Чтение онлайн

Семья Торнвелл раскололась: Корнелия уверена, что вся борьба еще впереди, ее дочь Дебора считает, что все трудности преодолеют Консультативная комиссия и епископ. Младшая дочь Клара растрогана рассказом матери о жене Сакко, которая семь лет живет в обстановке страха смерти, угрожающей ее мужу.

Глава 19. Академическое единовластие. Первое заседание Консультативной комиссии Лоуэлла объявляется закрытым, без зрителей и репортеров, даже участникам запрещено рассказывать о нем. Конституция Соединенных Штатов предусматривает возможность очной ставки обвиняемого и свидетеля преступления. Комиссия, однако, допрашивает свидетелей без присутствия Сакко и Ванцетти. Есть еще и другие правила процедуры, которые комиссия исключает, когда считает это целесообразным. Корнелия к своему ужасу узнает, что глава комиссии Лоуэлл смотрит на дело не объективно, но глазами судьи Тайера. Комиссия убеждена, что подсудимые виновны, и теперь только ищет свидетелей, чтобы подтвердить это убеждение. Выясняется, что у членов комиссии было предвзятое мнение о процессе, когда они согласились участвовать в нем.

Губернатор продолжает принимать по тридцать свидетелей в день. Более того, он едет в тюрьму городка Чарльзтаун (Charlestown), где в одиночной камере сидит Ванцетти, готовый голодать до смерти. Ответы Ванцетти губернатору растягиваются надолго потому, что включают историю его радикального сознания, отношение к юристам, католической церкви, капиталистической ментальности и т. д. У губернатора нет времени выслушивать всю эту философию. Но он снова приезжает говорить с Ванцетти еще два часа. Сакко беседовать с ним отказывается. Корнелия посещает губернатора. Он принимает ее вежливо, в соответствии с приличиями и хорошими манерами. Но все ее усилия оказываются тщетными.

Глава 20. Решения. Консультативная комиссия признает приговор справедливым. Это решение для Корнелии означает конец всем надеждам. Она разочарована еще одним обстоятельством: не оправдались ее надежды на председателя этой комиссии Лоуэлла, которого она считала великим человеком, лучшим из тех, кого она знала.

Общее внимание приковано к губернатору, который должен объявить свое решение о помиловании з августа 1927 года. В Бостоне проходят большая демонстрация и массовый митинг за отмену приговора. Полиция разгоняет демонстрантов. Три участника арестованы за неподчинение. Корнелия просит губернатора еще раз принять ее, но не получает ответа. Тогда аристократическая семья Торнвелл приглашает его на обед, и там Дебора, старшая дочь Корнелии, задает вопрос, можно ли отложить казнь осужденных итальянцев. Но все попытки спасти Сакко и Ванцетти напрасны. Помилование отклонено. Проходит несколько демонстраций, которые полиция не трогает, одна из них – перед главным входом в парламент. Люди идут в тишине, не обращая внимания на окружающих. Плохо только то, что так много демонстрантов – иностранцы, особенно русские и евреи, которых не любят в Бостоне. Фамилии Беркович и Боровский, Далевич и Гурвиц, Тимшук, Сашук и Шкляр не производят хорошего впечатления. Когда одну из демонстраций разгоняют, Бетти цитирует Ленина: «Насилие – монополия государства».

Власти готовятся к казни: тюрьма в Чарльзтауне превращена в арсенал. В ней и на подходах к ней размещаются восемьсот полицейских. Еще сотни их стоят на улицах, примыкающих к тюрьме. Исполнитель, посылающий две тысячи вольт в живые человеческие тела, приезжает из Нью-Йорка – ему платят сдельно.

Глава 21. Отсрочка. Корнелия посещает тюрьму, она рассказывает Ванцетти о своей семье. Осужденным дана еще одна отсрочка на двенадцать дней для новых защитных доказательств. В комитете защиты, как всегда, идет борьба между теми, кто хочет реальной справедливости и теми, кто ведет пропаганду. Вместо миллиона рабочих, на которых рассчитывает Ванцетти, на демонстрации выходит одна-две сотни поэтов, художников, мечтателей, обитателей студенческих городков, богемы.

Верховный суд проводит экстренное заседание за шесть часов до экзекуции. Кто-то подбрасывает динамит на веранду дома судьи Тайера. Губернатор обещает отремонтировать разрушенный фасад дома за счет штата. Этот прилив щедрости удивителен для человека, который только что наложил вето на компенсацию служащим штата, травмированным во время исполнения служебных обязанностей.

Верховный суд отклоняет очередную апелляцию. Корнелия еще раз посещает губернатора. Теперь он принимает посетителей при свидетелях. Этот новый визит ничего нового не дает. На последнее свидание с Ванцетти приезжает из Италии его сестра Луиджи. На свидание к Сакко приходят жена Розина и двенадцатилетний сын Данте.

Глава 22. Город страха. По миру проходят акции протеста: призыв к всеобщей забастовке в Буэнос-Айресе, протест профсоюзов в Берлине, первый радикальный митинг в Пруссии. В Лондоне перед американским посольством собирается толпа в десять тысяч человек, в Женеве – звучит призыв бойкотировать американские товары. В России – митинги протеста в каждом городе, в Париже сотни тысяч рабочих несут красные флаги и огромные плакаты, осуждающие американскую юстицию.

Экзекуция должна состояться в понедельник, в полночь, а накануне в субботу комитет по защите проводит последний митинг. Присутствует пятьдесят рабочих, в основном, итальянцы и евреи, американцев можно посчитать на пальцах одной руки. Американские рабочие в это время едут по дорогам в старых машинах со своими семьями, пережевывая хот-доги и запивая пузырчатой содовой. В городе – войска национальной гвардии – ответ на вызов анархии, над головой – самолеты, предотвращающие бомбардировку с неба. Военные отряды охраняют каждое публичное здание, подозрительны все иностранные лица, время от времени их останавливают и осматривают сумки и пакеты. Двадцать четыре часа в сутки дежурят вооруженные пожарные. Мобилизован Американский легион для охраны домов богатых и знаменитых. Адвокаты просят губернатора Фуллера о новой отсрочке, чтобы изучить вновь найденные документы.

Корнелия, Бетти, Джо, другие члены комитеты защиты пытаются убедить федеральные власти принять участие в этом деле. Они обращаются к Президенту Соединенных Штатов с просьбой вмешаться. Корнелия не может спать, она едва способна самостоятельно подняться по лестнице, дети боятся, что она может покончить с собой в момент казни итальянцев. Полиция задерживает Бетти и Джо. Общественное мнение уже ничего не значит. Бетти говорит полицейским, что теперь историей будут связаны два судейских имени – Понтий Пилат и Вебстер Тайер.

Члены комитета защиты приняты женой губернатора. Корнелия рассказывает ей о своей истории, о лжесвидетельствах, о недавно найденных документах. Жена губернатора ничего не может ей обещать, кроме новой встречи с губернатором. Делегации к губернатору идут целый день. Он получает более девятисот телеграмм, некоторые из них читает. На обвинения в несправедливости суда он отвечает, что на самом деле судов было три: один – перед судьей Тайером, второй – перед комиссией Лоуэлла, третий – перед ним.

Глава 23. Последний враг. Новая группа адвокатов, теперь из Нью-Йорка, после изучения дела встречается с федеральным судьей Лоуэллом, затем со старым уважаемым судьей Оливером Холмсом. Изложенные ею аргументы не дают результата.

Жена Сакко Розина и сестра Ванцетти Луиджи решают в последний раз обратиться к губернатору. Он выслушивает их вежливо, учитывая чувства этих женщин, но он давал присягу выполнять Конституцию и не может ее нарушать. Домашние пытаются успокоить расстроенную и обессиленную Корнелию или хотя бы отвлечь ее от безутешных мыслей. В отчаянии она хочет еще раз посетить тюрьму, но теперь, накануне казни, она должна преодолеть массу препятствий и получить множество разрешений. Ванцетти еще раз говорит ей, что невиновен. Сакко подтверждает, что умрет анархистом и просит о жене и трех детях. От прихода священника оба отказываются.

Глава 24. Триумф. Протестующие продолжают маршировать с пением «Интернационала». Демонстрации прорываются через полицейские линии. В половине одиннадцатого вечера адвокат Томпсон просит губернатора принять его с новой аргументацией защиты. Без четверти двенадцать он выходит из кабинета губернатора к ожидающим репортерам и говорит, что будут наказаны невинные люди. Всякие попытки переубедить губернатора отвергнуты. Изнуренный губернатор объявляет журналистам «Заявлений нет, ребята!» Корнелия все же надеется, что казнь снова отложат. Звонит Джо и говорит, что все кончено.

Далее Синклер подробно описывает сцену казни, которая происходит в первые минуты вторника 23 августа 1927 года. Первым казнят реального уголовника и убийцу Мадейроса, за ним Сакко, последним Ванцетти. Реакция мира предсказуема. В крупных столицах проходят массовые митинги.

Тела вскрыты, сердца и мозги обоих переданы в медицинскую школу Гарвардского университета. Это обычная процедура, ничего недостойного для этих двух не планировалось – так объяснили газеты. Наконец, тела возвращены родственникам и сожжены в крематории. Похороны происходят в воскресенье и власти не ограничивают число идущих в процессии. На кладбище приходят десять тысяч человек.