Чтение онлайн

И до последнего момента мне это удавалось. Разумеется, Машина, как и любая другая вещь, периодически ломалась, но наличие некоего «Клада», который я нашел в свое время, позволяло мне решать проблему с запчастями, избегая Кладбища во всех смыслах. До сегодняшнего дня.

Я подкатил к знакомым разноцветным воротам, обитым снятыми с машин капотами. Я уже решил, как мне себя вести, чтобы моя Машина не осталась за этими воротами навсегда. Теоретически… Охранник в герметичной будке резанул по моим глазам лучом фонаря, я в ответ показал ему непристойный жест рукой.

– Открывай, лакей, мне срочно к ГэКу! – крикнул я в рацию со всей свирепой торопливостью, на какую был способен. По лицу получить я не боялся, так как охранник меня скорее просто не впустит, чем будет выскакивать в туман, чтобы разобраться с наглецом. Стрелять в стекло тоже не станет, Костик потом за каждый патрон спросит.

– Давай, давай, не тормози! – кричал я, видя, что охранник колеблется, решая, что ему делать – позвонить начальству, открыть или просто проигнорировать. – К Виктору, он меня ждет. Я уеду сейчас, сам потом объяснишь, почему ГэК меня не дождался. – я уже начинал нервничать, нутром чуя, что Машина работает на бензиновых парах и вот-вот заглохнет.

Ворота бесшумно отъехали в сторону, и я, не глядя на охранника, въехал на Кладбище. Приткнув Машину возле лежащего на боку микроавтобуса, я заглушил мотор, и быстрым шагом добрался до двери ангара. Лицо мне обдал сильный ветер, и я с трудом закрыл за собой тяжелую герметичную дверь. Это тоже была своеобразная защита от отравы, но вместо воды туман не пускала направленная воздушная струя.

Снаружи размеры ангара оценить мешала туманная пелена, но внутри он был огромный. Многометровые стеллажи уходили ввысь под самый потолок, с которого светили десятки ртутных ламп, освещен был каждый уголок. На полках, в шкафах, просто на полу кучами лежали всевозможные детали, рассортированные по их применению. Тут и там сновали деловитые люди с тетрадями, что-то записывая, зачеркивая, считая. Вся обстановка напоминала муравейник, где каждый занимался своим делом: муравьи-счетоводы ведут учет собранного добра, муравьи-охранники следят за порядком, рабочие муравьи надрываются и мрут в немуравьиных условиях, а главная матка сидит сейчас в своем бронированном особняке, плодя свое состояние.

Мастерская находилась в противоположном конце ангара, и мне следовало поскорее добраться туда, стараясь не привлекать внимания. Но внутренняя охрана, в отличие от дуралея-дворецкого, не просто лениво прогуливалась по специально оставленным тропинкам между кучами запчастей. Ко мне тут же подошел один детина в черной спецовке, с кобурой и рацией на ремне.

– Вы к Константину Петровичу? – вежливо поинтересовался он, но при этом внимательно осматривая меня с ног до головы.

– Нет, я к Виктору. – старясь спокойно смотреть ему в лицо, ответил я.

– Разрешите поинтересоваться, с какой целью? – охранник был сама любезность, но в глазах читались искры превосходства.

– Ремонт двигателя.

– Виктор Сергеевич не занимается обычным ремонтом. – страж выделил слово «обычным». – Для этого у него есть ученики. – искры превратились в откровенную усмешку.

«Ладно, умник! Хочешь пообщаться – давай пообщаемся» – подумал я и постарался говорить вежливо, как он:

– А скажите, любезный, его ученики смогут перебрать и поставить на ход редчайший ЗМЗ 24-24 объемом 6 с половиной литров с 300 лошадиными силами и 420 ньютон-метрами крутящего момента? Вы даже близко не понимаете, насколько это уникальный мотор! Цельноалюминиевый блок, четырехкамерный карбюратор, трехступенчатая автоматическая, слышите, автоматическая коробка передач! И это более полувека назад! Их, вероятно, не осталось ни одного в этом безумном мире, и один такой, можете себе представить, есть у меня. – все это я выпалил практически на едином выдохе и, набрав в грудь воздуха, продолжил спокойнее. – Поэтому я повторяю свой вопрос: смогут ли эти юнцы отремонтировать мою прелесть, мою «догонялочку», могу ли я рассчитывать на их компетентность? Или мне довериться профессионалу?

За время моей пламенной речи охранник отстегнул рацию от пояса и что-то тихо говорил в нее, глядя на меня, потом поднес к уху, ожидая ответа. Динамик невнятно буркнул.

– Идите за мной. Только оставьте это здесь. – страж вновь стал просто вежливым и указал на нож (поджиг я оставил в Машине), а потом пошел впереди, ловко обходя кучи металлолома и минуя учетчиков.

Мы прошли весь ангар и оказались возле неприметной двери в глухой стене, из-за которой раздавался визг шлифмашинки и низкий гул работающих станков. Рация вновь что-то пробубнила.

– Хорошо. – сказал охранник в микрофон и обратился ко мне. – после визита к Виктору Сергеевичу вас просят подняться к Константину Петровичу.

Заметил, глазастый! Ну, если с ГэКом дело не выгорит, придется расчехлять мошну с таблетками.

В мастерской было жарко и накурено. ГэК смолил сигареты одну за одной, даром что товар дефицитный. Костик это понимал, но бесперебойно снабжал дядю сигаретами, лишь бы тот не вернулся к управлению разборкой.

Сама мастерская была не чета моей: здесь делали все, что можно сделать с машиной – увеличение мощности и проходимости, герметизация и укрепление кузова, даже вооружение. У Виктора заказов было на два года вперед. Сам хозяин стоял возле здоровенного станка с неизменным окурком в зубах и что-то втолковывал молодому пареньку со светлыми волосами и измазанным лицом.

– Вам помочь? – другой подмастерий поднял глаза от разобранного карбюратора и, щурясь, посмотрел на меня.

«Сегодня все спят и видят, как мне помочь!» – подумал я, а вслух сказал:

– Болтик не потеряй. Я к дяде Вите.

Ученик кивнул и тут же потерял ко мне интерес. А я уже подходил к ГэКу и думал, как начать разговор, но он опередил меня. Махом руки отпустив ученика, он посмотрел на меня, а затем качнул головой, приглашая идти за ним. По железной лесенке мы поднялись в небольшой кабинет, заваленный технической литературой, схемами. На стенах висели чертежи. Виктор закрыл дверь, отсекая шум мастерской и обратился ко мне:

– В «догонялке» было 195 лошадиных сил, а не триста. И не шесть литров объема, а 5,53. Если вы, молодой человек, увлекаетесь такими редкими экземплярами, то должны знать об этом. Следовательно, никакого ЗМЗ 24-24 у вас нет. А теперь потрудитесь объяснить, зачем вы тут и почему тратите мое время?

Сказано было тихо, но отчетливо. Я вдруг вспомнил ту самую историю с гаечным ключом.

– Виктор, я к вам с деловым предложением: у меня есть то, чего не хватает в вашей мастерской.

ГэК слегка усмехнулся, усаживаясь в кресло возле письменного стола и раскуривая потухшую сигарету:

– В моей мастерской вроде бы есть все. Вряд ли…

– Вот именно, «вроде бы». – я не заметил, как перебил его, но железо нужно было ковать, пока оно горячо: ГэК уже заскучал. – Вы можете перебрать любой двигатель, изготовить защитный обвес на какой угодно автомобиль. Для этого у вас есть сварочные аппараты, станки, инструменты. Но у вас нет… – я сделал паузу – …станка с числовым программным управлением. Не бытового, маленького фрезера, а почти промышленного, с рабочим полем без малого метр на полтора.

Виктор затянулся и внимательно смотрел на меня, медленно выпуская дым через ноздри. Потом спросил:

– У вас он есть?

– Нет, но я знаю, где достать. А также программное обеспечение с подключенным компьютером.

– И что вы хотите за информацию?

– Мне нужен бензин. Нормальный 95-й, две двадцатилитровые канистры.

– И только?.. – похоже, я смог его удивить.

– Не совсем. Еще мне нужна ваша помощь в подготовке двигателя. Да, вы правы, у меня нет ЗМЗ 24-24, но у меня есть похожий, от ГАЗ-53. – говоря это, я не врал. У меня действительно был мотор от грузового хлебовоза, не такая уж и редкость, но полноценный «вэ восемь», неприхотливый и мощный.