Чтение онлайн

– Трактат Бо Илхюза? – переспросил Бо Лукан, отсмеявшись. – Не знал, что его писание всё ещё в ходу в мире смертных. Кто бы мог подумать.

– Господин, – обратился к богу Тайсвен, теряя суть разговора, – что вы хотите этим сказать?

Бо Лукан, достав из-за пазухи белый мешочек, с улыбкой произнес:

– Запомни на будущее, Тайсвен – мой младший брат хорош в двух вещах: в обмане и развлечениях. И он не гнушается обводить вокруг пальца своих дорогих братьев, чтобы потешить собственную персону. Я бы не стал доверять тому, что он пишет в своих трактатах, ибо бог Иллюзий – не самый достоверный источник.

– Я всё ещё не понимаю, – честно ответил Тайсвен. Тогда Бо Лукан протянул ему маленький мешочек из простой белой ткани, который жрец неосознанно принял.

– Взгляни, какую загадку мне на этот раз загадал мой дорогой брат, – мягко произнёс Бо Лукан, но его золотые глаза колко сверкнули. – Я начинаю терять те нити, за которые стоит дернуть, чтобы найти ответ. Мгла, странное поведение отца, а теперь ещё и это. Может быть, в одном из трактатов Бо Илхюза было сказано, где искать решения его загадок? Что скажешь, Тайсвен?

Жрец не нашёлся с ответом. Он осторожно развязал шелковую ленту, стягивающую ткань, и раскрыл мешочек. Заглянув внутрь, Тайсвен чуть не выронил его из рук.

– Это… – нерешительно начал он.

– Верно, – кивнул Бо Лукан. – Всё именно так, как ты видишь. На этот раз – это не иллюзия.

Тайсвен дрожащей рукой оттянул белую ткань, чтобы рассмотреть получше, но сколько бы он ни смотрел, картинка не менялась – из недр мешочка на него всё также пристально глядел глаз с золотистой радужкой.

Арахсы с настороженным испугом взирали с ветвей на тройку богов, что передвигались по широкой лесной тропе, которая нежно-багряной лентой вилась между высокими толстыми стволами деревьев с гладкой белой корой, увенчанными нежно-розовой лиственной кроной. В Лесу Заблудших душ было тихо: ни легкого ветерка, ни пения птиц – лишь размеренная поступь богини Огня, её сына и тяжелые шаги гигантского птицескорпиона, в седле которого с удобством устроился Бо Юлун – старший сын Бо Юкана, Верховного бога Солнца. Они шли неторопливо, Бо Гэллан с презрением оглядывался назад и всякий раз, как взгляд золотых глаз натыкался на мохнатое белое тельце, мелькнувшее в ветвях, рука бога порывалась за спину, где висело пока ещё неотозванное золотое копье с наконечником из радужного кристалла, чьи разноцветные отблески разгоняли легкий полумрак Леса. Эн Гала, которая вновь успела сменить свой огненный наряд на облегающий оранжевый комбинезон из сгустков пламени, шагала по правую руку от мужа и задумчиво хмурилась, она давно хотела задать Бо Юлуну парочку вопросов, но его восторженно-задумчивый вид сбивал богиню Огня с толку.

«Он радостен или зол? – недоумевала она про себя. – Если я сейчас возмущенно попрошу его дать объяснения, он рассердится или как обычно проигнорирует мою вспышку гнева? А если и рассердится, то, что станет тому причиной? Слишком уж он спокоен, не к добру это».

Бо Гэллан, хоть и не высказывал свои опасения вслух, но мысленно был согласен с мнением матери: отец притих, значит, дело нечисто. Бо Гэллан настороженно поглядывал на Бо Юлуна, который в этот момент начал что-то тихо напевать себе под нос, а ему вторя, звонко защебетал Дохун.

«Подозрительно, – думал Бо Гэллан. – Отец сказал, что двойник Бо Илхюза подсказал ему искать кого-то в сердце Леса, но сколько бы не вспоминал, не могу найти ни единого намека на скрытое сообщение, которое содержалось бы в их разговоре. Отец не из тех богов, которые ведутся на ложные следы и тропы, так что же такого сказал Бо Илхюз, раз отец находится в таком приподнятом настроении?»

Тем же вопросом задавалась и Эн Гала, которая сгорала от любопытства и нетерпения, она не привыкла, чтобы муж так долго молчал, ведь его любимым занятием, помимо сражений, было нытье, и Бо Юлун редко надолго отказывался от обоих увлечений сразу. Единственным исключением из тысячелетнего правила являлись те мгновения затишья, когда Бо Юлун, предвкушая отличную битву, становился спокойно-одухотворенным, чтобы сберечь как можно больше духовных сил для соперника, но…

«С кем он собрался биться в этом Лесу?» – разом пронеслось в головах Эн Галы и Бо Гэллана, пока Бо Юлун, монотонно напевая, небрежно вел Дохуна вперед.

Тем временем лесная тропа становилась уже, деревья выше и толще, а их листья темнее, так что теперь их цвет походил на темно-сиреневый, плавно переходящий в черный – боги приближались к центру Леса. Арахсы давно остались позади, так что теперь даже звук от топота их мохнатых лап по ветвям деревьев не доносился до слуха. Такое затишье Эн Гале показалось странным, ведь Бо Илхюз любил наводнять свои владения разными тварями, к творению которых приложил руку Бо Лукан, так что в Лесу Заблудших душ всегда было оживленно, на каждом шагу можно было наткнуться на отвратительное существо, описать кое язык не поворачивался, настолько они были несуразными.

Бо Гэллан, который всё время их пути неотрывно следил за деревьями, чтобы оттуда на него не напрыгнула очередная тварь, приметил на одном из стволов лик и поспешил сообщить об этом своим спутникам:

– Мы достигли центра, уже виднеются лики заточенных в деревьях душ.

Эн Гала подняла голову и пригляделась. Её красивое бледное лицо исказилось в гримасе презрения, когда она произносила:

– Не понимаю, почему Бо Юкан позволяет Бо Илхюзу держать заблудшие души смертных в Небесной Тверди. Ни один смертный, пусть даже и в образе души, не достоин лицезреть владения богов.

– Но, как же духовные орудия? – возразил Бо Гэллан, поигрывая радужным копьем. – Они же тоже души, но вольны следовать за богами, куда только мы пожелаем.

– Не смешивай души героев, погибших во благо почитаемого ими бога, со смертными, отдавшими жизнь за свой народ, – холодно произнёс Бо Юлун. От нравоучительного тона его голоса Бо Гэллан сморщился и мысленно вопросил: «Да что с ним такое? Его настроение меняется быстрее, чем поток в реке Луаса, я не успеваю подстраиваться».

– Бо Юкан должен был разрешить нам восполнять энергию заблудшими, – раздраженно произнесла богиня Огня. Она будто и не замечала того напряжения, что возникло в эту минуту между сыном и мужем. – Только представь, одна душа дала бы нам десятки лет, а не жалкий год, которым мы довольствуемся, поглощая души простых смертных.

– Это дань уважения тем, кто пошёл против нас и отстоял право на существование своего народа ценой собственной жизни, – охотно пояснил жене Бо Юлун, устало зевнув.

– Дань уважения тем, кто пошёл против нас! Это же просто смешно! – воскликнула Эн Гала. Её огненно-красные волосы заискрились, от них отделились крошечные огоньки света, которые проворно устремились в разные стороны, сбегая от хозяйки, но Бо Гэллан бдительно следил за каждым движением матери, а потому был готов к подобному: он стремительно потушил все вырвавшиеся искорки, чего Эн Гала, распаленная словами мужа, даже не заметила, она продолжала гневно восклицать:

– Бо Юкан давно растерял свое благоразумие. Воздавать почести тем, кто посмел перечить богам, разве это разумно? Какая участь ждала гигантов, сальвиров, эсканов, илонгов, лансмумов? Тотальное уничтожение! Но со времен падения кенканов, Бо Юкан проявляет безмерное радушие к жалким смертным шавкам и докатился до того, что пускает их в наши земли. Думаешь, это ничем для нас не обернется?

– Если ты испытываешь страх от деревьев, в стволах которых заточены заблудшие души то, что с тобой случиться, когда ты, Гала, встретишься с Ветром Ксанга, который поселился в землях Фу-Хо-Га? – с легкой иронией поинтересовался Бо Юлун, подперев точенный подбородок кулаком. – По слухам этот Ветер – остаточное дыхание старого бога, Ксанга, в которое тот вложил проклятие всему роду божественному. Одного дуновения Ветра достаточно, чтобы бог распался на мириады крошечных золотистых искорок.