Чтение онлайн

— Нет.

— Завтра твоя свадьба, Франк. Ты счастлив? — выпытывала женщина.

— Нет.

— А твоя невеста?

Франк с отвращением подумал об Адели. Да, она хочет выйти за него замуж. Очень хочет. Как же ей не хотеть, если у неё нет денег, а у него есть. Раньше он об этом не задумывался, а теперь видит, что эта девушка очень хитра и расчётлива.

— Да, она счастлива.

— Ты желаешь этой свадьбы?

— Нет.

— Тогда откажись от неё.

Отказаться? Он был бы рад отказаться, да как это сделать, не нарушив слова?

— Ступай к ней и объясни, что не любишь её, — внушала женщина. — Тогда ты останешься со мной.

Правда, надо скорее идти к ней, к этой ненавистной девушке, пока не совершилось непоправимое, и она не сковала его по рукам и ногам. Отделаться от неё и быть свободным, а свобода нужна ему лишь для того, чтобы сложить её к ногам женщины, которая имеет право повелевать.

— Иди, — приказало видение в зеркале. — Когда ты откажешься от своей невесты, я выйду к тебе.

Франк бессознательно вернулся в дом, где жила Адель, поднялся на четвёртый этаж, постучал. Открыв ему, девушка засмеялась.

— Это ты? Как хорошо, что это ты! Я так хотела, чтобы ты вернулся… Но что с тобой?

— Твоя мать спит? — глухо спросил Франк.

— Да. Я тоже собиралась ложиться, но задумалась о тебе, о нашей свадьбе…

— Её не будет, Адель.

Он отметил про себя, как побледнело лицо девушки, но не почувствовал ни жалости, ни сострадания. Она для него просто перестала существовать, и он говорил с ней теперь против воли, всего лишь исполняя приказ своей повелительницы.

— Я не хочу, чтобы завтра ты напрасно ждала у алтаря. Я не приду. Я честен и не хочу тебе зла, но я не хочу, чтобы ты устраивала своё будущее за мой счёт.

Он не желал этого говорить, но язык против воли выговаривал жестокие слова.

— Не строй планов о богатстве и благополучии в моём доме. Обеспечь их своими силами. Устройся на работу. Прачка, судомойка, гувернантка — это работа для тебя. Советую пойти горничной в дом, где есть молодой свободный человек. Может быть, тебе повезёт.

Он расхохотался и ушёл, хлопнув дверью. Вид у него был странный, даже дикий. У подъезда он увидел ту женщину, ради которой сюда пришёл.

— Меня зовут Маргарита, — сказала она. — Дай мне руку.

Он протянул руку и, когда почувствовал ответное прикосновение холодных пальцев, потерял сознание.

А Адель стояла в коридоре перед закрытой дверью, не в силах даже заплакать. Это был не её Франк, добрый заботливый Франк, с которым она нежно простилась всего час назад. Как мог её Франк так её оскорбить? Хорошо, что мама не слышала его ужасных слов. Но что она скажет ей завтра? И как сама она переживёт свой позор?

Она вернулась в комнату и села к столику. В маленьком зеркале отразилось её помертвевшее лицо, но девушка не видела его. Она была настолько потрясена, что оскорбительность слов Франка не до конца ещё вошла в её сознание.

— Адель!

Девушка подняла голову и встретилась взглядом с тёмными глазами на чужом лице в зеркале. Это не её отражение. Это какой-то мужчина… Это тот самый человек, встретившийся им с Франком одиннадцать лет назад. Сначала с ними заговорила страшная старуха, а потом он. Но что у него в руках? Ожерелье? Её ожерелье?

— Тебе было предсказано много горя, дитя моё, но я обещал помочь тебе в самый страшный час твоей жизни.

— Он наступил, — сказала Адель, даже не удивившись странному появлению незнакомца.

— Он ещё не наступил. Тебя обидел твой жених, но ты должна оплакивать не себя, а его.

Адель горько усмехнулась.

— Хочешь его увидеть?

— Нет, — гордо отказалась девушка.

— Но ты должна это знать. Смотри.

Зеркало померкло, а потом в нём показалась безобразная старуха. Она гадко смеялась и подмигивала своими затянутыми белёсой плёнкой глазами, а у ног её сидел Франк и смотрел на это отвратительное существо с любовью, обожанием, благоговением. Зрелище было неестественное, гадкое, жуткое.

Зеркало вновь померкло, а когда прояснилось, то в нём опять появился незнакомец.

— Твой друг в опасности, Адель, — предупредил он. — Не он говорил с тобой только что, а эта женщина. Она направила его к тебе и заставила сказать то, что сам он не думает. Вырвать его из её рук можешь только ты и только этой ночью.

— Похоже на сказку, — сказала Адель.

— Но это не сказка, — возразил незнакомец. — Если его не спасти, то утром его отвезут в сумасшедший дом, потому что он потеряет рассудок.

— Что же мне делать? — воскликнула Адель.

— Найти его. Ты отправишься в путешествие, долгое и опасное, найдёшь его и наденешь ему на палец это железное кольцо. Как только кольцо окажется у него на пальце, чары разрушатся, и вы окажетесь в том мире, к которому привыкли. Твой Франк, живой и здоровый, даже не вспомнит, что был влюблён в старую ведьму, и завтра будет ваша свадьба.

— В какую страну я должна ехать? На Восток?

— Нет. Это страна… Её можно было бы назвать сказочной. Тебе встретятся на пути и люди, и звери, и таинственные существа не из плоти и крови. Колдунья, заворожившая твоего жениха, будет подсылать тебе врагов, а я — друзей. Но там, куда ты попадёшь, как и здесь, на земле, бывает очень трудно распознать, кто тебе друг, а кто враг, кто опасен, а кто безвреден или может оказать помощь. Некоторым существам, которых ты встретишь, нет до тебя никакого дела, как и большинству людей на земле, но ты можешь подружиться с ними и найти в них верных союзников, а можешь поссориться и обрести злейших врагов. Не смотри на внешность, старайся разобраться в душе того, кто тебе встретится, ведь под личиной безобразия может скрываться добро, а под маской доброты притаиться коварство. Я не имею права тебе помогать, и отныне полагаться ты можешь только на себя.

— Как же я найду Франка? Вы расскажете мне, где он?

— Тебе будут подсказывать дорогу. Одних существ буду посылать тебе я, других — колдунья. Мои посланники укажут тебе верную дорогу, её — постараются сбить с пути. Имя колдуньи Маргарита. Может быть, кто-то в той стране знает, где она живёт.

— Это похоже на игру, — призналась Адель.

— Возможно. Но не ты будешь игроком. И отличие от игры состоит в том, что вместо фишек или фигурок по игровому полю двигаются одушевлённые существа, а поле это необозримо. И самое главное то, что ты будешь жить в этом новом мире и, как всякое живое существо, можешь погибнуть.

— И тогда я навсегда исчезну для этого мира?

— Если это случится, то твоя мама обнаружит утром, что ты умерла во сне.

Адель стало не по себе.

— А если я не пойду, то Франк сойдёт с ума?

— Да, его тело будет здесь, а рассудок — там.

— Значит, у меня нет выбора, и я должна идти?

— Да, ты должна идти. И знай, что всё, случившееся с тобой, и то, как ты перенесёшь испытания, повлияет на твою дальнейшую жизнь. Борись за своё счастье.