Чтение онлайн

— Я должно быть что-то сделал с тобой, когда исцелял тебя. Я не знаю, что. Это не имеет смысла, но что-то произошло, когда наши энергии объединились. Это не должно было случиться, ты всего лишь человек…

Мои слова, казалось, не утешили ее. Они и меня не сильно успокоили. Мои руки дрожали, когда я убирал прядь волос с ее лица.

— Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо. Хочу спать. Ты?

— То же самое. — Но я чувствовал себя удивительно странно. Я пробежался большим пальцем по ее подбородку, а затем ее нижней губе. Я чувствовал себя словно ребенок, который впервые попал в Диснейленд, и это было странно, ведь я действительно никогда не был там. Никогда не хотел туда попасть.

— Я думаю, пока нам следует сохранить между нами… исцеление и то, что ты сделала, — сказал я. — Хорошо?

Она кивнула, но в остальном оставалась неподвижной, пока мои пальцы повторяли черты ее лица, вытирали подтеки и темные пятна. Наши взгляды встретились, и я улыбнулся, по-настоящему улыбнулся, так, как не делал долгое время.

И я перестал думать.

Гладя пальцами ее щеки, я мягко поцеловал ее. Поцелуй был нежным и медленным, такой я никогда не практиковал раньше, но хотел попробовать с ней. Те уголки моей души, что были скрыты от большинства, открылись. Я наклонил ее голову назад, и это был, словно наш первый поцелуй — но так и было, потому что я действительно хотел его, возможно, даже нуждался в нем. От этого невинного прикосновения у меня перехватило дыхание — впервые.

Я отстранился, смеясь.

— Я опасался, что мы тебя сломали.

— Не совсем. — Полные беспокойства, ее глаза искали мои. — Ты… не сломал себя?

Я фыркнул.

— Почти.

Она вздохнула, ее губы образовали едва заметную улыбку.

— Что теперь?

Я вдохнул чистый ночной воздух, запах влажной травы, и почвы. Я вдохнул ее запах.

— Теперь мы возвращаемся домой.

Глава 24

Колонии любых видов, по сути, были одинаковые.

Людей. Лаксенов. Аэрумов. Муравьев.

Колония Лаксенов была ни чем иным как целой тонной сумасшедшего фанатизма, я не хотел к ней приближаться и на пять миль, и не стал бы, если бы у них не было того, в чем я нуждался — в чем нуждалась Кэт.

Она действительно будет должна мне за это.

Я снова вошел в стерильную гостиную. Все белое — диваны, ковер, стены, и подушки. Будто бы они имели что-то против других цветов. Мне захотелось специально пролить что-нибудь здесь.

Когда Итан Смит вернулся в комнату, он нес в руках небольшой кожаный мешочек. Итан взглянул на меня, темные брови изогнулись над его сиреневыми глазами.

— Знаю, ты не самый терпеливый из нашего вида, но нужно время, чтобы создать подобные вещи.

Да, почти целых три дня моей жизни, которые я никогда бы не захотел пережить снова. Большая часть времени была потрачена на прочесывание штата, на наличие других Арумов и целый день на поиски идеального кусочка обсидиана, все это время мне не терпелось вернуться к Ди… и Кэт. Мне не нравилось, что она светилась как диско-шар на стероидах.

Итан не отдал сверток. Конечно же, нет, потому что это было бы слишком легко.

— Могу я спросить, зачем тебе это нужно?

— Могу я сказать " нет», и ты оставишь этот разговор?

Небольшая, натянутая улыбка появилась на лице старшего Лаксена.

— Твое высокомерие однажды погубит тебя.

Высокомерие было не единственным, что могло стать причиной моей гибели, не то чтобы я намекаю на какие-то личности или что-то еще.

Раздражение промелькнуло на лице Итана.

— Не то чтобы я не ценю все, что ты делаешь для колонии, но твой….

— Характер можно улучшить, — оборвал его я, думая о Кэт. — Я все понял. Поверьте.

Итан наклонил голову на бок. Его волосы начинали седеть вдоль висков.

— Надеюсь, что это так. Для нашей расы будет позором, если что-то плохое случится с тобой.

Я встретил его странный взгляд аметистовых глаз.

— Уверен так и будет.

Лаксен первым разорвал зрительный контакт.

— Это как-то связано с тем световым шоу?

— Да. Я убил пару Арумов и потерял несколько кинжалов в процессе, поэтому мне нужно что-нибудь для Ди, чтобы она могла носить его на всякий случай. — Я подался вперед, сжав руки между колен. — То же самое я сказал и другим Старейшинам, Итан.

— Хм, звучит знакомо, я верю тебе. — Он передал мне сверток, и я почувствовал вес обсидиана. Засунув его в карман, я был готов уносить ноги подальше отсюда. — Хотя, должен сказать, я никогда раньше не видел такого мощного проявления силы. Это незабываемо.

Беспокойство пробежало вдоль моего позвоночника, когда я встал. Было что-то в Итане такое, что именно я не мог точно сказать, но от этого у меня появлялись мурашки на коже.

— Ну, я просто чертовски крут.

— Да. — Итан плавно поднялся и поправил свою отглаженную рубашку. — Тем не менее, уверен, у Министерства Обороны появятся вопросы.

Я остановился у двери, снова повернувшись к нему.

— И что тогда?

— Мы не расскажем ничего МО, если они начнут задавать нам вопросы, как мы обычно и делаем, но если ты будешь приводить их к нашим дверям слишком часто, то тебе придется беспокоиться не только о них. Ты понимаешь меня?

Гнев заменил беспокойство, и я процедил,

— Да, я понял вас.

— Деймон?

Когда я повернулся к нему в очередной раз, моя челюсть сжалась так сильно, что мне, думаю, необходимо было показаться стоматологу.

— Да?

Итан сплел пальцы в замок и улыбнулся.

— Еще один вопрос.

Я уже готов был выброситься из окна.

— Продолжайте.

— Эта человеческая девушка, с которой связался ты и твоя сестра. — сказал Итан, и я напрягся, но не удивился. Старейшины были так же плохи, как и МО, если не хуже. — Будет ли она проблемой?

— Нет. — Но ты будешь, если упомянешь эту «человеческую девушку» снова. Я не произнес этого вслух или на нашем языке, но мой взгляд передал данное сообщение громко и чертовски ясно.

Итан кивнул и не остановил меня снова.

Перейдя в свою истинную форму, я всего за несколько секунд покинул колонию и добрался до наших домов. Будучи не уверенным, была ли мама Кэт дома, я вернулся обратно в свою человеческую форму, прежде чем вышел из леса.

Самая странная вещь произошла, когда я достиг нашей подъездной дорожки. Тепло обдало мой затылок, опускаясь вдоль шеи почти приятным покалыванием. Наряду с этими странностями, еще одно ощущение застало меня врасплох. Чувство целостности. Какого черта?