Чтение онлайн

— Цыган, — шепнул Франк с убеждённым видом. — А может, не цыган. Пошли скорее.

— Он нас не замечает, — ответила Адель. — Видел, какое у него кольцо?

Франк, любовавшийся поясом, перевёл глаза на его руку и засмотрелся на перстень невиданной красоты, сиявший на пальце незнакомца. До сих пор он ещё не видел рубина такой величины и яркой окраски.

— Говорят ведь "как кровь". Я как-то обрезал палец…

— Я говорю про железное кольцо, — прервала его Адель. — Посмотри, самое обыкновенное и даже очень некрасивое кольцо, а глаз не оторвёшь. Оно словно о чём-то говорит.

— Волшебное кольцо, — подсказал Франк. — Откроет любую дверь и исполнит все желания. Если бы оно было моим, я бы попросил, чтобы ты танцевала со мной первый танец и все остальные тоже.

Адель засмеялась с оттенком тщеславия. Все-таки Мари не может похвастаться таким вниманием со стороны Франка, как она.

— Может, оно исполнит твоё желание, — кокетливо сказала она.

Случайно девочка перевела взгляд на лицо незнакомца и с ужасом обнаружила, что его пронизывающие глаза устремлены на неё. У Адели ноги словно приросли к тротуару, и, как ни звал ее Франк, она не могла заставить себя сделать ни шагу.

— Как тебя зовут, дитя моё? — довольно ласково спросил незнакомец.

Франк, в котором после словесной битвы со старухой не угас ещё воинственный пыл, ответил за Адель:

— Марта.

Незнакомец бросил на него досадливый взгляд.

— Так как же тебя зовут? — настойчиво повторил он.

— Не ваше дело, — грубо сказал Франк. — Мама не разрешает ей разговаривать с бродягами и цыганами.

При разговоре со старухой Адель была восхищена смелостью приятеля, но сейчас ей не хотелось обижать опасного незнакомца, уже весьма хмуро поглядывавшего на нахального мальчишку.

— Твоё будущее тебе известно, — мрачно бросил незнакомец Франку. — Ты влюбишься в безобразную старуху, и…

Его прервал неискренний, но зато громкий смех мальчика.

— А тебе, Адель, предсказали много горя.

— Она не верит всяким глупостям, — заявил Франк.

— Дай мне что-нибудь на память, Адель, и тогда я смогу тебе помочь. У тебя красивое ожерелье. Подари мне его.

Девочку пробирала нервная дрожь. Сама не зная, почему и зачем, она сняла с шеи ожерелье и протянула незнакомцу.

— Однажды, дитя мое, мы встретимся вновь, и я помогу тебе в самую трудную минуту, когда твоей жизни или рассудку будет грозить опасность. До свидания, Адель.

Франк был почти в истерике от хохота. Зато Аделью овладела страшнейшая усталость. Она не заметила, когда и куда скрылся незнакомец, а когда убедилась, что он исчез, повернулась к приятелю.

— Прошу тебя, Франк, отведи меня домой. Я не хочу идти к Дэзи. Мне очень плохо.

— Что ты говоришь? — изумился мальчик. — Это тебя напугал проклятый цыган. Зачем ты отдала ему свое ожерелье?

— Не знаю. Я не хотела… но отдала. Ты можешь идти к Дэзи, Франк, а я вернусь домой.

— Не глупи, Адель. Ты много потеряешь, если не пойдешь на праздник. Кроме того, ты обещала мне первый танец, а волшебное кольцо сделает так, что ты сегодня будешь танцевать только со мной. Ну, пойдем же, не будем терять время.

Когда дети скрылись, незнакомец вышел из переулка и посмотрел им вслед.

— Эх, дети, дети! Разве не говорили вам родители, что нельзя разговаривать с незнакомыми людьми? — произнес он, покачав головой. Потом он перевел взгляд на перекрёсток и крикнул. — Выходи, Маргарита, не прячься.

Старуха опасливо выглянула из-за угла.

— Не бойся, старая карга, я уже забыл, как ты меня обманула в последний раз, и почти рад нашей встрече.

Старуха обнажила в улыбке редкие кривые зубы.

— Не думала, что сегодня меня ждёт такая удача, Жан. Я полагала, что ты давно отрёкся от мира, а ты здесь, среди людей, да ещё выманил вещицу у глупой девчонки. И как тебе удаётся заставлять их самих отдавать всё, что тебе нужно?

— У тебя тоже не пустые руки, старая ведьма, — засмеялся Жан. — Что украла на этот раз?

Старуха охотно разжала кулак и показала серебряные часы.

— Вытащила прямо из кармана дрянного мальчишки, — похвасталась она. — Теперь он в моей власти. Мне бы хотелось играть и им и против него, слишком уж он нахальный, но… не в моих правилах отрекаться от собственных слов. Я поняла так, что ты с умыслом завладел ожерельем и будешь играть против меня? Ведь не будешь же ты и дальше на меня дуться?

— Я не был бы против, если бы ты не плутовала.

— Разве я способна обмануть? — игриво ужаснулась старуха. — Как бы мне, бедной, не пострадать! Когда я играю с тобой, я всегда проигрываю.

— А в последний раз? Учти, Маргарита, если ты ещё раз меня обманешь, лучше мне не попадайся.

— Все будет по-честному, — серьезно пообещала старуха. — Был грех, но больше такого не повторится, хотя… благодаря тому проигрышу, Жан, ты наконец-то перестал казаться прекрасным юношей, а я получила столько лет, что до сих пор превосходно себя чувствую. Если бы меня не тянуло играть именно с тобой, то я была бы на вид совсем молоденькой.

Жан покачал головой.

— Думаешь, мне неизвестно, как ты облапошиваешь неискушенных в твоих проделках новичков?

— Должна ведь я хоть как-то возместить проигранные тебе годы, — возразила Маргарита. — Вот я и возмещаю их за счёт этих юнцов… А помнишь, какой я была когда-то, когда мы ещё не выдумали эту проклятую игру на годы жизни.

— Да, — мечтательно сказал Жан. — Ты была так хороша, что я чуть было не сделал глупость. Я ведь хотел жениться на тебе, но, к счастью, вовремя передумал.

— Ах, мой милый, — снисходительно бросила старуха, — если бы я захотела, то ты и сейчас… Но кто раз сыграл в эту чудовищную игру, уже не может от неё оторваться. До любви ли тут? Впрочем, ты увидишь, что я сделаю с мальчишкой, когда настанет заветный день.

— На это ты мастерица. — с доброй усмешкой, вызванной воспоминаниями, согласился Жан. — Знаешь, Маргарита, я ещё сегодня готов был тебя убить, но увидел и… Наверное, мы с тобой слишком старые друзья, чтобы долго помнить обиды.

— Ты до сих пор не избавился от сентиментальности, Жан, — укоризненно сказала старуха. — Поэтому-то тебе в этой жизни всё дается труднее, чем мне.

Жан косо взглянул на неё. Было очевидно, что ему не понравилось последнее замечание давней приятельницы, и старуха это поняла.