Чтение онлайн

– Атардион не собирается затевать войну, – покачал головой Гай, подумав немного. – Ему не нужна война. Он угрожает, конечно, но я совершенно уверен, что война – последнее, что занимает мысли этого элла. Сейчас ему куда важнее удержать и так не слишком прочную власть над народом Верхнего царства. Атардион – не Леонис. Того безоговорочно принимали как владыку, чьи слова не обсуждаются. С младшим братом намного сложнее. Атардион, думаю, сам понимает, каковы истинные границы его власти, именно поэтому он не нападает, а посылает небольшие группы и штурмует нас магией. Ему нужно укрепить свою власть, но пока жив Леонис, это невозможно. Стоит распространиться вести, что прежний Повелитель… Никто не знает, что будет. Атардиона могут казнить просто за то, что он сверг Леониса и пытался убить его и Лену.

– Гайлеон, – усмехнулась Алесия, – порой я не могу понять, кто ты такой. Ты ведешь себя иногда, как полный…

– Вот спасибо! – рассмеялся демон.

– А потом… – Алесия развела руками, не в силах до конца выразить свои мысли.

– Гай не занимал бы должность начальника охраны, если бы не заслужил это, – заметил Бес.

– За двести лет можно научиться чему угодно, – невесело вздохнул Гайлеон, тряхнув тяжелой косой. – Наш разговор напомнил мне… Этот замок опутывает такое количество самых разных интриг, что нужно быть глупцом, чтобы не замечать их. Или не найти способ вести свои собственные игры. Демоны Нижнего царства намного любопытнее эллов, и скажу вам одно: вы не найдете сейчас ни единого ситра, который бы не знал, о чем говорят в этих стенах.

– Что ты хочешь этим сказать? – осторожно уточнил Бестелион. – Мне кажется, это будет не самое приятное, что я от тебя слышал…

– Естественно, я знаю все каналы, по которым уходят отсюда слухи, сплетни и… правда, – спокойно продолжил Гай, насыпая в чайник сушеные листья. По комнате поплыл густой дурманящий аромат.

– Гайлеон! – нервно дернула демона за руку Алесия. – Ты хоть и демон воздуха, но иногда тебе не хватает хорошего пинка.

– Я знаю все веточки, и к кому они ведут. Это только глупому кажется, что чем меньше в этом замке обитателей, тем меньше сплетен. Ерунда, конечно. Если бы все было так, самые древние семьи царства не держались бы за тонкую ниточку, связывающую их с замком.

– Гай, я сама тебя сейчас ударю, – простонала Лео.

– Короче… Они знают о решении Идерны. И кое-кто высказал мысль, что Повелительнице пора взять власть в свои руки.

– Я даже знаю, кто именно, – усмехнулась Алесия. – Отец. Он давно говорит об этом. И многие его поддерживают, хоть и не любят темных. Никто не отрицает, что при правлении демонов тьмы царство было лучше.

– Силы было больше, – поправила ее Лео. – Само царство не изменилось.

– Тогда понятно, почему отец не показывается, – вздохнул Бестелион. – Он уже об этом знает?

Гай дернул плечом:

– Конечно.

Демоны замолчали, следя, как языки пламени облизывают медный чайник.

– Бес, верни ее. – Алесия опять ткнула темного пальцем. – Я ведь не отстану.

– Бес, а могло ли случиться, – задумчиво проговорила Лео, глядя в сторону, – что кто-нибудь проследил за тем, как ты открыл Лене проход в ее мир?

– Это почти невозможно, – усмехнулся Бестелион. – Нужно быть немного сумасшедшим, чтобы постоянно ожидать перехода.

– Ну кто-то же обнаружил появление Лены в Имирине, несмотря на защиту силиалы земли, – заметила Алесия. – Защита была. Сильная. Но это кого-то не остановило.

– У Атардиона нет эллов, способных преодолеть защиту, иначе каждое наше появление в Срединном было бы ему известно, – напомнил собеседникам Бес.

– Мне в голову пришла одна мысль, – пробормотал Гай. – Возможно, я ошибаюсь, но среди эллов есть один… Я ничего про него не знаю, но кажется, он… как раз и есть этот… слегка сумасшедший.

– Ты говоришь о Лорисе? – спросила Лео и тут же объяснила свою догадку: – Я встречала его в Верхнем, когда была там… Но он вроде бы не настолько предан Атардиону.

– Может, взгляды Лориса изменились? – предположил Гай.

– Нет, ты не понимаешь, – покачала головой Лео. – Лорис не играет ни на чьей стороне, кроме своей собственной. Если он замешан в этом деле, то у элла есть свой интерес, совпадающий с интересами Атардиона, а это плохо.

– Кто он такой? – удивился Бес. – Первый раз о нем слышу.

– Он старый… – начал Гай.

– Нет, – перебила его Лео. – Лорис древний и сильный. Он должен знать очень многое. Вполне возможно, что именно он обошел защиту. Точнее, провел охотников. И если это был он, то…

– Думаете, с Леной что-то произошло, а мы этого не знаем? – насторожился Бес.

– Все может быть, так что надо проверить, – сказала Алесия.

Ощущение было странным. Я могла думать, разум был чист и ясен, но тело почувствовать не удавалось, словно от меня осталась лишь бестелесная половина. Возможно, лучшая половина, но жить только с ней не представлялось возможным. Если я еще жива.

Эта мысль не напугала, а скорее озадачила.

В детстве именно так представлялась мне смерть. Мой разум будет существовать, но я даже не узнаю, что станет с телом и с окружающим миром. Это пугало больше, чем все остальное. Фантазия рисовала меня в узком гробу, обитом зеленым сукном и дешевой золотой лентой. Меня окружают цветы и свечи. Я лежу, одетая в тонкое платье и жесткие пошлые белые тапочки. Вокруг немногочисленные родственники и друзья. Кто-то плачет, кто-то молча сопит в ожидании застолья. Меня вот-вот опустят в землю, чтобы навсегда заточить на глубине двух метров, наедине с готовым сожрать плоть временем. А я этого не знаю и не чувствую. И не могу сказать им, что я здесь, что я еще в этом мире.

Меня нет. И не будет. И перерождение не ждет в конце пути. И остается только сожалеть, что жизнь была такой короткой, а смерть – внезапной.

«Перестань! – велел внутренний голос. – Ты не умерла. И с твоим телом все хорошо. Открой глаза и посмотри, вместо того, чтобы предаваться ненужной скорби».

Глаза? Но я же пыталась их открыть и не смогла.

«Не эти глаза, – простонал голос. – Вспомни аварию. Тогда ты могла видеть, но не так, как человек. И потом, совсем недавно у тебя тоже получилось».

Это оказалось легче, чем думать о своей кончине. Разум ничто не сковывало, для него не было преград здравого смысла, ошметки которого еще держались когда-то в голове. Я просто освободила мысли от привязанности и позволила подняться им куда-то вверх. И там смогла увидеть все со стороны.

Это была моя квартира, на кровати лежала я, а над моим телом печально вздыхала Ира, прикладывая к щекам ладони. Пришлось напрячься, но я услышала ее слова:

– Как же так вышло?

Я и сама все время пыталась найти ответ на этот вопрос. Как же произошло все это? Память хранила немногое. Лицо отца, усталое и странное, но это точно был он. Мой вопрос, на который Леонис ответил: «Какая-то глупость с этими переходами».