Чтение онлайн

Но скоро им представится таковая возможность.

Состязание закончилось самым неожиданным и неприятным манером.

Волк и еж, тянувшие на себя руку, похоже, переусердствовали. И несчастный артефакт, растянувшись примерно в два раза, наконец не выдержал такового уничижения и с противным звуком рвущейся резиновой покрышки лопнул. Вспыхнули яркие разноцветные искры и зашипели, исчезая в небе. Запахло мандаринами и крупными неприятностями.

Волк и еж - каждый с остатками (или останками?) руки в пасти - раскатились в стороны. Горестно выплюнули остатки (останки?) на песок и яростно завопили друг на друга:

– Ты, негодяй!

– Ты, бандит!

– Это ты виноват!!!

– Убью!!!

– Атас!
– вдруг совершенно не по-царски завопил царевич Филимон.
– Ребята, беда!

И конечно, он оказался прав.

Потому что иначе, как бедой, этих людей назвать было невозможно.

С десяток смуглых, закутанных в ватные халаты и грязные чалмы типов восседали на запыленных верблюдах и неумолимо целились в охотников за артефактами. Причем целились отнюдь не из луков и даже не из арбалетов…

– Деммит!
– простонал приглушенно Молдер.
– У них у каждого - молекулярный деструктор третьего поколения! Я всегда говорил, что арабские террористы связаны с инопланетянами! Вот и доказательство!

– Я не уверена, что это арабские террористы!
– процедила Скалли сквозь зубы, не переставая мило улыбаться и заложив руки за голову.

– Откуда они взялись?
– потерянно спросила Димка.
– Может, это мираж? Инкуб, ты же говорил, у тебя сверхчувствительность, а сам…

– Казни меня, казни!
– горько простонал инкуб.
– Не почуял я их… О стыд, ты в тягость мне!!!

– Попробуем наладить контакт, - решил Молдер, нацепил на лицо самую прекрасную свою улыбку и воскликнул: - Салям! Мы мирные этнографы! Мы чтим традиции! Мы тут ненадолго…

– Недостойный пришелец!
– раздалась искаженная английская речь, и к замершей в оцепенении группе подъехал на ослепительно белом верблюде старик в роскошном атласном халате. Голову его украшал кефье из золотого, с синими полосами шелка - точь-в-точь как у древних фараонов.

Типы с молекулярными деструкторами почтительно поклонились старцу, а тот явно был в гневе:

– Нечестивые иноверцы и осквернители песка священной пустыни! Кто вы такие и как посмели явиться сюда, где правит Длань Небесная и я, учитель Указал, покорный слуга этой Длани!

– Мы мирные люди!
– начал было Молдер.
– И нелюди. Мы преследовали похитителя, который в нашем мире украл у нас ценный волшебный предмет…

– Что за предмет?
– нахмурился учитель Указал. Но, присмотревшись внимательнее к останкам руки, лежащим на песке, истошно закричал: - О горе нам! И горе вам, нечестивцы! Вы погубили ее! Вы осквернили ее! Смерть вам!

Молдер отметил, что учитель Указал как-то очень театрально воздевает руки. Но тем не менее старик выглядел впечатляюще. А еще сильнее впечатляли его суровые воины, смотревшие на «осквернителей» сквозь прицелы своих деструкторов.

– Взять этих негодяев!
– приказал старик.
– Отвести на базу и заключить в Место стенания. А потом я и жреческий совет решим, что с ними делать…

Воины кивнули.

– Руки за голову!
– коверкая слова, приказал один нашим героям.
– Сопротивления не оказывать. Сразу смерть. Идти по нашему приказу. Женщины и чудовища - вперед.

– Мы могли бы оказать сопротивление, - пробормотал йети волку.
– Нас же много, мы сильные.

– А что толку?!
– тоскливо взвыл волк.
– Неужели ты не понял? Рука погибла! Наши желания никогда не исполнятся! Какой смысл сопротивляться! Пусть уж нас лучше убьют!

И он, опустив хвост, первым побрел туда, куда ему указывал прицелом смуглый воитель.

– Этого не может быть, - потерянно шептал царевич.
– Ведь артефакт нельзя уничтожить…

– Может, отдать в починку?
– с сомнением сказала Димка. Ей страшно не нравилось это приключение: попали неизвестно куда, захвачены в плен дикими типами в чалмах и на верблюдах. И от верблюдов, кстати, противно пованивало. Нет, это не приключения, это черт знает что!

– Ага, в починку!
– проныл каверзный еж, про которого даже слегка подзабыли, подавленные неприятной сменой событий.
– Что, у тебя рядом с домом стоит палатка «Ремонт артефактов»? Дура!

– Сам такой, - с ненавистью сказала Димка. Еж ей был крайне несимпатичен; чувствовалось, что это еж с крайне темным и подозрительным прошлым. Возможно, даже преступным.
– Это из-за тебя она сломалась, схватил не свое…

Еж в ответ только выругался и предпринял попытку зарыться в песок, чтобы избегнуть плена. Но тут холеный белый верблюд старика Указала сделал то, что традиционно положено делать верблюдам. Еж возмущенно пискнул и более не подавал признаков жизни.

– Захлебнулся, - презрительно констатировала Димка.
– Собаке - собачья смерть.

– Кхм, - намекнул волк.

– То есть ежовая, - исправилась Димка, впрочем, лучше не стало.

– Вперед!
– рявкнул предводитель.
– Слава Небесной Длани! Слава!

Пленники, покачиваясь от усталости и разочарования, зашагали вперед, подгоняемые злодеями на верблюдах.

Возле откинувшего лапки ежа и растерзанного артефакта остался только учитель Указал. Он концом посоха поддел один из обрывков руки, поднес его к глазам, внимательно рассмотрел, а потом отбросил с брезгливостью.

– Артефакт, - насмешливо сказал он и ударил пятками верблюда по бокам.

Верблюд неохотно двинулся в сторону бредущего в песках каравана. Старик Указал ехал и поглядывал на небо.

– Скоро грянет буря, - заявил он неопределенно.
– И на этот счет у меня имеются кое-какие планы…

г. Кимовск, Тульская область,

Россия

12 января, понедельник, 1:30

Трифон был счастлив.

Уже потому, что он спал и ему ничего не снилось.

Хотя, с другой стороны, реальность, в которую они с Олегом попали еще вчера, была гораздо неприятнее самых кошмарных сновидений.

А ведь как было дело…

…Увидев чудовищное количество вполне жизнеспособных конечностей, Олег и Трифон только переглянулись и пожали плечами. Причем Трифон видел, что Олега, разумеется, зрелище потрясло, но не до такой степени, как этих паразитов Гену и Юрика. Крепкие перцы вкупе с Гранечкой, увидев шевелящиеся и ползающие руки, принялись нервно икать, лица у них стали цвета мороженых пельменей. И Трифон ощутил себя хозяином положения. Не обращая внимания на дрожащие в руках Гены и Юрика пушки, он шагнул в комнату, причем ползающие по полу руки немедленно освободили ему дорогу, словно вежливые придворные перед монархом. Правда, пара особо назойливых ручек подергала Трифона за штанину: дескать, привет, милый, как дела, мы соскучились без твоего приятного мужского общества. Театр абсурда, одним словом.