разве они похожи на ведьм? Разве ведьмы подвластны болезням? Эта бедняжка весь день пролежала в сыром сарае, объятая сильным жаром, а её спутницу вы опоили такой дозой сонного напитка, что она придет в себя лишь через неделю.
– Настой сонника всегда наводил дрему на ведьм, - послышался женский выкрик.
– Ты целительница, Совья, - послышался мужской голос, - бери и лечи этих ведьм до завтра, если хочешь чтобы они в здравом уме поднялись на костер. – В ответ раздался взрыв смеха. – Только не вини нас, если потом болезнь перейдет на тебя и твоих детей. У меня вот уже собака издохла из-за этих ведьм. Пора уже кончать с ними!
– Совья, у нас есть все доказательства их злодеяний, - зазвучал голос Бриста. Туман перед глазами Лиссы постепенно растаял. Она различила высокую молодую женщину перед собой, к ней приблизился староста Арона. – Одна из них жительница Рустанада, сбежавшая от мужа. На её лбу виднеется красная родинка…
– Она могла потерять мужа, развестись с ним и после этого покинуть родную страну, - перебила его своими доводами целительница.
– Да она плод греха! – закричал Дерий. – Все видели её светлые глаза, неподобающие для праведных русов и тонов. И за это Тайра обрекла её на вечные прегрешения!
– Будь благоразумна, Совья, - зашептал Брист, приблизившись вплотную к женщине, которая, по-видимому, играла важную роль в деревенской жизни. – Я их не могу отпустить. Старуха Грей уже приходила ко мне со своим мужем и заявила, что её многочисленное семейство самолично спалит мой сарай и дом, если я не казню этих девиц. Они колдуньи. Разве не говорят об этом их одеяния, голоса, а также рассказ наших ребят? Они могут завираться, но я сам отправился сегодня в те места…
Лисса более ничего не расслышала. Её охранники вновь подняли девушку со скамьи и повели через заднюю дверь в сарай. Незнакомые мужчины сопровождали Марго, которая за все время не вымолвила ни слова. Казалось, графиня погружена в глубокие размышления или грезит с открытыми глазами.
– Надо напоить эту светлячку сонником, чтобы завтра она не смущала своими ужасающими криками честный народ, - сказал по дороге Дерий своему попутчику. Крестьяне поддерживали девушку за локти, таща по земле в темноте, освещаемой лампой в руках одного из них.
– Я боюсь даже приближаться к ней, Дерий. Сейчас омоюсь у колодца, чтобы очиститься водой от проклятых ведьминых чар, - сказал другой мужчина. – Жена грозила мне, что не пустит нынче в постель, когда узнала, что это я отыскал в озере золотую цепь несчастного утопленника. Как это наш староста не чурается брать эту вещицу в руки, на ней непременно порча, приведшая к гибели хозяина.
– Да брось ты! Бристу уже приглянулось это украшение. За столом он не спускал с него глаз, а потом одел на шею да спрятал под камзол, подальше от людских глаз. Золото остается золотом даже в руках ведьм. На твоем месте я бы оставил эту вещицу себе.
– Упаси меня Море! Этот амулет следует завтра бросить в огонь, который спалит тела колдуний и низвергнет их души в недра земли.
Охранники отворили дверь и завели тайю в её прежнюю темницу. Незнакомец подобрал с земли пустую деревянную кружку и наполнил её жидкостью из фляги, которая была спрятана у него за пазухой.
– Да не жалей ты зелья, - сказал Дерий, наблюдая за действиями напарника.
– Это остатки отвара и их следует разделить пополам. Вряд ли Совья мне продаст ещё травы, чтобы заварить свежий напиток.
Мужчина протянул кружку Лиссе, но она отклонила его руку. Дерий не был столь осторожен с пленницей: он навалился на девушку и с силой влил содержимое посуды в рот несчастной, которая вертела головой в разные стороны и отчаянно отбивалась руками и ногами.
– Ух, ты, проклятое отродье, - озлобился крестьянин. – Налей еще и держи её покрепче! Она расплескала всю кружку. Что ты вылупился на меня? Доставай флягу! Я же говорю тебе, что это и есть настоящая ведьма, и завтра она не сможет и пальцем пошевелить, когда её охватит пламя костра. Её подружка и так уже еле передвигает ноги, нечего тратить на неё последние капли сонника. Она ведь всего лишь несчастная жертва колдовства, и ей придется принять незаслуженную гибель… Но такова уж воля богов!
***
– Как бы ты ни объяснял их пропажу, не могу избавиться от ощущения, что все это выглядит очень странно, - произнес Вин, сидя за широким дубовым столом, на котором дымились горшки с горячей похлебкой. В печи, выстроенной из глины в углу небольшой комнаты, трещал огонь. За ширмой, разделявшей помещение на две части, кричал младенец, которого пыталась успокоить его мать, хозяйка этого дома.
Уже второй день друзья в одиночестве продолжали свой путь на восток. Они были крайне удивлены затянувшимся ожиданием своих спутников на лесной опушке, в конце которого мужчины возвратились к чистым водам озера, но там не увидели ни тонов, ни их лошадей. Было очевидно, что брат и сестра решили отправиться другой дорогой, даже не распрощавшись со своими провожатыми.
Ортек и Вин не могли задерживаться в распускавшейся зелени минорских полей и лесов. Всадники помчались в столицу, понимая, что каждый день простоя мог лишить их встречи с другом. После очередного ночлега под звездным небом, друзья вновь приблизились к людским жилищам, чтобы пополнить запасы продовольствия. Их путь по черным полям пересекла утоптанная сельская дорога, и к вечеру они достигли небольшого поселка, названного Дионом, где за пару золотых устроились на ночлег. Хозяйка накормила странников ужином и скрылась в другой половине дома в заботах о своих многочисленных детях, а её веселый шумный муженек отправился в сельский кабачок, чтобы закупиться и не зря провести ночь с приезжими гостями за полными чарками крепкого вина.
– Азар очень серьезно воспринял твое отношение к Марго, - ответил Ортек. – Согласись, что если бы они и дальше продолжали с нами путь, ты бы точно покорил сердце его красавицы сестры. Он решил не допустить этого и вовремя свернул с погибельной дороги.
– Нет, - не унимался релиец, – они были так настойчивы в своих просьбах отправиться с нами в Горест. Я все время подозревал в них лазутчиков Элбета, который мог прибегнуть к любым средствам, лишь бы не упустить нас из виду. К тому же Марго была очень любопытной, а её братец не таким уж неумелым и неопытным, как пытался казаться. Девушка то совсем не походила на тонку, она настоящая морянка. Куда же они подевались?! Может быть они наведут на наш след минорских солдат?
– Для Элбета не секрет, что если я сбежал, то держу путь в северный лес. Он уже давно заслал в Горест десяток своих разведчиков с приказами арестовать нас. И хотя его проницательности нет предела, я не считаю, что Азар и Марго его шпионы. Колдун ведь не мог подстроить это кораблекрушение возле Олвиона.
– А если мог… Ведь мачта «Филии» сломалась нежданно-негаданно, как будто Тайра обрушила на нас свой гнев в дополнение к затишью на море, которое тогда держалось несколько дней.
– Маги говорили о величии колдунов, но то, о чем ты говоришь, по силам лишь богам, Вин. Если бы Элбет был настолько всемогущ, то мы давно бы томились во дворце государя или в его подземельях. Я подозреваю тонов в обмане, но вряд ли он связан с нашими делами. Если Марго не тонка, значит она совсем не сестра юному пради. Может это пара влюбленных изгнанников, бегущих от гнева своих родных?! Азар тогда в лесную чащу не на охоту побежал: видимо, приревновал свою названную сестру, а потому и решил упрятать её подальше от твоих глаз, и они сбежали.