Чтение онлайн

– Курт хотел детей, - тихо пробормотал Джио. Я не ожидал, что он заговорит о своем обидчике. Я напомнил себе, что он по-прежнему считал этого человека своим мужем, любовью всей своей жизни.

– Ты хотел этого?
– Спросил я как бы невзначай.

– Я хотел того же, что и Курт, - последовал ответ. Его ответ меня совсем не удивил. Ему промыли мозги, заставив подчиняться человеку, который владел им. Не имело значения, что эти отношения были оформлены в виде предполагаемого брака. В этих отношениях не было ничего равного.

Я не был уверен, как на это реагировать, поэтому промолчал. Но, к моему удивлению, Джио продолжил сам.

– Он хотел усыновить ребенка постарше. Сказал, что нашел идеального ребенка.

Меня затошнило, потому что я понял, что на самом деле означало это заявление. Мысль о том, что Курт был на грани покупки еще одного ребенка, вызвала у меня желание броситься к Ронану и поблагодарить его за то, что он нашел этого человека и забрал у него Джио.

– Что ты об этом думал?
– Спросил я, а затем съежился, когда понял, что, вероятно, говорю как доктор Тейлор.

Джио пожал плечами. Но через мгновение он сказал:

– Я не знал, как делиться Куртом. Так что, наверное, я немного ревновал.

Его признание разбило мне сердце. Это стало еще одним доказательством того, насколько Джио научился угождать и как Курт буквально стал для Джио целым миром. Тот факт, что Джио пытался покончить с собой не один раз, а дважды, после того, как Курт покончил с собой, был пугающим доказательством того, что разорвать связь, которая была у Джио с Куртом, будет нелегким процессом.

Джио закрыл глаза и слегка запрокинул голову, словно наслаждаясь ощущением солнца на своей коже. Дул легкий ветерок, так что день был почти идеальным. Джио больше ничего не сказал, а я не стал на него давить. Примерно через час я снова усадил Вайолет к нему на колени, и на этот раз, когда ребенок заговорил с ним, он начал расспрашивать ее о кукле, например, как ее зовут и есть ли у нее другие куклы.

В отличие от моих предыдущих визитов, поскольку мне не требовалось прятаться, теперь я смог навещать Джио в течение дня. Мы не торопились возвращаться домой, поэтому, уложив Джио в постель, я сказал:

– Я сбегаю в кафетерий и принесу Вайолет чего-нибудь перекусить. Ты не против присмотреть за ней минутку?

Я держал Вайолет на руках, и, хотя было бы достаточно просто взять ее с собой, у меня был скрытый мотив. На самом деле я не дал Джио возможности отказаться, вместо этого я просто усадил Вайолет к нему на колени и протянул ей пульт от телевизора.

– Большое спасибо, - сказал я, выходя из комнаты.
– Принести что-нибудь тебе?
– Спросил я, но на самом деле не дал ему времени ответить и на этот вопрос. Я решил, что смогу компенсировать это, принеся кое-что из столовой.

Через пятнадцать минут, прихватив целую охапку вкусностей, я чуть не уронил все свои покупки, когда вернулся в комнату Джио и увидел Вайолет, свернувшуюся калачиком у него на груди. Не только ребенок, но и Джио спали. Его руки, словно защищая, обнимали маленькую девочку.

Я аккуратно разложил закуски и достал телефон, который по настоянию Луки, всегда носил с собой. Я сфотографировал эту пару, а затем подошел и сел на стул рядом с кроватью. Впервые за очень долгое время я почувствовал умиротворение. С тех пор как Лука привез меня домой, было много работы, так что у нас с Лукой не было возможности ни поговорить по-настоящему, ни сходить на наше первое свидание. Задержка заставила меня усомниться в нашей с ним встрече в номере мотеля, но я сумел подавить желание сбежать. Я давал Луке единственное, чего он хотел - мое доверие.

Он этого не знал, но я также отдал ему кусочек того, чего никогда не хотел давать никому и в малейшей степени.

Своего сердца.

И если быть честным, то это было нечто гораздо большее, чем просто кусочек. Я был близок к тому, чтобы отдать ему все целиком, и это было по-настоящему ужасно.

Я просто надеялся, что не получу его обратно по частям.

Глава двадцать вторая

Лука

– Я говорю, лососевый, - услышал я чей-то голос у себя за спиной. Конечно, это Кон. Даже если бы я не знал его голоса, только он мог назвать рубашку лососевой. Мой брат был помешан на моде. Главный вопрос был в том, зачем мне вообще понадобилась рубашка лососевого цвета? На самом деле мне было все равно, потому что я не мог оторвать глаз от фотографии, на которую смотрел.

– Господи, Кон, что ты сделал, пошел и купил ему ее сегодня?
– спросил Кинг.

– А что? Неужели так трудно поверить, что наш брат может немного разбираться в моде?
– Спросил Кон.

– Да, - ответили Вон и Кинг одновременно.

Вон добавил:

– Самое близкое к тому, что у Луки есть розовая рубашка, это единственная голубая рубашка, которая у него есть. Кстати, именно ее он должен надеть сегодня вечером. Так Реми увидит, что Лука знает, как все изменить.

Я не сомневался, что мои братья пытались спровоцировать меня на участие в этом нелепом разговоре, но я просто хотел сосредоточиться на фотографии своего сына.

Мой сын.

Реми показал мне фотографию на своем телефоне, когда вернулся домой примерно за час до этого, а потом отправил ее мне, чтобы у меня была копия. Он, казалось, был чрезвычайно доволен сегодняшним визитом к Джио, и, хотя я не расспрашивал его о подробностях, вид моего сына, обнимающего Вайолет, пока они спят, вселил в меня надежду, которой я не испытывал уже очень долгое время.

– Думаешь, Реми отправил ему фото члена?
– Спросил Кон.

Это привлекло мое внимание.

– Эй, - огрызнулся я.
– Ты говоришь о моем парне, - начал я, оглядываясь через плечо. Все трое моих братьев смотрели на меня с ухмылками на лицах. Я молча выругал себя за то, что попался на удочку.

– Ну, в конце концов, твоему парню придется ждать тебя внизу, если ты не поторопишься, - сказал Кон.

Он держал розовую рубашку и, как я предположил, галстук в тон.

– Голубая, - сказал я, больше для того, чтобы понаблюдать за тем, как меняется выражение его лица.

Что и произошло.

– Я сдаюсь, тебе уже не помочь.
– Кон бросил рубашку на кровать.
– Покажи нам, на что ты пялишься последние двадцать минут.

Я передал телефон братьям и стал переодеваться в голубую рубашку. Мои мысли вернулись к предстоящему свиданию с Реми. Несмотря на то, что я был взволнован, я, как ни странно, нервничал. У меня никогда не получалось очаровывать людей, если только это не происходило в зале для переговоров. Если я чего-то хотел, я это получал.