Чтение онлайн

Радует, что Диме я успела показать писанину охамевшей, и не станет говорить, что выдумываю.

Свой номер Павел исполняет блестяще и я немного отхожу. Гордость за сына перебивает негативные эмоции. Стою на трибуне, сердце бьется в унисон с каждым движением ребенка на льду. Внутри вихрь – радость за его талантливый прокат смешивается с кипящей лавой ярости на мужа.

Неужели действительно изменил?

Когда выступление заканчивается, спускаюсь вниз и иду в раздевалку. Чувствую, как следом шагает Дима. Буря в мозгах не утихает.

– Поздравляю, сын! Ты был великолепен, – муж опускается к Пашке и крепко обнимает.

Еще вчера, он этими ладонями ласкал Зою, губами нашептывал ей нежности, а теперь…

Держу себя в руках, чтобы не сорваться при ребенке.

Тренер забирает Павла, и мы с Димой остаемся практически наедине.

– Ты успокоилась? – смотрит в глаза.

Я пытаюсь увидеть в его зрачках смятение, обман, попытку выкрутиться или соврать, но ничего не нахожу. Его взгляд пронзительный и уверенный. Он не демонстрирует ни малейшего признака страха. Поведение мужа ошеломляет – как будто убежден в своей правоте, или, по крайней мере, в способности заболтать, что Зоя – пустое.

Это вызывает смешанные чувства: с одной стороны, я восхищаюсь умением супруга сохранять самообладание в такой напряженной ситуации, с другой – крайняя невозмутимость усиливает подозрения.

Еще и прилетел. Не собирался ведь.

– Здорово, что у тебя все отлично. Посмотрела бы на реакцию, пришли тебе мужик подобные фотографии в главной роли со мной. Дима, происходящее адекватно?

– Вера, нет. Я и сам нахожусь в недоумении, особенно по поводу слов Гены. Ума не приложу, зачем он распространяет подобную клевету. А что касается Леры, обычная бабская зависть. Ее супруг не смог сопротивляться чарам Зои, вот и судит по себе.

– А ты? Смог? – практически шепчу, боясь услышать ответ. – Скажи правду. Я попробую принять честное признание, не стану устраивать скандалов. Разойдемся и все. Это жизнь, все случается, она эффектная и…

– Перестань, – все же притягивает к себе и я непроизвольно вжимаюсь в плечо мужа. – Мне никто не нужен. Помощница пыталась флиртовать, проникла в номер, но я вытолкал Зою, и уволил. Прошу, успокойся, разберусь с тем цирком, который устроили эти трое.

– Получается все врут? – не унимаюсь. – И Лера, и Зоя, и Гена… Очень странно, не находишь?

– Я понимаю твою злость, но так и выходит. Что для тебя важнее? Посторонние люди и сплетни, или мое слово? Свой пиджак швырнул помощнице, чтобы прикрылась. Не более. Не вижу смысла юлить и закапываться во вранье.

– Дим, я так хочу верить, но… не могу.

– Предпочитаешь развестись из-за выдумок обыкновенной проститутки?

– Тогда зачем ты ее нанимал? Знал ведь, что подмахивает всем кому не лень, и все равно устроил!

– Есть вещи, которые решаю не только я. И ты прекрасно осведомлена, что отдавал должок. Не будем по кругу об одном и том же. До этой командировки помощница никак себя не проявляла. Сидела молча и клацала по клавиатуре. Неужели думаешь, будь она настолько настырна, брал бы с собой в рабочую поездку? – вижу, что начинает заводиться.

Диму злит, что я ему не доверяю, а я не могу забыть все то, что случилось. Перед глазами стоит самодовольная рожа Зои, которая расположилась на коленях мужа. Ее полуголое бедро, выглядывающее из под края его пиджака. Слишком явные доказательства измены.

Кто бы молча все это проглотил?

– Я должна проигнорировать фотографии? Я не святая мученица, а твоя жена, которой ты причинил боль. Считаешь, что тихо приму всю грязь и продолжу жить, как ни в чем не бывало?

Он на мгновение замолкает, словно взвешивая слова, которые хочет произнести. Затем взгляд мужа становится более жестким:

– И что прикажешь делать? Я рассказал правду, уволил Зою, пообещал разобраться с тем, что говорит Гена. Мне на колени встать? Прости, но я не совершил чего-то страшного и ужасного, чтобы каяться.

– На колени вставать не нужно! Мне необходима искренность и осознание, а не попытки пустить в глаза пыль и выставить себя невиновным, – раздражаюсь.

– Черт побери, Вера! – взрывается. – Я не изменял тебе. И зачем вообще быть честным, если вам, женщинам, истина до фонаря? Ты уже все для себя решила, обвинила хрен знает в чем, и мысленно подала на развод. Если бы о тебе говорили ересь, я бы попытался все выяснить, а не клеймить.

– Ты еще и голос собрался на меня повышать? Проваливай в свою командировку, Зоя заждалась! Не забудь ей брюки подарить и свои трусы! Изменщик, – зло выплевываю и ухожу.

Жду, что Дима побежит следом и остановит. Но он не двигается с места…

Да уж. Бред сивой кобылы – верить Лере и Гене, но не собственному мужу.

Безусловно, Веру я могу понять, ситуация действительно неоднозначная, но ее реакция?

Неужели нельзя сесть и нормально все обсудить? Выслушать.

И ладно бы врал, не спал ведь с Зоей!

После соревнований планировал пообедать с женой и сыном в ресторане, но сейчас явно не время для душевных семейных посиделок. Супруге необходимо остыть, успокоиться, не стоит раскручивать ссору до вселенских масштабов.

Вера быстро заводится и точно так же отходит. Убежден, что когда эмоции улягутся, проанализирует мои слова и сделает правильные выводы.

Обижает, что жена легко повелась на провокации, мы столько лет вместе, всегда друг возле друга, и сколько бы не случалось в моей жизни соблазнов – ни разу не поддался, потому что прекрасно понимаю, семья важнее.

Примеров того, как знакомые гуляли и по итогу лишились всего – полно. Стать одним из них – планов никогда не имел.

Вызываю такси и решаю навестить Гену.

Очень любопытно, с какого хера он решил распространяться о том, чего в помине не было.

Через полчаса оказываюсь около его офиса. Набираю приятеля и убеждаюсь, что на месте.

Пытаюсь не нервничать и не заводиться, если буду вести себя как Вера и орать, толку ноль.

– Дмитрий Петрович? – встречает довольный на ресепшн. – Какими судьбами? Думал ты в командировке.

– Отлучился. Есть серьезный разговор, уделишь полчаса?

– С удовольствием, – приглашает в кабинет. – Наташечка, завари нам кофеек, да побыстрее.

– Обед отменяется? – дует губы брюнетка.

– Плавно перетекает в ужин, – подмигивает сально.

– Хорошо, – кивает секретарь. – Напитки сейчас принесу.

Кабинет Гены олицетворяет собой воплощение цыганской роскоши. Заходя внутрь, первое, что бросается в глаза – просторное помещение с высокими потолками, вычурная мебель и позолота в декорировании. Вроде бы и дорого богато, но как по мне – полная безвкусица.